пылью, максимально ухудшая её оптические свойства. А вторым действием вспомнил уроки физики, которые не любил. От страха вспомнил и название науки, изучающей преломление света. Она называлась диоптрикой и четко давала понять, что свет — это прежде всего электромагнитная волна. На пути любой волны можно поставить препятствие, которое подвергнет её дифракции, то есть отклонению.
Но можно ведь практически полностью отразить свет, и желательно прямо в рожу тому, кто пытается меня им прожечь.
Я развернул между нами целую стену воды с фрагментами всего, что удалось в неё намешать. Это работало… ровно несколько секунд. Ойя, управляющий светом, мастерски улавливал каждый отблеск и направлял его в меня. Пытался, вернее. Внутри толщи воздвигнутого заслона сотнями бегали короткие и длинные лучи света, пытаясь отыскать правильный угол фокусировки, но я мысленной командой заставлял хаотично двигаться всю массу воды, чтобы максимально затруднить эм-Таури задачу.
Тем не менее, пару раз он преуспел, и я обзавелся прожжённой до кости икроножной мышцей и прошитым насквозь предплечьем. Хорошо, что я заранее принял нужные эликсиры, в том числе и обезболивающее, которое прикупил у Эльмы еще в Пиме. Надо заметить, что качество этого зелья было паршивым, и боль я чувствовал более чем отчетливо. Она не давала мне сконцентрироваться и выработать правильный план действий. Пришлось тупо закрыться с головой куполом грязной воды, пока действие двойной дозы эликсиров Регенерации не уняло боль. Попутно я лихорадочно соображал, вспоминая и физику, и даже преподавательницу — низенькую очкастую учительницу с коротенькой указкой и строгим взглядом.
— Рефракция — это изменение направления луча света, возникающее на границе двух сред, через которые этот луч проходит, или в одной среде, но с меняющимися свойствами, в которой скорость распространения волны неодинакова… — гнусавым голосом произнесла она, и, конечно же, её никто абсолютно не понимал. Особенно я.
— А можно как-то попроще? — имел наглость попросить я отчего сразу получил в свой адрес строгий взгляд и, спустя пару секунд, указкой по голове.
— Идиот, — совершенно беззлобно произнесла она. — Пучок света можно преломить или расщепить. А также отразить. Вот тут мы подходим к следующей теме обучения — к отражению света. Это физический процесс взаимодействия волн или частиц с поверхностью, изменение направления волнового фронта на границе двух сред с разными свойствами, в котором волновой фронт возвращается в среду, из которой он пришёл…
Как жаль, что я в тот момент не был знаком с Профом, точно бы их свел. Идеальная ведь пара могла бы получиться.
Итак… рефракция — это хорошо, но не совсем то, что мне нужно. А вот отражение кажется идеальным способом борьбы с подобными одаренными. Но, увы, с зеркалом я не бегаю, да и попробуй поймать сотню сфокусированных в твою сторону лучей. Но вот лед — дело совершенно другое.
Попутно я пытался атаковать, прекрасно ощущая одаренных вокруг себя. Убивать я не хотел, но, кажется, придётся поступить так же, как с привратником и стражниками, которые хотели пинками выкинуть меня на дорогу, а Авгара затащить внутрь поместья. Что-то легкая прогулка с целью устрашения не увенчалась успехом, и без большой крови тут явно не обойтись.
Атаки тугой водой и льдом не помогали. В окружении светляка были достаточно сильные ойя, которые, немного напрягшись, все-таки отбивали мои выпады. А вот Магический Лед я светить пока не хотел, но, кажется, придётся. А сперва я кое-что проверю. Итак… рефракция — нет, а отражение — да. Вернее, отражение через преломление.
Прямо передо мной из воды, перешедшей в лед, образовалась огромная прозрачная призма. Лучшего я пока ничего не придумал. Где-то в удалении от меня появились аналогичные фигуры. Мой план был предельно прост: я собирался фокусировать направленный в меня свет и перенаправлять его к другой призме. А уже оттуда — дальше, желательно в кого-нибудь из врагов.
Что план не сработал, я понял сразу. Эм-Таури словно получил подарок. Лучи света практически непрерывным шлейфом начали перескакивать от одной призмы к другой, образовав целое световое шоу. Вдруг стало немного страшно. Я поспешил преобразовать прозрачные призмы из льда обычного в фирновый, состоящий из спрессованного непрозрачного снега. Световое шоу прекратилось, а мне надоело играться, но зарубку в памяти я сделал: необходимо подготовиться к встрече с подобным противником и изучить методы противодействия. Учеба в бою может иногда закончиться собственной смертью. Лучше сразу использовать надежные и проверенные методы.
Один из таких надежных и проверенных методов возник прямо над головами двоих одаренных, что прикрывали оперирующего светом ойя. Два стилета из Магического Льда отсекли головы удивленным защитникам. Следом за ними на землю упало еще два человека, рассечённых надвое, а в воздухе начали материализоваться еще девять стилетов, ровно по количеству оставшихся в живых одаренных. Были здесь и неодаренные, но в бой они вступать желанием не горели, прижавшись к стенам основного здания в страхе, наблюдая за битвой сильномогучих.
— Достаточно, — выкрикнул эм-Таури. — Я капитулирую. Ты победил, шу-э. Сохрани наши жизни.
— Так бы сразу, — облегченно произнес я, хромая направился на сближение с застывшей в напряжённых позах группой одаренных.
— Зачем ты пришел сюда, убийца эдат, и чего добиваешься? — спросил все тот же старик, который ловко оперировал светом. — Я не припомню, чтобы где-то успел перейти тебе дорогу.
— Я добиваюсь справедливости, номарх рода эм-Таури, — ответил я, заставив стилеты поменять положение — острием вниз. — И от ответа будет зависеть твоя жизнь и жизни твоих людей.
— Какой же справедливости ты ищешь в несправедливом мире, шу-э?
— Оставь эту высокопарную чушь для других ушей, — осек я его. — Ты не тронешь моего поверенного Виго Авгара и его семью. Они не причастны к преступлениям Сивира эм-Ривза. Дай мне своё слово, номарх, что ни словом, ни делом, ни помыслами, ни через посторонних людей не причинишь им вреда.
— Ты только ради этого ничтожного шу-э явился сюда и убил моих родичей?
Клинки из Истинного Льда качнулись, издав протяжный гул. Люди под ними испуганно присели.
— Я пришел за справедливостью, но иногда её можно добиться только через кровь. Обычные слова бывают бессильны, а ведь я пытался поговорить, — я указал в направлении тел привратника и стражников. — Но ты велел вышвырнуть меня как собаку. Так что нечего жаловаться, номарх. Твоей вины в произошедшем не меньше.
— Я клянусь, что не причиню вреда Виго Авгару и его семье никаким способом, — сквозь зубы проговорил
