– Все-таки прокусил, вонючка лупоглазая, – ругнулся агент и сунул мизинец в дырочку на штанине. – До крови, – уточнил он, вытирая палец о рукав.
– Ты, кажется, хотел о чем-то поговорить? – напомнил я.
– Точно так. Может, повторишь этот трюк? С целителем. – Маркус растопырил пальцы и чуток пошевелил ими, изображая колдуна. – Пока не поздно…
– Дар остался? – удивился следопыт.
– Остался, осел упрямый, – ответил Маркус. – Чтоб ему…
– Я думал об этом, – признался я. – Но…
– Никак магия кончилась? – спросил агент с подозрением.
– Нет. Магии хватит. Но я не рискну.
– Почему?
– Боюсь.
– Чего? – не понял агент.
– Неизвестно, что произойдет, если я смешаю обычную магию с тем, что находится внутри Дара. Прежде я ничего подобного не видел, – пояснил я. – Еще захворает или того хуже. Поэтому я даже пробовать не стану. Не хочу, чтобы на меня потом с презрением указывали пальцем и говорили: вот тот урод, кто погубил легендарного целителя. И так каждый эленхаймский маг норовит меня прикончить. Прости.
– Жаль, – расстроился Маркус. – Так бы сунули его в повозку, и делов-то.
Следопыт затушил трубку и ловко перемахнул через перила. Бодро зашагал по крыльцу, приближаясь к дверям.
– Не понимаю, что его здесь держит? – кивнул я на следопыта.
– Печальная история, – вздохнул Маркус. – Несколько лет назад он похоронил свою семью, жену и двоих сыновей. Мор по селу шел страшный. Да только вот и в земле они не нашли покоя.
– Некромаги?
– Они самые. Заезжие и… неопытные. Не смогли ублюдки пройти мимо свежих могил.
– Раньше времени подняли?
– Да, подняли, а положить назад не сумели. Видать, сами насмерть перепугались. Он-то думал, что к нему мертвецы явились от беспробудного пьянства, а когда понял… В общем, срубил им головы, чтобы не мучались, предал тела огню да и ушел из села навсегда. И лишь небожителям известно, чего стоила некромагам та выходка недоучек. Он и до гибели семьи мужик был резкий. А теперь… До сих пор в толк не возьму, зачем ему столько денег? Не говорит. Молчит как рыба. На что он их тратит? Ни кола, ни двора.
– На месть, – предположил я. – Не всякий убийца согласится некромага прикончить. Дорогое удовольствие.
– Весьма вероятно.
– Может, снимешь ошейник? – не стерпел я. – До битвы-то осталось всего ничего.
Он улыбнулся:
– Вот дозорные засуетятся, там и сниму. Как обещал.
– Ладно, – махнул я рукой.
На крыльце появился Пронт. Придерживая дверь, он покосился на брата:
– Увезли?
– Увезли, – улыбнулся Маркус. – Анхельм помог.
– Слава небожителям! – Пронт глянул в коридор. – Да осторожнее ты! Не сено везешь, – прикрикнул он на кого-то.
«Кем-то» оказался долговязый и усталый солдат, выкативший на всеобщее обозрение хитрый механизм гномов. Тот самый красный ящик с крантанской площади. Тот самый гроб, сколоченный из одлайского дерева. Судя по всему, это и был таинственный Звенящий, если вспомнить, с каким звуком бились колдовские шары о крыши домов, бросая в сон крантанских жителей. Ныне, правда, агенты не собирались никого усыплять.
Маркус и Пронт превратили чудесный механизм гномов в смертоносное оружие, набив его под завязку огненной магией. Великолепной огненной магией, сжатой в колдовских стекляшках до предела. Несмотря на стенки из одлайского дерева, я сразу ее ощутил. Теперь ясно, почему Пронт так беспокоился о красном ящике: вырвись колдовской огонь наружу, здесь, в замке, и мертвякам было бы не с кем воевать. Что и говорить, подарок для врага агенты припасли неожиданный. С таким огнем мы и без помощи выстоим.
– Ну помогите, что ли, – обратился Пронт к нам. – А то вдвоем, боюсь, не спустим.
И вправду вдвоем могли не спустить: ящик был тяжел. Кроме того, он был теплым, и эта необъяснимая теплота серьезно тревожила солдата. В отличие от агентов, он не знал, что за разъяренный демон притаился внутри ноши, и не видел, как за стенками ящика подрагивают огненные цветы.
– Аккуратнее, – с беспокойством бросил Пронт, когда солдат неловко поставил ногу.
– Ронять нельзя, – сообщил я. – Этим огнем целый город можно выжечь.
Мы благополучно спустили ящик и поставили его перед крыльцом.
– Кати тележку, – приказал Пронт, вынимая курительную трубку. – Шевелись. Отдыхать будем после битвы.
Уставший долговязый солдат спешно взошел на крыльцо. Агент его величества закурил и, облегченно вздохнув, посмотрел на меня. Маркус направился к воротам. Проверить надежность дополнительных опор.
– Как ты это видишь? – спросил Пронт и кивнул на ящик. – Непонятно.
– И мне, – усмехнулся я. – А огонь хорош.
– Думаю, мертвякам тоже понравится. Для них старались. – Он покосился на дозорных, которые глядели во все глаза с западной стены. – Послушай, как далеко простираются твои возможности? Ты видишь магию… – Он задумался, подбирая слова. – Если мертвяки будут подходить к замку, сможешь их почуять?
Истекающий потом солдат установил тележку рядом с ящиком.
– Столько мертвяков и такое количество некромагов почую за три тысячи шагов, – ответил я уверенно. – Не волнуйся, предупрежу.
– Сам понимаешь, не хотелось бы, чтобы они вылезли из-под земли посреди двора.
– Ну это вряд ли, – улыбнулся я. – Мы же не с кротами будем драться.
Неожиданно появился Гидар, втиснутый в старенькие кожаные доспехи; на боку его висел короткий меч. Смотритель с опаской поглядывал на мои руки, легко усыпившие его дочь и троллика. Опасался последовать за ними, и не зря, надо признать, опасался. Стоило агентам попросить, и Гидар отправился бы следом за Клариссой. Но они, видимо, сочли, что лишний меч сгодится. Да и за катапультой будет кому стоять.
– Вовремя, – сказал Пронт. – Для тебя есть задание.
Вечно сутулый смотритель важно выпрямился.
– Глаз с него не спускай, – приказал Пронт, хватаясь за стенки ящика. – И смотри, чтобы даже муха на него не садилась.
Мы погрузили ящик. Пронт, солдат и смотритель покатили его туда, где, высоко задрав ковш, стояла катапульта. А я вернулся к крыльцу. Мертвяки все еще были далеко от замка. Можно было наконец-то спокойно покурить и помечтать.
– Стройся! Стройся! Стройся! – понеслись по двору хриплые голоса десятников.
Солдаты заметались, спешно выстраиваясь в шеренги. Спустя пару минут тишина вернулась в замок Пяти мечей. Ненадолго, правда. Агенты его величества и следопыт встали напротив строя. Мы с Богартом наблюдали за ними с западной стены. Эрик, Буверт и маги обосновались у крыльца.
– Друзья, братья, – начал Пронт. – Пришло время показать свое мужество. Мерзкие твари предателя Узуйкама на пороге. Не буду скрывать, их гораздо больше, чем нас. К тому же они не истекают кровью, не чувствуют боли и не боятся за своих жен и детей. Потому что они уже давным-давно мертвы. А мы – живы. И я надеюсь, что к исходу боя ничего не изменится. Мертвецы вернутся туда, откуда вылезли, а наши сердца не остынут. Будьте храбры, и пусть небожители завидуют вашей отваге. Для меня честь биться с вами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
