произошло слишком многое, чтобы можно было и дальше оставаться в таком состоянии. Сью решилась принять мою помощь в этом вопросе, и всё же капельница и прочистка вен — далеко не всё.
Аарон рассеянно кивал, глаза его становились всё шире от удивления. Он нервно почесал толстую шею, с лёгким раздражением посмотрел на свою футболку в пятнах неясного происхождения. Неловкости в его жестах было всё больше, и он с хлюпаньем втянул в себя половину чашки чая:
— Чёрт побери. На неделю отойти от дел…
— Сейчас это меньшее из зол. Что действительно важно, так это не начать пить снова. Подумай, каково пришлось Сьюзен — ты бросил её тогда, когда она больше всего нуждалась в семье, — Кейд не хотел допускать укора в тоне, только тихо констатировал факт. — Если у тебя всё ещё есть вопросы, почему я тут, то отвечу: подменяю тебя. Даю ей то, что должен был дать отец, который предпочёл утопиться в своём горе. Потому что её потеря ни на унцию не меньше твоей.
Аарон с тяжёлым вздохом облокотился на стол и опустил голову в ладони. Зажмурившись, хрипло просипел:
— Дэйзи… Моя Дэйзи.
— Если ты любил свою жену, то должен сберечь то, что от неё осталось, — Кею всё тяжелей давалась невозмутимость. Выглядел Глоуз жалким и раздавленным — неужели таким и делает человека любовь? Тогда нахуй вообще подобную зависимость. — Сьюзен грозит опасность. От того человека, который убил Дэйзи. И если сейчас же не соберёшь свои сопли в кулак, то можешь сильно пожалеть об этом.
Он обдумал всё ещё ночью. Через два дня Баттерс придёт за долгом или за Сью. Защитить её от него он не сможет в одиночку, как бы ни было тошно это признать. Но если ублюдок не сможет добраться до своей цели, ему или придётся уехать ни с чем обратно в Эл Эй, или попробовать на своей шкуре ружьё Данди. Главное, чтобы Сьюзен к тому времени ничего не угрожало.
— Я не понимаю, — Аарон жалобно вздохнул и, кряхтя, устроился на стуле удобней: — Ты знаешь, кто это был? Почему ему нужна Сьюзи? Что я ему сделал…
— Не ты. Я. Это у меня с ним давние счёты, а Сью… Он просто знает, что давить на неё куда действенней.
Вдох. Потому что самому не по себе, до мурашек вдоль позвоночника, от мысли, как же он будет похож на Глоуза, если Баттерс добьётся цели. На секунду рёбра сдавливает без кислорода. Нет, это не чувство вины. Это понимание, что зависимость уже есть, и её поздно слать нахуй. Понимание грустное, но словно придающее уверенности и сил. Есть разница, защищать чужое или исключительно своё.
— Она же совсем ребёнок, — спустя долгую паузу прокряхтел Аарон, видимо, уловив во взгляде Кея нечто, с головой выдающее истинные причины его нахождения на этой кухне. — Кейд, моя девочка…
— Выросла, пока ты успешно забухивал своё горе.
В комнате повисло напряжённое молчание. Аарон натужно пыхтел, потом захлюпал чаем. Как отнестись к новости, он не понимал, и Кей его совсем не осуждал за это. Стареющий музыкант, за всю жизнь не заработавший ничего и не добившийся никаких вершин, да ещё и с мутным прошлым, которое подвергает всех вокруг опасности — такой выбор не одобрит ни один отец. Наконец, он откинулся на стуле и уже немного другим, более знакомым по знакомству в будке «Далтона» голосом, потребовал:
— Давай сначала. Что за мразь убила мою жену, хочет добраться до дочери, и явно не хочет остаться с головой на плечах.
— Его зовут Джо Баттерс, — Кей едва сдерживал улыбку этому воинственному тону. Такой настрой ему нравился куда больше нытья. — Он почти всю жизнь работает на большой наркокартель в Эл Эй. Ребята сотрудничают и с мафией, и с правительством — связи там охрененные, так что доказать виновность Баттерса законным путём дело дохлое. Он дал мне два дня, чтобы я собрал триста тонн, которые когда-то остался ему должен, или придёт за Сью. Но думаю, ты согласен со мной, что давать бабло этой твари никто не будет. В итоге, я прошу от тебя одного: утром двадцать четвёртого на пороге этого дома должна быть пара крепких охранников, которые не дадут причинить вред Сью. Сможешь устроить?
— И они должны скрутить Баттерса, если он появится? — Аарон скептично нахмурился. — Не думаю, что ублюдок будет так глупить. Нет, охрану я найму, это бесспорно. Но всё же он должен заплатить за Дэйзи, и я плевать хотел, законно или нет. Он отнял у меня то, что уже никак не вернуть. Говоришь, крупный картель? Я слышал только о бизнесе некого Смита — хотя это может быть нарицательным обозначением для подпольных дел.
— Это он. Все крупные сделки по наркоте в Калифорнии принято приписывать его клану. Баттерс — одна из его шавок, — Кей удивлённо поднял брови. Он не думал, что Глоуз может быть в курсе таких вещей, но видимо, тут играла большую роль преемственность его бизнеса, наследуемого поколениями. Связи иногда значат куда больше масштабов и денег.
Аарон заметно приободрился, даже лицо из серого стало чуть более наполненным жизнью. Одним махом допив чай, он резво вскочил и кинулся налить себе ещё, едва не подпрыгивая и сбивчиво объясняя:
— Это много меняет! У меня есть знакомства… Да, я ими не очень горжусь, но они, кхм, имеются. Так вот, некоторые мои партнёры крутят капиталы у Смита. Я мог бы повлиять на них, мог бы договориться, чтобы мне организовали встречу с боссом той мрази. Как думаешь, Кейд: если босс решит от него избавиться, Баттерс получит своё?
У Кея в буквальном смысле отлегло от задницы — такой удачи он и ждать не смел. Конечно, всегда проще не стрелять тявкающую шавку, а попросить хозяина дёрнуть поводок.
— Это было бы отлично, Аарон. Если ты и правда, сможешь договориться с самим Смитом, кем бы он ни был, и тот отдаст приказ — Джо закатают в асфальт и без нашей помощи. Боюсь только, тебе это влетит в серьёзную сумму или в обязанность оказывать услуги картелю.
— Я готов хоть душу дьяволу продать, если убийца Дэйзи сдохнет, — Аарон скрипнул зубами, но затем тяжело вздохнул: — Правда, мне придётся лететь в Эл Эй лично, такие дела по телефону не решаются. Если взять билет на вечерний рейс из Нью-Йорка, я должен успеть всё уладить за два дня. Если не успею — для Сьюзи приедут ребята из охранной фирмы. Мне нужна только гарантия, что до двадцать четвёртого она будет в безопасности, —
