– и отвратительный рот ужасного создания сомкнулся на шее. Принцесса вскрикнула и проснулась…
От резкого звука подскочила служанка. Она первой сообразила, что нужно делать, и сразу потянулась за холодной водой. Раймон Либронт очнулся вторым. В его глазах засветилась энергия настоящего мага. Красные искорки потекли по воздуху и осветили пространство внутри кареты. Квентин вытащил меч, словно опасаясь невидимого врага. Спросонья он начал оборачиваться, делая вид, что ему не всё равно. Но по раздосадованному лицу было заметно: он только что потерял самую удобную позу для сна.
Широкая карета, которую Антуан подарил принцессе, была просторной, словно маленькая комнатка на четверых. Рыцарь и маг – у входа. Рядом – место служанки. И отдельная кровать для Арианны, защищенная ширмой.
Принцесса отодвинула завесу и смущенно улыбнулась:
– Прошу прощения, похоже, мои крики вас напугали…
Сообразив, что произошло, маг поубавил пыл. Красные глаза остыли, но далекий жар в них не угас:
– Уже давно никто не нарушал мой сон, – сказал он, оправдываясь. – Когда ты придворный маг, понемногу начинаешь терять форму…
– Так значит, всё в порядке? – уточнил Квентин, разглядывая легкое ночное платье Арианны.
Принцесса кивнула ему, глотая холодную воду.
Рыцарь утвердительно мотнул головой, посмотрел на кувшин в руках служанки и снова повалился спать.
– Вы можете ложиться, Раймон, – сказала Арианна.
– К сожалению, для такого старика, как я, это невозможно. С возрастом я сплю всё меньше, а бодрствую всё больше. Если мой ночной покой нарушен, уже ничто не поможет уснуть…
«Прямо как у обычного дедушки», – отметила про себя принцесса.
– После такого кошмара, мне не хочется спать…
– В Литосе говорят: крепкий сон прогоняет любой недуг, – проронила в полутьме Энни.
– А что в Литосе говорят про Мортен?
– Рассказывают, что люди там бедны, а налоги огромны. Но когда я сама попала в Мортен, то поняла, что истории и реальность – разные вещи.
Раймон пожал плечами:
– В народе любят рассказывать байки…
– Не согласна, – сказала Арианна. – Я никогда не верила в способности берсеркеров быстро перемещаться. До вчерашнего дня…
– На самом деле, большинство берсеркеров совсем не быстрые, миледи, – тихо вставила Энни.
– Пока они проходят обучение – они медленные, это верно, – подтвердил Раймон.
– Нет. Я о настоящих берсеркерах, служащих кланам.
– Расскажи, – попросила Арианна, усаживаясь поудобнее.
– В народе говорят, что в одном из поселений берсеркеров есть тайный храм, где находятся древние свитки. Никто не знает, как именно, но с их помощью лучших берсеркеров награждают даром скорости. Наверняка известно только то, что для получения этой способности берсеркер должен убить сотню врагов одной рукой.
– Откуда ты это знаешь?
– Не я… Все простые жители знают. Кланы находят себе новых учеников среди бедных людей и выкупают детей за деньги. Они забирают малышей на обучение и выращивают настоящих воинов – непобедимых и стойких. Но многие дети не доживают до встречи с родителями. Об этом всегда говорят напрямую. Чтобы стать истинным берсеркером, недостаточно просто пройти много сражений. Берсеркеры считают, что нужно истребить человечность, воспитать звериную дикость и привить собачье послушание каждому своему воину. Есть поговорка, которая лежит в основе воспитания молодых людей: «Кровь берсеркера ему не принадлежит». Победить или умереть – для берсеркера нет иного выбора. И только самые достойные из берсеркеров могут получить в дар способность быстро двигаться.
– Магические свитки? – переспросил Раймон. – Их мог сделать только маг. Зачем отдавать их простым людям? Ведь берсеркеры – это выходцы из рыцарей и наемников, которые организовали кланы с обучением детей воинскому искусству. Не понимаю, в чём смысл наделять их силой, способной убивать магов? Этот чародей, наверное, сильно ненавидел своих собратьев… Да и если такая вещь вообще существует, разве это не повод завладеть ею? Представляю, что случится, когда она попадет в руки мага!
– Она не попадет, – заверила служанка. – Её охраняют сотни сильнейших берсеркеров. Это все знают. Да и не зря сказано, что только человек, убивший сотню врагов одной рукой, может получить такую способность. Чародей никогда не получит скорость, ведь он воюет не рукой, а магией!
– Твоя правда. Эти свитки могут не сработать на чародея. Но взглянуть на них я бы не отказался. Магия такого уровня, вписанная в бумагу – это настоящее чудо. Чтобы сделать такое, нужно быть как минимум… – он почесал голову, – магом холода…
– Довольно. Не хочу слышать о магии. Мне достаточно моих ужасных сновидений…
– А что на счет Арнольского принца? – спросил Раймон.
– Мне он интересен, скорее, как пленник, нежели как жених. Если вы об этом.
– А я думал, что вами движет желание объединить два враждующих королевства, – вздохнул маг.
– Вы стали придворным магом, но ещё многого не знаете о дворцовых традициях. Когда вокруг сплошь обманщики и льстецы, приходится подстраиваться под обстановку. Становишься черствой, бессердечной, грубой. С возрастом начинаешь понимать, что твоя жизнь напрямую зависит от ума. Каждый человек вокруг пытается завладеть твоим вниманием, подчинить, воспользоваться. Нельзя верить даже собственной матери, если она голубых кровей. Власть всё превращает в соревнование. Вам никогда не приходило в голову, почему властолюбивые братья воюют с братьями, а сыны убивают своих отцов? Всё по той же причине. Из-за влияния. Они жаждут быть известными. И им плевать на цену, которую придется заплатить, лишь бы вписать себя в историю. И чтобы выжить в этом хаосе, нужно знать игру и следовать правилам. Ведь во дворце выживают только хитрецы и богачи. И чем ближе люди к власти, тем больше их амбиции. Чем больше у них денег – тем изощреннее планы. А те, кто находится ближе к короне, – принцесса указала на себя, – становятся первыми мишенями для удара.
Квентин Сивел протер глаза и поднялся:
– Принцесса только что назвала себя черствой и бессердечной. Но я не знаю такую принцессу. Вы лучший человек из всех, кого я встречал… А что касается борьбы отцов и сыновей, восстаний и заговоров – разве династия Мортенов прерывалась хоть раз за сто девяносто шесть лет?
Принцесса сдвинула брови:
– Вам напомнить о восстании лорда Жалосского или о мореходном бунте? Рассказать о солнечных пиратах или о Нэйтоне Мортене, именованном кровавым королем? Не будь правители жестокими и умными – королевство давно бы распалось. Скажу больше: оно распадется, если нашим королем станет арнольский принц.
– Тогда почему вы едете на его поиски?
Арианна промолчала…
На этом их беседа закончилась. Маг Раймон молчаливо улыбнулся, достал флягу с вином и, немного выпив, закрыл глаза. Служанка помогла принцессе разложить сиденье. И вновь потянулась дорога.
Арианна лежала на месте и пыталась уснуть. Но мысли не оставляли
