– Ладно, Саманта, все в порядке, – сказала я. Я укачивала ее, пока рыдания не стихли. Тогда я встала. – Прямо сейчас я побеседую с моей сестрой.
– Нет! – воскликнула Саманта, хватая меня за руку. – Не надо. – Ее глаза расширились от страха. – Если ты рассердишь ее, Жизель снова настроит девочек против меня. Прошу тебя, – взмолилась она. – Обещай, что ты ничего не скажешь. Она заставила меня пообещать, что я ничего не расскажу тебе о том, что они заставили меня делать. Твоя сестра просто снова обвинит меня в предательстве.
– Жизель заставила тебя пообещать это, потому что знает, что я отправлюсь прямо к ней и выброшу ее в окно, – проговорила я. Саманта закусила губу, тревога затопила ее лицо. – Ладно, не беспокойся. Я не стану ничего делать. Но, Саманта, с тобой все в порядке?
– Я в порядке, – отозвалась она, быстро вытирая лицо. Девушка выдавила из себя улыбку. – Все было не так и плохо, а потом все уже закончилось. Мы все снова друзья.
– С такими друзьями и враги не нужны, – заметила я. – Моя бабушка Катрин обычно говорила, что, даже если мы живем в мире без болезней и недомоганий, без гроз и ураганов, без засух и эпидемий, мы вполне можем помочь дьяволу удобно устроиться в нашем сердце.
– Что? – переспросила Саманта.
– Ничего. Ты переезжаешь обратно в комнату Жизель?
– Нет. Она по-прежнему хочет жить одна, – ответила Саманта. – Ты не против, если я останусь с тобой?
– Разумеется, нет. Я просто удивилась. Второй камень еще не бросили, – пробормотала я, гадая, какой план составила Жизель, чтобы сделать жизнь в «Гринвуде» невыносимой для всех, особенно для меня.
Конец недели прошел быстро и без происшествий. Не знаю, то ли пребывание в одиночестве в общежитии, то ли необходимость самой заботиться о себе так измотали Жизель, но каждое утро, когда Кейт наконец привозила ее в коляске на завтрак, моя сестра выглядела полупьяной. Она сидела за столом, потупив глаза, уставившись в одну точку, едва обращая внимание на болтовню вокруг. Обычно она первая обрывала говорящего или высмеивала сказанное.
Потом в пятницу Вики остановила меня в коридоре после урока естествознания и сообщила, что слышала о том, как Жизель заснула во время занятий. Я подумала, сестра слишком упряма, чтобы признать, что забота о самой себе выкачала из нее все силы. К концу дня я остановила ее в коридоре.
– В чем дело? – рявкнула она. Усталость сделала ее еще более раздражительной, чем обычно.
– Так дальше не может продолжаться, Жизель. Ты засыпаешь в классе, спишь за ужином, хандришь. Тебе нужна помощь. Либо пусть к тебе вернется Саманта, либо переезжай ко мне, – сказала я.
От моего предложения кровь бросилась ей в лицо, сестра подняла голову.
– Тебе бы это понравилось, правда? – ответила она достаточно громко, чтобы привлечь внимание окружающих. – Ты хочешь, чтобы я зависела от тебя, умоляла о помощи, когда мне нужно причесаться или почистить зубы. Что ж, я не нуждаюсь ни в тебе, ни в милашке Саманте, чтобы существовать в этой школе. Мне никто не нужен, – добавила Жизель и с силой крутнула колеса коляски, чтобы уехать от меня. Даже Кейт осталась стоять с открытым ртом.
– Хорошо, – заметила я, пожав плечами. – Я рада, что она старается быть независимой. И все-таки дай мне знать, если Жизель заболеет, – попросила я Кейт. Та кивнула и бегом бросилась догонять подругу. А я отправилась на занятия по живописи.
В этот вечер позвонил Бо. Я всю неделю с беспокойством ждала его звонка.
– Я думал, что мне удастся завтра сбежать и приехать повидаться с тобой в Батон-Руж, но мой отец ограничил мое пользование машиной, после того как Дафна поговорила с ним и с матерью. Она рассказала им о том, как я возил тебя в санаторий.
– Они рассердились?
– Дафна сказала, что мы настолько взволновали Жана, что к нему пришлось применить шоковую терапию.
– Ох, нет. Я надеюсь, что это ложь, – воскликнула я.
– Мой отец вышел из себя, а потом твоя мачеха рассказала моим родителям, что я поднимался к тебе в комнату во время бдения… Мне кажется, она несколько исказила то, что мы делали.
– Как Дафна может быть такой ужасной?
– Вероятно, она берет уроки, – пошутил Бо. – В любом случае, я надеюсь, что с меня снимут наказание на время каникул. Это ведь всего через десять дней, правильно?
– Да, но захотят ли теперь твои родители позволить тебе общаться со мной? – вслух подумала я.
– Мы справимся. Нет никакого способа помешать мне видеться с тобой, когда ты дома, – пообещал Бо.
Он спросил меня о школе, а я рассказала ему о Жизель и о том, как она изо всех старается сделать невыносимой жизнь окружающих.
– У тебя и правда забот полон рот. Это несправедливо.
– Я дала обещание отцу, – ответила я. – Я должна попытаться.
– Я подслушал вчера вечером, как отец говорил с мамой о Дафне, – признался Бо. – Они с Брюсом Бристоу сделали несколько резких шагов, наложили арест на некоторые компании и имущество владельцев, чтобы конфисковать их собственность. Мой отец сказал, что Пьер никогда бы не проявил такую жестокость, даже если бы это подсказывало хорошее деловое чутье.
– Я уверена, что Дафне это доставляет удовольствие. У нее в жилах лед, – отозвалась я. Бо засмеялся и снова повторил, как сильно он без меня скучает, как сильно меня любит, как ждет не дождется нашей встречи. Я могла только ощутить его поцелуй на моих губах, когда Бо послал мне его по телефону.
Когда вернулась в наш сектор, я почти ожидала увидеть поджидающую меня в гостиной Жизель, готовую допросить о том, кто звонил, но дверь в ее комнату оказалась плотно прикрытой. Кейт сообщила, что моя сестра собиралась рано лечь спать. Я решила проведать ее и взялась за ручку двери, но оказалось, что дверь заперта. Я удивилась и осторожно постучала.
– Жизель?
Она не ответила. Либо сестра уже уснула, либо притворялась спящей.
– С тобой все в порядке?
Я подождала, но ответа не последовало. Ну раз ей так хочется, пусть так и будет, подумала я и отправилась к себе, чтобы почитать и написать письмо Полю, прежде чем лечь спать. Мы с мисс Стивенс решили на следующее утро отправиться на озеро после завтрака, и когда я закрыла глаза, то стала мечтать об этом.
Субботнее утро выдалось отличным. На кристально голубом декабрьском небе даже алебастровые облака казались покрытыми глазурью. Мисс Стивенс уже ждала меня на берегу, она расставляла наши этюдники. Я заметила, что Рейчел к тому же расстелила одеяло и принесла корзинку для пикника. Само озеро сияло синим серебром. Хотя ярко светило солнце, воздух оставался холодным и бодрящим. Мисс Стивенс заметила меня и помахала рукой.
