– Не так уж и давно он им стал.
Лилиан резко остановилась.
– Ты о чем?
– После того как я, позвонив в колледж, узнал, что никакой конференции они не проводят и на ближайшее время не планируют, я связался со своим агентом по безопасности в Портленде и сам провел кое-какой поиск в Интернете. И узнал немало интересного. Тот институт, который выдал Андерсену сертификат, существует только виртуально. Кроме адреса в Сети, у него ничего нет.
– Как это?
– Очень просто. Ты высылаешь им деньги, а они тебе красивую бумажку.
– Другими словами, все его дипломы – фикция?
– Скажем так, его альма-матер не очень-то котируется в академических кругах.
Лилиан подумала о тех женщинах, которых она видела в приемной Андерсена. Ведь они верили, что идут к специалисту. Ее пробила дрожь.
– Бедный Андерсен, что его ждет… Сколько судебных исков, какие убытки… А я еще смела считать свой бизнес рискованным!
– Забавно, что ты заговорила о судебных исках.
– Что же тут забавного?
– Мне удалось выяснить, что до того, как Флинт всплыл в качестве сексопатолога, он имел проблемы с законом в своей прежней профессии.
Лилиан тяжело вздохнула.
– Боюсь спрашивать, но не могу удержаться. А чем он занимался до того, как ступил на ниву сексопатологии?
– Он возглавлял консорциум, который вкладывал серьезные инвестиции в интернетовские фирмы, которые растворились в воздухе.
– Ты хочешь сказать, что Андерсен – отпетый мошенник?
– Формально он таковым не является. Из того, что я узнал этим утром, следует, что никому еще не удалось доказательно уличить Андерсена в мошенничестве. У Флинта очевидный талант выходить сухим из воды. Он умудряется комфортно существовать в серой зоне между легальным и нелегальным бизнесом. Однако, думаю, парень с такими задатками не стал бы слишком терзаться муками совести, решив украсть твою программу.
– Отлично. – Лилиан вытащила руки из карманов. – И что нам теперь делать?
– Я думаю, – сказал Гейб, – нам следует поговорить с Андерсеном Флинтом.
Мотель был как две капли воды похож на прочие заведения этого класса, рассыпанные вдоль извилистого прибрежного шоссе в окрестностях Эклипс-Бей. Заведения слегка обветшавшие и по большей части пустующие в это не щедрое на туристов время года. Двери номеров выходили прямо на тротуар. Перед дверями в номера стояли три машины – два забрызганных грязью джипа и сверкающий чистотой «линкольн» последней модели.
Гейб поставил свой «ягуар» в дальнем конце стоянки и внимательно осмотрел «линкольн».
– Сколько хочешь поставить на этот «линкольн»?
Лилиан проследила за его взглядом. Плечи ее свело от напряжения.
– Если ты ошибаешься, нам трудно будет все это объяснить, – сказала она.
– Я просил тебя дать мне возможность самому решить эту проблему.
– Я не могла отпустить тебя одного, и ты это знаешь. Андерсен – моя проблема.
– Небольшая поправка. – Гейб открыл дверцу и вышел из машины. – Он – наша проблема.
И Гейб закрыл дверцу, не дожидаясь, пока Лилиан начнет с ним спорить.
Лилиан молча вышла из «ягуара». Вместе они подошли к двери с номером 7.
Гейб дважды коротко постучал. Андерсен открыл дверь без промедления. На нем были серые брюки и голубой свитер под цвет его машины и его глаз. Удивления по поводу неожиданного визита он не выказал.
– Я знал, что вы явитесь ко мне, – сразу же заявил Флинт.
Лилиан чувствовала себя крайне неловко.
– Мы приехали поговорить с вами, Андерсен.
– Разумеется. – Флинт распахнул дверь. – Необязательно говорить на улице. Можно пройти в номер. Я надеюсь, разговор долгим не будет. У меня через час назначена встреча с Мэрилин.
Лилиан с опаской прошла внутрь.
– Назначена встреча? Все так официально?
– Я намерен взять на себя обязанности менеджера ее избирательной кампании.
– Не понимаю. – Лилиан еще больше растерялась. – Вы займете место Клер?
– Вчера вечером Мэрилин приняла такое решение, – сказал Андерсен.
– Так вот чем она вчера занималась. – Гейб прошел в небольшой номер. – Принимала решение в отношении кандидатуры нового менеджера. А я-то думал…
– Оставьте свои глупые шуточки для другого случая. – Андерсен был в ярости и не скрывал этого. Он с шумом захлопнул дверь. – У меня нет времени на пошлости.
– Мои поздравления, Андерсен, – тихо сказала Лилиан. – Я не знала, что вы интересуетесь политикой.
– Я не интересовался политикой, пока не встретил Мэрилин. – В газах его появился странный свет. – Но она явно во мне нуждается.
Он не блефует, подумал Гейб. Что здесь, черт возьми, происходит?
Лилиан пристально смотрела на Андерсена.
– Почему вы считаете, что нужны ей?
– Она блестящий кандидат, это верно, но ей не хватает выдержки и опыта. Ситуация с увольнением Клер это показала. А я могу усилить ее позиции.
– Понимаю, – сказала Лилиан.
Гейб прислонился к двери и, сложив руки на груди, огляделся по сторонам. Видавшее лучшие времена покрывало на постели, далеко не новая дешевая мебель, линялые занавески на окнах. Вся эта обстановка была из другого мира, не того, которому принадлежал доктор Андерсен Флинт. Андерсен Флинт сюда явно не вписывался. С другой стороны, с приличным жильем на побережье нынче туго. Жаль, что «Дримскейп» еше не функционирует. Ханна и Рейф могли бы подзаработать на этом пижоне.
– Итак, вы собираетесь возглавить кампанию Мэрилин. Значит ли это, что вы прекращаете свою практику в Портленде? – поинтересовалась Лилиан.
– Да, разумеется, – спокойно ответил Андерсен.
– А как же ваши клиенты? Неужели вы просто бросите их на произвол судьбы? – спросила Лилиан.
– Я не единственный специалист данного профиля в Портленде. Уверен, что мои клиенты не окажутся без врачебной помощи.
– Во всяком случае, хуже им не будет, – вставил Гейб.
Андерсен поморщился:
– Не пытайтесь читать мне мораль. Принимая решение, всегда руководствуешься системой приоритетов, не так ли? Сейчас время решает все. Мэрилин не может ждать. В должность нового менеджера кампании я должен вступить незамедлительно.
– Конечно, – сказал Гейб. – Я понимаю. Нельзя терять набранный темп. В политике, как на войне. Хотя ведь это такое самопожертвование с вашей стороны. Я просто восхищен.
– Успех избирательной кампании Мэрилин куда важнее моего личного бизнеса.
– Еще бы.
– Мэрилин многое может дать этой стране. – В густом баритоне Андерсена чувствовалась настоящая страсть. – Я могу помочь ей раскрыть ее потенциал.
– И вы готовы помогать ей, исполняя свой патриотический долг, верно? Материальная сторона вопроса для вас не так уж и важна, как я понимаю. Главное – любовь к родине, – разглагольствовал Гейб.
