Читаем без скачивания Ольга - Василий Кононюк

Одновременно с подавлением береговых батарей, предполагалось выбросить воздушный десант и захватить остров Тейкаринсаари лежащий в непосредственной близости к порту Котка. Фактически остров Тейкаринсаари уже был частью города Котка. Через него и через два моста соединяющих остров с материком и портом проходила объездная дорога, ведущая из порта, вокруг города, прямо на центральную трассу Ленинград-Хельсинки.

Чтоб не допустить подрыва мостов имеющих стратегическое значение, за три часа до начала основной операции, предполагалось высадить боевых пловцов из подводной лодки. Используя переделанную на ручное управление торпеду, движущуюся со скоростью пять-шесть узлов, они должны были подобраться к мостам, осмотреть их на предмет заложенной взрывчатки, а в случае наличия последней, ее обезвредить. После чего дожидаться воздушного десанта, попутно пресекая все попытки инициировать заряды.

Было совершенно очевидно, что несмотря на внезапность и поддержку с воздуха, долго десантники без подмоги морской артиллерии и морского десанта не продержаться. Поэтому в начальной фазе операции было принято решение после подавления всей наличной артиллерии, игнорировать военные гарнизоны островов Ранкки и Кирконмаа, предварительно уничтожив все плавсредства и связь.

Вторая фаза операции предусматривала захват островов Ристисаари и Кауниссаари расположенных в 16 километрах западнее острова Кирконмаа. По данным разведки крупнокалиберных орудий на них не было, но они находились в непосредственной близости от предполагаемого фарватера движения транспортных судов, пролегающего между островами Ранкки и Кирконмаа. Поэтому решено было острова поставить под свой контроль, развернуть там наблюдательные пункты оборудованные воздушными шарами и батареи 23 мм автоматических пушек для борьбы с торпедными и речными катерами противника, могущими представлять реальную опасность потоку транспортных судов, который пойдет по направлению к порту после овладения плацдармом на континентальном берегу.

Успех начального этапа операции целиком и полностью зависел от умелых и точных действий ВВС. Именно им надлежало подавить артиллерию островов Ранкки и Кирконмаа и открыть дорогу минным тральщикам, а за ними и всему флоту к порту Котка. Цели были распределены заранее. На каждом из островов, было по два закрытых артиллерийских капонира, которые планировалось подавить при помощи изделий 112/2. Кроме этого для подавления 152-мм пушки, зенитной артиллерии и артиллерии среднего калибра (предполагалось наличие 37 мм и 76 мм пушек приданных пехотным подразделениям), стоящих в открытых капонирах, остров Ранкки штурмовала эскадрилья Ил-2, а остров Кирконмаа целых две. Они предваряли атаку летающих бомб и отвлекали на себя внимание всех зенитных средств. К сожалению, разведке не удалось установить точного расположения вышеперечисленных огневых средств, они должны были быть выявлены и уничтожены после начала боя.

После штурмовиков в атаку шли четыре изделия 112/2. У них было самое трудное и ответственное задание — уничтожить закрытые орудийные доты. Летчиков подбирали гидросамолеты. После этого тральщики начинали расчищать фарватер, вызывая на себя огонь всей сохранившейся артиллерии. За ними следовали боевые корабли, подавляя выявленные вражеские огневые средства. Штурмовики продолжали свою работу, к ним подключались бомбардировщики Петлякова и старые добрые И-15 для нанесения точных завершающих бомбовых ударов с пикирования.

Одновременно с этим множество других авиационных подразделений начинали свою работу в пять часов утра этого майского дня. Они наносили удары по аэродромам, штабам и центрам связи всего финского побережья. Сотни летчиков подняли в воздух свои машины, только Геннадий Смирнов, опытный летчик награжденный орденом Боевого Красного Знамени за бои под Халхин-Голом, один из лучших в их штурмовом полку особого назначения береговой авиации Балтийского флота, все еще оставался на земле, сжимая кулаки от злости и бессильной ярости. Командир оставил их в резерве, и его, и Ваську Сварженко, его лучшего друга и постоянного соперника в негласном состязании пилотов полка, по праву занимающего первое место в точности пикирования самолета-бомбы.

В состав штурмового полка особого назначения Смирнов попал сразу же после завершения боевых действий в Монголии. Командиру дивизии пришел приказ из Москвы отобрать десять добровольцев среди молодых летчиков-истребителей имеющих боевой опыт, проявивших мужество и хладнокровие в воздушных боях. Добровольцы отбирались для выполнения правительственного задания особой важности связанного с повышенным риском. Дополнительным условием значилось, что база зрения добровольца должна быть не меньше 70 мм, а рост — не больше 170 см.

К прибывшему в дивизию врачу, держащему в руках небольшую линейку, их пришло человек сорок. Командир приказал выстроиться в одну линию и смотреть вдаль. Врач подходил, прикладывал линейку к носу и замерял расстояние между зрачками, оглашая результат командиру дивизии. Если названная цифра была семьдесят и больше, следовала команда:

— Шаг вперед!

Отпустив остальных, комдив зачитал четырнадцати оставшимся летчикам поступивший из Москвы приказ.

— Добровольцы, шаг вперед!

Все четырнадцать, не раздумывая, шагнули вперед.

— Тут, хлопцы, дело добровольное, я приказывать не буду. Киньте жребий, кому какая судьба…

В штурмовой полк особого назначения прибыло сорок летчиков собранных из различных авиачастей страны. Новоназначенный командир полка собрал своих будущих подчиненных и произнес краткую речь:

— Товарищи летчики, пока я один знаю суть нашей будущей работы, и очень хорошо понимаю тех, кто отдал приказ выбирать добровольцев среди летчиков-истребителей. Ваша новая работа потребует от вас мгновенной реакции, хладнокровия и ювелирной точности, умения мгновенно оценивать ситуацию, точно и быстро действовать в то единственное и краткое мгновение, когда можно добиться нужного результата. Вместе с тем, ваша новая работа не будет иметь ничего общего с работой летчика-истребителя. Скажу только одно. Она намного опасней и от точности каждого из вас будет зависеть результат операций, в которых будут задействованы полки и дивизии. Это ваша последняя возможность отказаться и вернуться на прежнее место службы. Все сейчас идут в штаб полка. Кто хочет вернуться, получит соответствующие документы, остальные дадут подписку о неразглашении. Почитайте ее внимательно и отнеситесь со всей серьезностью.

Когда через полчаса все снова собрались на плацу, командир полка продолжил:

— Думаю, многие уже завтра пожалеют о своем упрямстве, но будет поздно. Запоминайте. Для ваших подруг, жен и родителей все вы служите в третьем штурмовом полку береговой авиации Балтийского флота. На вооружении полка штурмовики Ил-2 и переделанные в штурмовики И-15, позволяющие выполнять наиболее точное бомбометание с отвесного пикирования. Эта информация открытая, ее знают разведки всех наших потенциальных противников. Это все. Любые сведения, касающиеся вашей настоящей работы… впрочем, вы все знаете, повторять и пугать вас не буду. А теперь слушайте, чем мы будем заниматься на самом деле.

Командир полка был прав. Большинство пилотов, в том числе и Геннадий, не раз еще пожалели, что не вернулись в истребительную авиацию, когда была такая возможность. Наверное, это можно было сравнить с переучиванием пулеметчика в снайперы, настолько разными были по своей природе те летные навыки, которые требовались для новой работы, по сравнению с тем, что они уже умели. Хотя самолет, прицел, и там, и там, все одно и тоже, а суть разная.

Инструкторов у них не было, только кем-то писанные письменные инструкции. Сперва они летали парами на переделанных под их нужды И-15. Самолет устойчивый в полете, как и Ил-2, но дешевле в обслуживании и бензина меньше берет. Один выполнял прицеливание самолета, фиксацию рулей и ручки газа, прыжок с парашютом на расстоянии шестьсот метров до цели, а второй контролировал дальнейший полет и выводил самолет из пике. Начинали с малых скоростей пикирования 400–420 км/час, постепенно наращивая ее с выработкой необходимых навыков. Скорость регулировали высотой, с которой шли в пике и ручкой газа. При малом газу, встречный поток воздуха раскручивал винт, и это существенно тормозило набор скорости пикирующего самолета. После приобретения необходимых навыков, пересаживались в учебный, двухместный самолет, внешне неотличимый от Ил-2, привыкая к реальным скоростям и особенностям пикирования этого изделия.

Прыжки с парашютом из пикирующего самолета также имели свою специфику, требовали быстроты и четкости в выполнении необходимых действий. Выпрыгивая вниз головой из кабины, нужно было сразу же развернуть свое тело параллельно фюзеляжу самолета, ногами в сторону винта, а головой к хвосту, контролируя его движение. В таком положении площадь тела, на которую действовал встречный поток воздуха, была минимальна и исключалась возможность, что плоскости хвоста самолета заденут ноги летчика. А такое было вполне возможно, если летчик после прыжка будет продолжать полет головой вниз.