И это, с тех пор как он начал общаться с Кэт, казалось Девону странным. Тем более он был недоволен тем, что когда-то поддавался этим самым женским хитростям. Теперь он находил компанию Мюриен, и подобных ей девиц, обременительной. А ведь еще две недели назад он наверняка увлекся бы ею, и осознание этого беспокоило его больше всего. Увлечение продлилось бы как минимум месяц или около того.
Он вздохнул и, оттолкнув занавес дальше, оперся плечом об оконную раму, чувствуя холод своей собственной комнаты.
Он мог поспорить, в коттедже Кэт было теплее. Было что-то почти волшебное в том месте, что-то уникальное, утешающее, уютное. Так или иначе, Кэт превратила свой коттедж во все то, чего был лишен Килкэрн Касл. Он вздохнул. Как только он оставит Килкэрн, каждый его день будет таким же, как и сегодняшний. Каждый день он будет улыбаться, говорить и кивать, чувствуя себя крайне одиноким. Общение с Кэт испортило его.
Он опустил занавес и отвернулся. Правда была в том, что Кэт Макдональд интересовала его больше, чем любая другая женщина. Не потому, что он был увлечен ею, а из-за того, что она была вызовом, единственной в своем роде, неисследованным источником наслаждения для его безжизненного духа. Прошло много времени с тех пор, как ему приходилось прилагать усилия, для того чтобы заполучить женщину в свою кровать. Даже такую женщину как она.
Он снял свои ботинки, отбросив их в сторону. Он уже тянулся к галстуку, когда что-то стукнуло в окно.
Девон обернулся на звук. Он послышался снова, только на этот раз был громче. Кровавый ад, кто-то пытался привлечь его внимание, бросая гальку в окна. Может быть это Кэт? Соскучилась ли она по нему так же? Никто другой не прошел бы такое расстояние, чтобы добиться его внимания. Малкольм постучался бы в двери, у Фионы просто не было бы причины, а Мюриен… хорошо, скорее всего, она просто войдет и залезет в его кровать. И если бы он не был осторожен, так бы она и поступила. Под ее серебристым глянцем был слой меди. Он почти чувствовал это.
Другой камень ударил в окно, на этот раз больше предыдущего. Он лязгнул о стекло и упал. Это должна быть Кэт.
Ухмыльнувшись, он распахнул окно и высунулся наружу — бах. Камень попал ему в лоб, и отправил нетвердой походкой назад, в длинные занавеси, которые окружали его кровать.
Он упал на матрац и лежал там, быстро мигая. Черт возьми, она хотела убить его? Он выпрямился, осторожно касаясь лба, где уже вскочила шишка.
— Сассенах? Вы там? — выкрикнул сильный мужской голос.
В конце концов, это была не Кэт. Раздражение воевало с разочарованием. Одной рукой прикрывая лоб, Девон встал на ноги и выглянул в окно. Без сомнений, внизу во дворе стоял огромный, неуклюжий шотландец, один из парней Кэт, хотя было слишком темно, чтобы рассмотреть который из них.
— Кто ты, черт тебя побери? — спросил Девон. — Ты чуть не убил меня!
— Не нарочно, — сообщил гигант мягким тоном. — Это был маленький камень.
Девон окончательно узнал голос. Это был грозный Саймон. Он осторожно потер свой лоб.
— Что тебе нужно?
— Я пришел узнать, не желаете ли вы намочить с нами усы.
«Намочить усы». Что, черт возьми, он имеет в виду?
— Боюсь, что не смогу в данный момент намочить свои усы, так как у меня, их нет.
— Приходи, сассенах! В таверне «Лев и Хряк» подают прекрасный эль.
Девон положил руки на подоконник и наклонился так, чтобы видеть своего посетителя яснее. Мужчина не был пьян, ибо он не качался, и слова его звучали твердо и к месту.
— Эль, да? Это и есть то, чем вы «мочите усы»?
— А чем же еще? — спросил Саймон, очевидно изумленный.
— Чем же еще, действительно. Могу я спросить, почему ты делаешь мне это удивительное предложение?
— Потому что мы подумали, вы будете не против пинты.
— Мы?
— Остальные уже на постоялом дворе. Осмелюсь сказать, что нам придется туго, если мы хотим догнать их, особенно Хэмиша. Он, кажется таким важным, но может перепить любого мужчину, который заботится о своем имени.
Голова Девона болела из-за камня, а его сердце болело из-за последних несчастных дней. Но где-то на задворках ума, он слышал голос Малкольма, утверждающий, что лучший способ завоевать Кэт— это завоевать уважение ее парней.
Это было невысказанное правило для мужчины, который хотел оценить характер другого мужчины, приглашая его выпить, а затем, наблюдая, кто выдержит испытание с наименьшим для себя эффектом. И Девон признавал эту старую уловку.
Но это состязание мужской силы воли имело своей целью выиграть доверие парней Кэт. Если все, что нужно делать — это пить в комнате полной хулиганов, он делал бы это каждую ночь на протяжении года, чтобы выиграть некоторое время с девушкой.
— Замечательно, — крикнул он вниз. — Я иду. Дождись меня там.
Усмешка Саймона была видна даже с верхних этажей.
— Давай, сассенах, но не заставляй меня ждать долго. И никогда еще не испытывал такой сильной жажды, как сейчас.
— Не буду.
Девон начинал уже закрывать окно, но его пристальный взгляд упал на камень, который закатился за край кровати. Со слабой улыбкой, он поднял его, чтобы после секундной оценки расстояния, бросить обратно в оконный проем.
Слабое мычание, наполненное болью, а затем громкие проклятия заполнили воздух.
Хищно улыбнувшись, Девон натянул ботинки и пальто и вышел за дверь.
Глава 18
Не пойму, как мой сын мог додуматься до такого — ущипнуть служанку с кухни. Я уверен, что он никогда не замечал за мной подобного. Ведь я в жизни не позволял себе интрижки с кем-либо ниже горничной.
Из разговора герцога Дравентона со своим лучшим другом, лордом Разерфордом, во время прогулки к галерее у Палаты Лордов.
— Черт возьми, — произнес Девон, чувствуя подступающую тошноту. — Я умер.
— Пока нет, — прозвучал резкий женский голос.
— Кэт? — Он попытался приподнять голову, но, застонав, уронил ее обратно на гору подушек. Это резкое движение заставило его желудок сжаться.
— Лежи спокойно, — приказала она.
Как будто он вообще мог двигаться.
— Моя голова… меня кто-то ударил?
— Единственное, что тебя ударило, так это остатки бренди на дне бутылки.
В ее голосе слышалась злость. Он снова открыл глаза, но сразу же зажмурился:
— Комната вращается.
— Опусти ногу на пол.
— Что?
Две умелые руки приподняли его ногу и уронили ее на пол. Спустя мгновение комната вокруг перестала вертеться, и он смог выговорить:
— Помогло.
— И это тоже поможет, — сказала она. — Приподнимись и выпей.
