— Вы меня выгоните?
— Поздно выгонять. Мы уже по уши в дерьме. Этот урод ткнул нас туда по самые уши, показал, что мы ничто перед ними. Значит так, передашь жрице, что я знаю о ситуации и требую личную беседу со старшей берегиней.
Полковник нервно засмеялся.
— Не тех упырей ты, Кузнецов, долбил. Надо было тех, что у власти искать. Не поверю, чтоб такие умные сущности не пропихнули своего в верха. По крайней мере, понятно, почему все молчат об убитых тобой. Тем более надо завязать с охотой. А если так, то собрание будет лишь фарсом на публику. Всё давно решили. Всё перекроили. А может и нет.
Он замолчал и обратил свой взор на Ангелину.
— Я надеюсь, что у вас, барышня, секретов нет. Мне только не хватало сейчас ещё одного удара в спину.
Фотиди пожала плечами с равнодушным взглядом.
— Ты мне фифу не строй. Ты словами скажи, — снова вспылил начальник.
— В сектах не состою, человечеству зла не желаю, в богов не верую и не поклоняюсь, на иностранные организации не работаю, — отрапортовала магесса.
— Сашенька?
— Правду говорит.
— Хорошо. Значит, расклад такой. Выгонять никого не буду. С берегинями ссориться мы не станем, в конце концов, они законы не нарушают, но каждый свой доклад согласовываешь со мной.
Начальник встал с кресла и прошёлся по залу.
— Это какая-то хрень вырисовывается. Либо на нас весь свет клином сошёлся, либо я сплю, и это сон про шпионский детектив. Что, кстати, с булькающей тьмой?
— В погреб пересадили. О запасах консервов заботится, всё равно больше делать эта плакса ничего не сможет, а выгонять жалко, — взял я слово вместо Анны.
— Всех тебе жалко, — снова вспылил начальник. — Крысу жалко, призраков жалко, изменников жалко. А тебя кто-нибудь пожалеет? Хрен. Выдавят как пасту из тюбика и выкинут. Жалко ему. Меня никто не жалел, когда семья с ума сходила, когда дочь плевала вслед.
— Я просто не хочу необратимых событий.
— Каких? Необратимых? Это как? Мол, извините, он умер, но сейчас оживёт? Не бывает так, чтоб всегда необратимые последствия.
— Не бывает, — согласился я, — но если зависит от меня, то я сделаю их побольше.
— Ну и дурак, — сказал, словно плюнул начальник.
— Вот, потому он Посрединник, а ты Опричник, — раздался мелодичный голос.
Все обернулись.
Обнажённая красивая девушка сидела на подоконнике, поджав ноги и распустив длинные зеленоватые волосы.
Все медленно встали с мест, глядя на богиню. Та грациозно спрыгнула на паркет.
— Вспомни старые сказки. Дурак, решающий не умом, но сердцем, достигает большего, чем корыстный человек. Думаешь, это просто сказки?
Серые бездонные глаза не мигая глядели на нас. Богиня сделала шаг, дотронувшись кончиками пальцев до стены.
— Мне тяжело говорить, — слетело с её губ.
Вместе с этим по краям поставленного на микропроветривание окна возникли вереницы капель, которые сначала побежали по стеклу и пластику, а потом, собравшись в ручейки, потекли к середине комнаты, где начали падать вверх. Там они собирались большой, слегка колышущийся шар, висящий в воздухе на уровне лица. Когда поток иссяк, а шар стал размером с голову человека, по поверхности побежала мелкая рябь. Из него раздался голос.
— Остальные боги с начала весны готовились к приходу в этот мир. Я опоздала. У меня нет жрецов. Нет культа. Нет свиты. Мне это нужно. Это вопрос статуса.
— И чем мы тут поможем? — нахмурившись спросил Белкин.
— Наберёте жрецов, объявите о культе, составите свиту.
— Почему именно мы? — негромко, чтоб не оскорбить могущественное создание, спросил начальник.
— Я видела устройство, где меж колец лежат бусины. Вот.
От сферы отделилась большая капля, приняв форму шарикоподшипника.
— Каждая деталь проста, но сложившись вместе, работают слаженно, не давая испортиться ещё большему устройству. Одно кольцо — мир духов, другое — мир людей. Ваш отряд — это один из таких шариков.
Пока вода говорила вместо богини, та стояла, замерев как статуя, глядя из-под полуприкрытых век своей серой бездной. А ещё выплёскивались капли, оборачивающиеся разными символами и фигурками, дублируя речь.
— И как мы это сделаем?
— Словами.
— Я не власть.
— Ваша бусина нужна, чтоб очищать этот город от скверны и сорняков. Люди видят ваши дела. Это привносит покой в их души. Они видят, как обычные люди стерегут их покой, не боги, не духи, люди. Духи же знают, что отступника от мирного договора ждёт кара, и за него никто не вступится.
— Слишком заумно.
— Нет. Напротив. Это просто и проверено временем. Былинные богатыри побивают армии тьмы. Хитрый воитель обманывает саму смерть, выручая царевну из плена. Это просто и проверено временем. Их знают и слушают даже князья.
— От нас-то что?
— Для начала свита. Мне нужно, чтоб вы были со мной на церемонии представления нас миру. Но не все. Ты, Всевидящая, не сможешь пойти. На тебе метка хозяина северного леса. Если ты пойдёшь со мной, то это будет прямое оскорбление ему. Я испорчу с ним дружбу, а ты умрёшь. И не ты, Травница. Берегини не простят обиды и отвернутся от тебя.
— Я не пойду, — резко вставил Кузнецов.
— Неистово верующий в единого Господа Бога, можешь не идти, только знай, что всеотец-мать не нуждается в поклонении. Вера нужна вам самим, чтоб не заблудиться в избранном вами пути. Но бывает, что проводники слепы. Тогда слушай свою совесть, вот то, что связывает тебя со всеотцом-матерью крепче молитв и священников. Ты удивлён, что я не отговариваю тебя от твоей веры? Это было бы глупо, — лились в ответ слова мягкие как колыбельная песня.
— Но если он есть, то где он?
— Этому не нужно поклонение.
— Но Христос, сын Божий. Он как?
— Христос был просто человеком, умершим за свою веру. Его поставили в пример и вознесли на высоты люди, не боги. К тому же, вы все дети всеотца-матери. Вы равны для этого, какой бы веры вы ни были.
— Я не понимаю.
— И не надо. Просто верь, во что веришь. И помоги мне, если хочешь. Я не прошу много, лишь пройти об руку. Всеотец-мать далеко, а я здесь. В меня можно не верить, я просто есть.
— Твои слова лживы, как у всякого демона, — наконец, процедил Николай.
Богиня только улыбнулась в ответ и оглядела остальных. Её взгляд остановился на мне.
— Дай мне это оружие. Погляжу.
Я вытащил из ножен кинжал, который теперь постоянно носил с собой.
— Не этот старый клинок. Другое.
— Покажи, — шепнул Белкин.
Я встал и принёс пистолеты, положив их на столик.
Богиня наклонила голову. От водяного шара отделилось кольцо, похожее на жидкий бублик в невесомости. Кольцо подплыло к пистолетам, остановившись над старинным пистолем. Внезапно прозрачное кольцо дёрнулось и резко вернулось к общей массе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
