В лагерь приехали уже в полночь. Было тихо и лишь где-то урчал движок передвижки. Спутники Стивена куда-то ушли, оставив его одного. Вероятно, они посчитали, что бежать в это время и в незнакомой местности, равносильно самоубийству.
Стивен присел на подножку джипа и прислонился к дверце. От утреннего удара автоматом сильно болела спина. Всю дорогу чувствовал нестерпимую боль. Он расстегнул защитный ремешок с часов и посмотрел на циферблат. В Лондоне было пять часов вечера. Захотелось лечь на спину, чтобы хоть как-то уменьшить боль, но он с детства боялся змей и сейчас в темноте это особенно страшило его.
Минут через десять пришёл один из его спутников. Он взял Стивена за рукав и повёл за собой. Кругом была сплошная темнота и удивительно, как этот бородач находил в ней дорогу. Но вот впереди сверкнула лампочка, и они подошли к палатке. Из неё вышел небольшого роста мужчина, и что-то сказал им. В руках он держал чайник и небольшой свёрток. Бородач подтолкнул Стивена и кивком показал, чтобы тот шёл за этим парнем. Они подошли к небольшой палатке, парень открыл полог и показал Стивену, чтобы тот заходил внутрь. Пригнувшись, Стивен вошёл внутрь и оказался в полной темноте. Парень оставил у входа чайник со свёртком и ушёл. Стивен опустился на землю и стал ощупывать пространство вокруг себя. Под руками зашуршала галька и песок. Он лёг на спину и с удовольствием вытянул ноги. Они упёрлись в стенку — палатка была двухместной. В животе заурчало, и он стал нащупывать в темноте чайник и свёрток. Чайник оказался ещё тёплым, а в свёртоке была завёрнута лепёшка. Стивен с силой вонзил в неё зубы и, почти не пережевывая, стал глотать куски так вкусно пахнувшего хлеба.
Он не помнил, как заснул. Его разбудили автоматные очереди и крики людей. Вскочив на ноги, он упёрся головой в палатку и тут же присел. Подождав минуту, выглянул наружу. Метрах в сорока от него, в окружении моджахедов, стояло небольшое стадо овец. Овцы блеяли и жались друг к другу. Иногда один из них поднимал вверх автомат и давал короткую очередь. Овцы пугались и старались вырваться из круга, но их хватали и вновь бросали в круг. Стивен выполз из палатки и огляделся. Слева и справа лагерь окружали высохшие русла рек. Долина была неширокой, но довольно длинной и ровной.
Солнце ещё не взошло, но вершины гор были ярко освещены и на чистом, голубом небе не было ни облачка. Воздух был довольно прохладный и Стивен зябко поёжился.
Около одной из палаток он заметил смонтированную армейскую антенну. За ней стояло два небольших БМП. «Наверное, там у них штаб», — подумал он и направился к толпе, окружившей стадо овец. Когда он подошёл, на него никто не обратил никакого внимания. «Странно… Есть тут кто нибудь старший или это действительно толпа». Он мельком взглянул на штабную палатку. В это время из неё вышли несколько человек. Теперь он понял, почему к нему все были так безразличны. Люди, вышедшие из палатки, были европейцами и в них угадывалась армейская выправка. «Инструкторы… и, скорее всего, САСовцы», — подумал он и направился к ним. Когда подошёл вплотную, один из них профессионально окинул его взглядом и сказал:
— Просто удивительно, что вас сюда доставили живым. Обычно привозят головы, — все громко засмеялись.
— Удивительно не это, — Стивен посмотрел на говорившего, — а то, что этому учат офицеры британских войск, если конечно их можно таковыми назвать… Впрочем, вы уже не относитесь к армии и здесь вероятно зарабатываете себе на хлеб, — он улыбнулся и сплюнул перед собой. Все разом замолчали и пристально посмотрели на него. Один из них сделал резкий шаг в его сторону и уже готов был нанести удар, но окрик остановил его. Стивен даже не заметил крикнувшего.
— Не забывайтесь, Хейс! Вы не в Англии. Здесь каждый живет, как хочет и как может. Этого нам никто не запретит.
Только теперь он увидел, кто дал команду. Все расступились и вперёд вышел невысокий, плотный мужчина лет пятидесяти с типичной армейской стрижкой. Он единственный из них был одет как офицер САС. Звание полковника говорило о том, что он здесь главный.
— Право на ношение формы, полковник, оставляет за вами обязанность уважать пленных, если я таковым являюсь… и, кроме того, я офицер. Поэтому, прошу обеспечить мне минимальные условия.
— Условия таковы, — полковник вплотную подошёл к Стивену. Он заложил руки за спину и, чуть прищурив глаза, посмотрел прямо в лицо, — за вашей палаткой течёт ручей — там будете мыться, туалетов здесь нет — поскольку нет женщин, армейский спальник вам выдадут. Питаться будете как все. Это всё… Думаю попыток бежать не будет — вас просто пристрелят как барана… И самое главное — как можно реже открывайте свой рот. Вас могут неправильно понять.
— Благодарю и за это. — Стивен повернулся и направился к своей палатке. Вскоре в палатку протиснулся знакомый ему парень. Он кинул на пол армейский спальник и армейскую туалетную сумку. В ней Стивен нашёл всё для мужского туалета.
Мимо палатки прошло несколько человек. Они о чём-то оживлённо говорили на своём гортанном наречии. Взяв туалетные принадлежности, Стивен вышел из палатки и направился к ручью. Там уже было несколько человек. Одни омывали водой бороды, другие, ниже по течению, справляли свои нужды прямо в ручей. Он прошёл мимо них и поднялся выше по течению. Проходя мимо, услышал, как кто-то из них на ломаном английском сказал:
— Его привезли сегодня ночью. Будут судить, а потом… — дальше он не расслышал.
Несмотря на прохладное утро, решил вымыться до пояса. После вчерашнего, дневного пота тело неприятно зудело и чесалось. Оглянувшись назад, увидел, что все пристально наблюдают за ним. Он скинул рубашку и бросил её на камень. Это было его непростительной ошибкой. Широкий кожаный браслет с маячком на руке сразу привлёк внимание одного из боевиков. Он что-то сказал своему соседу и они вместе направились к Стивену. Когда Стивен понял свою ошибку, было уже поздно. Он мог бы уложить этих двоих на месте, но там было ещё несколько человек и у них были автоматы. Он решил не рисковать. Первый из подошедших моджахедов показал ему на браслет, что-то говоря на своём гортанном языке. Стивен сделал вид, что не понял его просьбы и стал спокойно одевать рубаху. Стоявший за его спиной боевик, передёрнул затвор автомата. В знак согласия, Стивен закивал головой и стал расстёгивать ремешок. Расстегнув браслет, попытался отключить маяк, повернув циферблат на полный оборот, но моджахед вырвал его из рук, подумав, что тот хочет сломать его. Стивен не успел нажать кнопку фиксатора. Необычный циферблат заинтересовал бородача и он, что-то громко говоря, направился к остальным, размахивая им в поднятой руке. Стивен побежал за ним, хватая его за рукав и пытаясь объяснить по-английски, что этого делать нельзя, но сильный удар по голове заставил остановиться его и, падая, он почувствовал, что теряет сознание. Очнулся от выплеснутой на него ледяной воды из ручья. Постепенно пелена уходила с глаз, и он стал различать контуры окруживших его людей.
