— Жди здесь! — приказала она, исчезая в дверях.
В отчаянии Фоби закрылась в кабинке. Ее сотрясала дрожь. В довершение ко всему, устроившись на сиденье унитаза, она обнаружила, что ей грозила опасность заболеть пневмонией, и у нее начались месячные.
Наконец, после громких хлопков дверьми кабинок, она услышала несколько слов, сказанных по-французски. К счастью, моделей уже не было — они вернулись на вечеринку, чтобы распространить последние новости, оставив ее платье лежать на полу грязным куском материи вместе с окурками. Белль стояла прямо на нем, хмуро ожидая ее появления с бутылкой текилы и длинным свитером кремового цвета.
Вздрогнув, Фоби узнала его. Это был старый свитер для игры в крикет, растянувшийся почти до колен, который, как она предполагала, стирали вручную и любили не одно десятилетие. Несколько минут назад его рукава были завязаны вокруг шеи Феликса. Шеи, к которой она довольно неумело прикасалась влажной салфеткой.
Белль взяла на себя заботу о Фоби. Она натянула на нее свитер, словно нянька, закатала рукава, пока не показались ее руки, и несколько раз потянула его вниз, чтобы он приобрел приличную длину. Сделав это, она молча открутила пробку бутылки и сунула ее под покрасневший нос Фоби.
Фоби больше не заботило то, что она появится на вечеринке пьяной. Она сделала большой глоток, поморщилась, закашляла и почувствовала, что согрелась. Свитер был широким, колючим, и от него пахло незнакомыми духами. Затем Фоби поняла, что это были ее собственные духи, которые она регулярно наносила на кожу с шести часов вечера.
— Большое спасибо. — Она благодарно улыбнулась Белль. — Ты спасла мою жизнь.
Пожав плечами, Белль предложила ей еще текилы, зажгла сигарету и оставила ее одну.
Фоби посмотрела на свое отражение. Бесформенный свитер был такого же цвета, как и ее бледное лицо. Он смотрелся восхитительно на широких плечах и накачанном животе Феликса. Болтаясь на ее теле, он напоминал вещи, в которых она спала зимой. Глубокий V-образный вырез опускался намного ниже выреза ее платья, а фиолетовые и зеленые полосы гармонировали с ее глазами.
— Что? — В ужасе Фоби наклонилась вперед и всмотрелась в свое лицо.
Она не ошиблась — одна фиолетовая линза выпала, когда она плакала. Теперь она казалась себе похожей на героя из «Звездных войн».
Лицо покраснело от слез, макияж размазался. В отчаянии Фоби смыла остатки косметики и опустилась на четвереньки, чтобы отыскать пропавшую линзу.
После того как в туалет зашли несколько женщин и увидели зад, выглядывающий из-под старого свитера, Фоби потеряла надежду и выпрямилась. Услышав легкий хруст в области колена, она посмотрела вниз. Приглядевшись внимательнее, она печально вздохнула. К левому колену прилипли осколки линзы. Она собрала их и снова вздохнула, стараясь немного приободриться. Еще чувствуя действие выпитой текилы, Фоби сполоснула лицо холодной водой, зачесала волосы назад и, пошатываясь, вышла из туалета.
Ее появление побило все рекорды по притяжению всеобщего внимания. Драматическая тишина и последующие приглушенные разговоры превзошли даже эффект от внезапного появления самого Фаллоса. Она почти слышала стук печатных машинок.
Фоби не могла выбрать более подходящего момента. Вечеринка была в самом разгаре, и о появлении именно в это мгновение мечтало большинство знаменитостей. Выбор двери также оказался очень оригинальным.
Собравшаяся толпа почти сплошь состояла из маленьких, толстых и могущественных адвокатов; маленьких, худых и ищущих наслаждений журналистов; маленьких, жилистых, стареющих знаменитостей и одного или двух красавцев, чей интеллектуальный уровень в обратной пропорции соответствовал длине пениса. Из женщин были мегеры-журналистки, одетые в платья от Николь Фархи, которые старались незаметно вытереть размазанную тушь. К женскому полу принадлежало также одно странное существо, которое не отходило от буфета и чесало вилкой комариный укус на волосатой ноге. Большинство составляли длинноногие хихикающие модели, которые в одной руке сжимали бутылку минеральной воды, а в другой — модную сумочку размером с пенал.
Все они смотрели на Фоби.
Стэна нигде не было.
Она медленно пробиралась вдоль стены, стараясь привлекать как можно меньше внимания в надежде определить местонахождение Стэна, которому она собиралась сказать об их незамедлительном уходе.
Но гости уже заскучали, и им требовались новые развлечения. Они подходили, чтобы познакомиться с чудаковатой девицей, появившейся из туалета, о которой все говорили. Фоби узнала в толпе несколько знакомых лиц — хихикающих моделей, льстивого продюсера Малколма и — о ужас! — Белль и Феликса. Опередив всех, перед ней замаячили фотографы, которые просили ее улыбнуться и назвать свое имя.
— Фоби Фредерикс, — рассеянно сказала она, слишком поздно вспомнив, что до этого она весь вечер называла себя Франсес Куртолье-Куртье. Она подумала, не лучше ли снова попытаться притвориться кем-то другим — без макияжа и платья она выглядела совершенно неузнаваемой.
Модели заботливо столпились вокруг нее, размахивая тонкими руками и ободряюще поглаживая ее по плечу, одновременно улыбаясь фотографам.
— Ты в порядке, дорогая? — спросила Рыжий Пушок, наклоняя к ней милое личико в форме сердечка и вопросительно поднимая тонкую бровь.
— Да, спасибо. — Фоби вежливо улыбнулась.
— Неплохо выглядишь. — Пудреница, чьи зрачки превратились в крошечные точки, осмотрела свитер. — Действительно классно. Идея смыть макияж просто великолепна — идеально подходит для образа маленькой девочки, которая надела свитер папочки. Тебе очень идет. Думаю, я тоже куплю себе такой.
— Ты едешь в Париж в этом году? — спросила Хелки, поправляя прическу Фоби.
— Насколько мне известно, нет.
— Хорошо, тогда встретимся в Нью-Йорке. Пока, малышка.
Они вернулись к своим очень низеньким, очень богатым и очень уродливым спутникам, одетым в свитера и кожаные блестящие блузоны. По возрасту спутники годились им в отцы.
— Мне показалось, или ты и есть та самая девушка, с которой я сегодня уже разговаривал? — Малколм поднял на нее веселый взгляд прищуренных глаз.
— Прошу прощения? — Фоби подтянула вырез свитера, который спускался вниз, чуть ли не до пупка.
— Нет, я ошибся. — Он изучал ее бледное лицо и покрасневшие глаза, с которых жидким зеленым мылом Фоби смыла всю косметику. Сладкая улыбка быстро исчезла. — Тебя зовут?..
Фоби нервно огляделась и заметила поблизости Белль и Феликса. Судя по напряженным лицам и красноречивым взглядам, они ссорились, но так, чтобы их никто не смог услышать. Почти пустая бутылка текилы раскачивалась в опасной близости от головы Феликса.
