— Рада за вас, снэр. Надеюсь, боги будут к вам благосклонны.
— Я тоже… Напомни своё имя.
— Иалей, снэр.
— Точно! У меня хорошая память, а тут из головы вылетело. Очень торопишься? Просто я человек новый, а ты, чувствуется, привыкла к этой толчее… Словом, я один дом ищу, совсем запутался, проголодался, как стая волков! Думаю, твой хозяин не обидится, если ты поболтаешь немного с магом?
Он отвёл меня в подвальный кабачок, усадил на перевёрнутую бочку и, уплетая нехитрый обед, сдобренный элем, выпытал всё, что знала о высшем свете Гридора. Узнав, что хозяин женился, просил передать поздравления, на что я осторожно заметила, что он выбрал неудачное время. Разумеется, Тьёрн спросил почему, и я вкратце рассказала о норине Мирабель.
— Слушай, а вы к ней мага уже звали? — Я отрицательно покачала головой. — Да быть того не может! В её состоянии маг — гораздо важнее лекарств. Ты пойми, она на грани балансирует, с ума сойти может или руки на себя наложить. Успокоительные боль притупляют, а нужно её выпустить. Словом, пусть виконт своего чародея позовёт.
— Не позовёт, — вздохнула я. — Хозяин дома не ночевал, да и вообще не появлялся. Ему самому сеньор Мигель пригодился бы. У него своё горе на уме, о госпоже он не думает, да и не понимает, каково ей.
— Ладно, сам свяжусь. Пусть не по правилам, но мне виконтессу аль Тиадей жалко. Куда, думаешь, хозяин мог пойти?
Понятия не имела. Вариантов немного: пьёт в каком-то заведении, у друзей, в борделе или у любовницы. Последней, вроде, у него сейчас не было, но при желании завести несложно. Виконт Тиадей — видный мужчина, богатый, знатный, влиятельный, да и симпатичный. Желающие всегда найдутся.
Тьёрн нахмурился, барабаня пальцами по столу:
— У меня встреча, хотя… Далеко отсюда особняк Тиадеев? Рискну, только вашего мага предупрежу, чтоб не в претензии был. Ему бы не в замке сидеть, книжных червей кормить, а при виконте жить. Или в замке что-то ценное, что он сторожит?
Я пожала плечами. Сеньор Мигель не домосед, постоянно куда-то уезжал. Оно и понятно — в мирное время хозяин редко прибегал к его услугам.
Спешно закончив обед и кинув на стол горстку монет, Тьёрн направился к нашему дому. Важно представился управляющему, как протеже мага сэра Тиадея, презрительно скривился при попытке задать ещё какой-то вопрос, будто случайно, качнув подвеской с колдовским знаком, и попросил доложить о себе либо хозяину, либо хозяйке.
Норна дома не было (я даже начала беспокоиться, не случилось ли чего), а норина Мирабель, разумеется, никого не принимала. Но Тьёрна это не остановило. Я узнавала в нём черты, присущие другим магам: высокомерие, лёгкое презрение к простым авердам, непоколебимая уверенность в собственных силах и правоте.
— Думаю, меня норина примет. Пустили же вы врача? Так считайте, что я врач. Нет, разумеется, я могу уйти, но без меня виконтессе Тиадей лучше не станет. А виконт Тиадей не погладит по голове за твёрдолобое упрямство.
Управляющий сдался, попросил Тьёрна подождать в приёмной, велев мне быстро сбегать и взглянуть, спит ли госпожа. Она не спала, лежала на кровати, уставившись в одну точку. И будто не моргала. Я несколько раз окликнула её перед тем, как дождалась какой-либо реакции.
Положила купленные лекарства на столик и доложила, что её хочет видеть один человек — «Он поможет вам, госпожа, сделает так, чтобы сердце меньше болело».
Норина ответила всхлипом, замотала головой и уткнулась лицом в подушку.
Маг пробыл у неё около двух часов, за это время из-за двери не донеслось ни звука. Потом вышел, довольно улыбаясь, и выписал счёт за услуги. Подумав, приложил к нему листок с именем и столичным адресом.
Заглянув в спальню, увидели, что госпожа сидит, откинувшись на подушки. На столике стояли пустой стакан и открытая бутылочка с лекарством.
Норина Мирабель выглядела уставшей, с резко обозначившимися скулами, поникшими уголками рта, но не плакала. Обернувшись на робкие шаги горничной, попросила чего-нибудь поесть.
Не знаю, что с ней сделал Тьёрн, но госпоже определённо стало лучше.
Уходя, маг шепнул:
— Если вдруг понадоблюсь, я остановился на постоялом дворе «Танцующая лошадь». Был бы рад, если бы ты прогуливалась возле него каким-нибудь вечерком, город показала…
Я предпочла промолчать: для всех мы незнакомы. А то неизбежно начнутся вопросы, и всплывёт то, что хотелось бы скрыть.
Хозяин появился тогда, когда мы уже забили тревогу. Как ни странно, твёрдо держался на ногах, вид имел презентабельный и даже велел накрывать к ужину. Правда, подойдя ближе, я почувствовала запах рашита. Пил, но последствия алкоголя успели наполовину выветриться. Значит, не из кабака. Но и дешёвыми духами от него тоже не пахло.
— Что принюхиваешься? — норн устало опустился на стул, вытянул ноги. — Будто собака. Хочешь узнать, где меня носило? Ну да, я же должен быть у постели стонущей от горя супруги, изображать, что я её люблю… Как она, всё плачет? Бедняжка, столько же успокоительного выпила за день? Думаю, пинту, не меньше. И лысого демона это поможет!
— Что там у тебя? — хозяин покосился на оставленные Тьёрном бумаги.
— Здесь был маг? У моей жены? Без моего ведома? — Голос постепенно повышался.
— Мы не знали, где вас искать, хозяин, а снэр предъявил управляющему рекомендации от вашего дяди, был так настойчив… Госпоже после его визита стало лучше, она теперь ест.
— Не знали, где искать, — рассеянно повторил хозяин и горько усмехнулся своим мыслям. — Подальше отсюда, в разухабистой конуре, где веселье вставало поперёк горла. Значит, его зовут Тьёрн Содерик, и он ищет работу. Что ж, если Мирабель действительно лучше, он её нашёл. Пусть придёт завтра к одиннадцати, я хочу поговорить с ним. У Роналда есть вакантное место, если окажется дельным малым, порекомендую. Только сначала я взгляну на Мирабель. Или не стоит?
Не особо вслушиваясь в монолог хозяина, расставляла приборы и не обратила внимания на воцарившуюся в столовой тишину. Как оказалось, напрасно. Норн пристально смотрел на меня. Только теперь я поняла, что он действительно задал вопрос, хотел знать моё мнение.
— Хозяин желает, чтобы я ответила? — уточнила на всякий случай, всё ещё не веря ушам.
Он пожал плечами и отвернулся:
— Значит, не стоит. Или даже моя собственная торха не желает со мной разговаривать?
Отложила в сторону полотняную салфетку, приблизилась к нему и опустилась на корточки:
— Как я могу, хозяин? Просто думала, что вы разговариваете сами с собой…
— Нет, с тобой. Как с единственным нормальным существом во всём доме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
