Западнее мыса Пассеро 3 ударных соединения адмирала Хьюитта оказались в еще более трудных условиях, чем англичане. Побережье в этом районе было открыто всем ветрам, и потому волна была более сильной. В результате произошел ряд задержек, часть десантных судов тоже выскочила на мелководье, что вызвало серьезный беспорядок. Воздушные атаки противника сначала обрушились на этот участок. 11 июля немцы провели сильную контратаку, непосредственная воздушная поддержка войск оказалась слабой. Одно время казалось, что высаженный десант может быть сброшен обратно в море. Но постепенно трудности были преодолены, и 7 Армия закрепилась на плацдарме. Генерал Паттон начал наступление прямо через центр острова и 22 июля захватил Палермо. После этого американцы повернули на восток и начали наступление на Мессину.
В британском секторе корабли были очень заняты, так как постоянно получали просьбы армии об огневой поддержке. Им также приходилось расчищать захваченные порты, отбивать воздушные атаки и отгонять подводные лодки, которые пытались прорваться к сгрудившимся у берега судам. Через несколько дней германские бомбардировщики сосредоточили свои усилия исключительно на британских кораблях, оставив в покое американцев. Именно эти налеты стали причиной большей части наших потерь. Однако ни один из британских адмиралов не упрекнул авиацию за неэффективность истребительного прикрытия, как это сделал американский адмирал Хьюитт. Сам главнокомандующий отметил, что «длительное пребывание на якоре такого большого количества кораблей вблизи вражеского берега при столь малых потерях граничит с чудом». Разница во взглядах была следствием того, что мы уже 3 года вели постоянные бои с Люфтваффе и точно знали, какими смертоносными могут быть атаки германских бомбардировщиков против кораблей и конвоев, не имеющих истребительного прикрытия. Американцы не имели подобного опыта и рассчитывали на полную неуязвимость от воздушных атак. Британский флот не строил особых иллюзий на сей счет и лучше понимал проблемы, возникающие при попытках обеспечить прикрытие с воздуха. Поэтому мы более реально оценивали действия ВВС. Подводные лодки Оси сумели причинить гораздо меньше вреда, чем самолеты[22]. В течение 3 недель после высадки в Сицилии мы потопили 3 германских и 8 итальянских подводных лодок. Кроме того, итальянская подводная лодка «Бронзо» была 12 июля захвачена возле Сиракуз, и британские тральщики торжественно привели ее в гавань на буксире.
После захвата Аугусты и Сиракуз, а также соседних аэродромов, следующей целью 8 Армии была Катания. Но в нескольких милях от города наши войска встретили упорное сопротивление. Утром 17 июля адмирал Каннингхэм отправил с Мальты линкор «Уорспайт», чтобы огнем тяжелых орудий расчистить путь армии. Однако ни 15" снаряды, ни парашютный десант, ни лобовая атака пехоты не смогли сломить сопротивление врага. Поэтому генерал Монтгомери отказался от попытки прорваться к Мессине напрямую вдоль восточного побережья Сицилии. Вместо этого он предпринял обход вокруг горного массива Этны. Это решение стало сюрпризом для командования флота, которое ожидало более решительных попыток использовать наше полное господство на море и было готово высадить еще один десант за линией фронта на равнине Катании. Хотя рельеф берега между Катанией и Мессиной, а также мощные береговые укрепления мешали высадке крупного десанта, небольшое диверсионное соединение могло уничтожить уязвимую железную дорогу и перерезать прибрежное шоссе. В июле флот 2 раза готовил такую операцию, но армия дважды отменяла ее. Высадка ночью 16–17 августа была уже совершенно ненужной. На северном побережье американцы сформировали специальное соединение из малых кораблей и 3 раза использовали возможность перерезать приморские коммуникации противника, высадив десант в тылу у него. К несчастью, эти десанты были слишком малы, чтобы добиться серьезных результатов, и высаживались они уже после того, как главные силы противника успевали отойти. Однако, это были действия в правильном стиле. Можно только пожалеть, что для этой цели не были выделены более крупные силы. Так получилось, что британская и американская армии просто отжали войска противника по направлению к Мессине, то есть туда, откуда им предстояло эвакуироваться с острова. Наша морская мощь не была использована, чтобы захлопнуть ловушку. Как сразу отметил адмирал Каннингхэм, можно было добиться гораздо больших результатов, высаживая морские десанты. Особенно четко видна ошибочность использованной стратегии сегодня, когда мы знаем, как велико было превосходство наших сухопутных сил над войсками Оси[23]. Применив лобовой штурм укреплений врага совместно с высадкой десанта в тылу, мы могли полностью сорвать попытку организованного отхода и захватить большую часть войск противника.
С середины июля и до конца боев легкие силы флота, а иногда и тяжелые корабли постоянно действовали у южного входа в Мессинский пролив. Однако батареи на обоих берегах пролива были многочисленны и сильны, поэтому мы так и не смогли установить свой контроль над этими водами. Пролив имел ширину всего 2,5 мили в самой узкой части, и противник сумел эвакуировать через него все войска из Сицилии. 3 августа появились первые признаки того, что готовится крупная эвакуация, и командования флота и ВВС начали размышлять: можно ли ее сорвать? План совместных действий так и не был создан. Главные силы стратегической авиации продолжали наносить удары по целям в Италии. Прошло еще 10 дней, прежде чем тактическая авиация соизволила заметить перевозки через пролив. У противника подготовкой эвакуации занимались итальянский контр-адмирал Р. Барони и его германский коллега капитан 1 ранга фон Либенштейн. Успех эвакуации был результатом действий этих двух офицеров. Однако следует отметить, что фон Либенштейн был крайне удивлен тем, что налеты авиации союзников на порты погрузки были слабыми и спорадическими. В период с 3 по 16 августа с острова было эвакуировано 62000 итальянских и 40000 немецких солдат, большое количество техники, вооружения и всевозможных грузов. Когда 17 августа войска союзников вошли в Мессину, то обнаружили, что противник улетучился. Сегодня стало ясно, что отсутствие координации действий союзников обеспечило успех эвакуации. Хотя они располагали подавляющим превосходством в кораблях и самолетах, эти силы использовались по частям. Бомбардировщики часто переключались на другие цели. Правильной политикой было бы использование стратегических бомбардировщиков против портов погрузки, а тактические бомбардировщики должны были нейтрализовать береговые батареи. Это позволило бы нашим кораблям блокировать пролив. Если бы такой план был реализован, мы, скорее всего, сорвали бы эвакуацию. Эта ситуация напоминала происходящее в любой крупной десантной операции, хотя в зеркальном отражении. Мы еще раз убедились, что тщательное планирование является ключом к успеху. Однако в июле и августе 1943 мы совершенно не готовились помешать эвакуации противника из Сицилии. Отчасти это можно объяснить тем, что штабы 3 видов вооруженных сил находились в 3 разных местах — в Сицилии, на Мальте и в Северной Африке; отчасти тем, что они были заняты подготовкой следующей десантной операции. Но главная причина состоит в том, что мы просто не поняли значение Мессинского пролива как пути эвакуации и не заблокировали его.
После полного захвата Сицилии в середине августа 1943 наступила пауза на пару недель, в основном потому, что верховное командование союзников пока не решило, где нанести следующий удар. В это время на Средиземном море готовились к следующей операции, шла погрузка на транспорты. 21 июля на совещании в Объединенном Комитете Начальников Штабов было принято решение, что следующий десант будет высажен в самой Италии. Однако американцы значительно усложнили задачу, потребовав отправить по назначению десантные суда, выделенные Командованию Юго-Восточной Азии. Кроме того, они отказались выделять для Средиземноморского театра дальние истребители, утверждая, что они требуются для сопровождения стратегических бомбардировщиков при налетах на Германию. Эти решения не были неожиданными, но все-таки вызвали в Лондоне большую озабоченность. Были предприняты меры, чтобы сгладить их последствия. Самым важным было обеспечить надежное истребительное прикрытие района высадки. Когда мы поняли, что базовая авиация с этой задачей не справится, Адмиралтейство быстро отправило на Средиземное море авианосец «Илластриес». Было сформировано специальное авианосное соединение под командованием контр-адмирала сэра Филипа Вайэна. Чтобы ликвидировать нехватку тоннажа, на Средиземное море были возвращены 10 больших войсковых транспортов, которые вернулись в Англию после высадки на Сицилии.
