Читаем без скачивания Тюрьма особого назначения - Валерий Горшков

Я свернул за угол, провел рукой по поясу и, обнаружив чудом не выпавший спичечный коробок, выхватил из него спичку и чиркнул ею по боковине. За своей спиной я уже слышал топот преследователей с пистолетами в руках.

И в тусклом мерцающем свете, на миг рассеявшем окружающий мрак, я увидел прямо перед собой, в каких-нибудь трех метрах, за низким, почти на уровне земли, прямоугольным каменным бортиком идеально ровную водную гладь.

Когда Сименко и Карпов ворвались в пустынную нишу, то увидели лишь судорожно покачивающуюся и разбивающуюся о каменный бортик холодную черную воду...

Глава 41

Если можно назвать кошмаром подводное плавание в узком пространстве шириной не больше метра, то я испытал его на все сто процентов.

Подводная часть колодца, а точнее, труба, по которой мне пришлось не плыть, а буквально ползти, был сооружен монахами несколько столетий назад и, естественно, был рассчитан на тогдашние габариты человека. Но никак не на далеких потомков, заметно раздавшихся в плечах. Едва я нырнул в скрывающуюся под водной гладью бассейна трубу, как сразу же понял, что плыть по ней мне придется долго, поскольку размеры ее позволяли продвигаться к цели только при помощи ног. Но, как вскоре выяснилось, это оказались далеко не все отрицательные моменты, с которыми волей-неволей мне пришлось считаться, едва я проник в это подводное узилище.

Вода была совершенно ледяной. Если у меня сведет судорогой ногу, то я на веки вечные останусь в этом туннеле.

Кроме того, стремительно наступающее кислородное голодание организма, вызванное резкой и длительной задержкой дыхания после серьезной физической и эмоциональной нагрузки, которую мне пришлось испытать только что, также грозило сделать недосягаемой цель, к которой я стремился.

Ну и в завершение всего мне вдруг пришла в голову почти невероятная, но малоприятная мысль: а что, если спасительный выход в озеро завалило? Плавать задним ходом я не научился даже в тренировочном лагере «Белых барсов», а развернуться в столь узком пространстве, как это, было под силу лишь индийскому йогу. К тому же кислорода явно не хватило бы для подобного разворота. Да и смысла он, в общем-то, уже не имел — вернуться назад к полковнику Карпову и майору Сименко было равносильно смерти.

Слава Богу, все обошлось. Я выскользнул из узкой каменной ниши и секунду спустя, словно поплавок, выскочил на поверхность озера, судорожно ловя ртом воздух.

Меня, по логике, либо уже искали, либо начнут поиски в ближайшие минуты.

В наступивших сумерках идеально ровная гладь лесного озера со стороны острова казалась совершенно черной. Первым делом Сименко обязательно отдаст приказ включить установленные на монастырских стенах мощные прожекторы, вполне способные превратить даже темную полярную ночь в ясный полдень в радиусе пятисот метров вокруг тюрьмы. Сейчас откроется «шлюз», по длинному деревянному мосту на берег сойдут два десятка вооруженных бойцов «Кедра», и тогда мои шансы добраться до трассы упадут почти до нулевой отметки. И все-таки иного пути у меня не было...

Я плыл к берегу, стараясь не замечать ни боли в боку, ни сковывающего мышцы ледяного холода, ни тянущих ко дну обуви и одежды. Плыл, делая широкие гребки и стараясь не шуметь, по направлению к вдающемуся в озеро полуострову, от которого до лесной грунтовки было примерно три сотни метров. В этом месте Каменный от берега отделяло не более ста метров. Главное, успеть выбраться из воды до того, как на монастырских стенах вспыхнут прожекторы. В их свете я был бы похож на черную кляксу на чистом тетрадном листе озера. Я отчаянно перебирал ногами и руками, думая только о телефоне, по которому мне надлежало срочно позвонить, и мысленно прикидывал, что самый ближайший, и то если очень повезет, я смогу найти лишь километрах в двадцати пяти от этого места, в маленькой будке стрелочника на железнодорожном переезде, пересекающем автотрассу. Значит — не раньше, чем через три часа.

Спасительный, утопающий во мраке и густо поросший вековыми соснами берег озера был уже совсем близко. Взмахнув в последний раз руками и опустив ноги, я наконец-то ощутил под ними долгожданную опору.

Как это часто бывает, силы покинута меня именно в момент достижения цели — едва выбравшись из воды, я рухнул на серый, густо перемешанный с опавшей сосновой хвоей песок, прерывисто дыша.

И в этот самый момент поверхность озера вдруг зажглась ослепительно-ярким светом прожекторов! Невесть откуда взявшаяся энергия подкинула меня вверх и бросила к ближайшему стволу сосны.

А спустя секунду мне в спину вдруг уперлось что-то твердое, сильно напоминающее ствол автомата, а над ухом раздался спокойный и даже несколько удивленный голос.

— Стоять! Не двигаться! Руки за голову! Смотри, Олег, да это же настоящий поп, мать его... — Чья-то невидимая рука схватила меня за плечо и прижала спиной к широкому, пахнущему свежей смолой, могучему дереву.

Передо мной стояли двое высоких, широкоплечих парней в камуфляжной форме. Они смотрели на меня, как на вынырнувшее из бездны мокрое привидение, с одежды которого ручьями стекала вода. В руках каждого из них был почему-то не снятый с предохранителя автомат и пристегнутая к поясу рация. На шее одного из бойцов болтался прибор ночного видения. И, к моей радости, они определенно не являлись подчиненными начальника охраны тюрьмы особого назначения майора Сименко. Скорее всего, эти парни имели отношение к расположенному в двенадцати километрах к югу от Каменного отдельному батальону внутренних войск.

— Добрый вечер, батюшка! — удивленно и настороженно произнес один из парней. — Куда это вы держите путь в таком виде и на ночь глядя?.. — Ствол автомата по-прежнему был направлен мне в грудь.

— Мне нужно срочно позвонить по телефону, — ответил я, дрожа от холода.

— Что сделать?! — переглянулись ребята, снова изумленно уставившись на меня. — Позвонить? Куда?!.

— В Питер, в ФСБ. Надеюсь, слышали про такую организацию? — Я перешел в наступление. — Перед вами капитан Аверин.

— А это не тебя, случаем, разыскивают с таким фейерверком? Не иначе как сбежали... товарищ капитан? — усмехнулся один из парней.

— Сбегают зеки, — парировал я. — Короче — времени на разговоры с вами у меня нет. В тюрьме особого назначения произошло серьезное преступление, и я должен срочно позвонить своему командиру... Где ваш старший офицер?

— Где надо. А ну пошли... батюшка! Сейчас разберемся, какой ты капитан...

И меня, подталкивая в спину дулом автомата, повели вдоль залитого светом и вздрагивающего от воя сирен берега озера в сторону деревянного моста, соединяющего тюрьму с «большой землей».

Я уже не сомневался, что если и дальше буду безропотно следовать приказу этих двух молодчиков, то меня снова ждет встреча с «хозяевами» острова Карповым и Сименко. И она будет иметь далеко не радостный для меня финал.

Я не боялся смерти, но умирать так нелепо, когда есть шанс повернуть ситуацию в нужное русло, спасти ценности и наказать преступников, — непростительная тупость. Значит, надо действовать.

— И что же вы здесь ищете, ребята, рядом с режимным объектом?! — спросил я. — Ваша воинская часть, если не ошибаюсь, находится достаточно далеко отсюда, чтобы случайно заблудиться, верно?

— Так точно! — усмехнулся, ткнув в меня автоматом в спину, второй, до сих пор молчавший парень в камуфляже, сам не подозревая, что по причине своей неопытности заглотнул подкинутую мною наживку. — Учения у нас здесь, ночные...

А тут ты выныриваешь, водоплавающий монах! Сейчас лейтенанту все и расскажешь...

— А-а, тогда все ясно, — ответил я, окончательно оценив расклад сил и приняв решение.

В следующую секунду, словно споткнувшись о корень сосны, я неловко покачнулся, взмахнул руками и, как бы случайно развернувшись, короткой подсечкой и сильным ударом снизу в челюсть сбил с ног обоих гонористых солдатиков. Они не успели даже вскрикнуть, не то что подняться, и, получив еще по одному удару, уже провалились в короткое небытие нокаута. Здоровью этих мальчишек практически ничего не угрожает, зато у меня появилось несколько минут, чтобы взять приличную фору. Простите, ребята!

Наскоро обыскав карманы парней и не найдя в них ничего заслуживающего внимания, я прихватил рацию, нож, один из автоматов и побежал в направлении деревянной переправы, на ходу проверяя «магазин» автомата. Патроны оказались учебными, с краской. Поэтому от оружия пришлось избавится, выбросив его в ближайшие кусты. Рация, благодаря которой можно было держать связь с командиром этих балбесов, и армейский нож могли еще пригодиться.

Вскоре я увидел именно то, на что надеялся, как на спасительную соломинку. Недалеко от деревянного моста на Каменный, за первым поворотом лесной грунтовки, стоял с открытыми настежь дверцами военный «уазик», а невдалеке мерцали оранжевые огоньки сигарет. Двое неразличимых с расстояния тридцати метров мужчин о чем-то тихо между собой переговаривались, время от времени посмеиваясь. Одним из них, надо полагать, и был тот самый лейтенант, к которому меня вели «бравые» солдатики.