остановил дракона ведьмак. — Ты, конечно, иногда то еще трепло, но вы проделали огромную работу за всех нас. И спасли мою жизнь. Не знаю, как мой народ, но моя мать точно будет вам благодарна.
Ну вот, и драться не пришлось! Адриан, тщеславная ящерица, довольно расхохотавшись, взял последний, самый большой кристалл. Я была согласна с Реганом, несмотря на колкие слова и вспыльчивый темперамент, драконы были с нами до конца, и ни разу не подвели.
— А теперь супер-игра! — продолжал веселиться Грэат. — У вас в руках билетики домой. Вы можете прямо сейчас уйти через портальную арку в свои королевства, где все с нетерпением ждут вашего возвращения. Но в этой скромной пещере есть шанс вернуть все на круги своя, снять границы между королевствами и наполнить Торум магией. У вас есть пятнадцать минут, дети мои. Ищите.
Призванные ломанулись к Сердцу Сущего. Ясен пень, разгадка там. Мы неторопливо пошли за всеми. Наш кристалл вернет нас домой, спешить некуда, надо же посмотреть, что дальше произойдет. Кстати, неактивированная портальная арка обнаружилась как раз за Сердцем, на другом конце зала.
Полусфера была огромна. Наши товарищи прикасались к ней руками, ковыряли пальцами, пытались применить какие-то заклинания, что еще остались в запасе, бегали вокруг нее, но пока безрезультатно.
Какая-то мысль не давала мне покоя. Я посмотрела на наш кристалл, потом на полусферу. Сердце Сущего светило равномерным белым светом, но в некоторых местах как будто бы слегка рябило.
— Тут углубление! — заорала Адиль откуда-то сбоку.
Мы бросились к ней, впрочем, как и все остальные.
В белом боку Сердца, как раз, где там рябило, у самого каменного пола, было круглое углубление, почти незаметное из-за яркого света. Адиль попыталась засунуть туда свой кристалл, но он не подходил по размеру, был слишком маленьким. Яна быстро приложила свой — тоже не подходит. Реган вставил свой шар, и он идеально встал в дырку, сливаясь с контуром Сердца.
Призванные всполошились. Вот Кирин обнаружил еще одну полость, и туда подошел кристалл русалов. Зиг нашел самое большое отверстие, и Адриан вогнал в него свой кристалл. Маф нашел углубление для трофея оборотней.
— Идите сюда. Я нашел еще одну полость, но она слишком маленькая для нашего, — растерянно позвал всех Тор.
Призванные с ужасом посмотрели сначала на наш кристалл, а потом на нас. Мы сначала не поняли, а потом как поняли! Теперь уже мы с ужасом смотрели на довольного Грэата, который все это время молча тусовался неподалеку.
— Здорово я придумал, да? — оскалился Великий.
— Но мы же…это самое… нам что… — Пашка пытался сформулировать мысль и осознать последствия.
— Да, птенчики, — покивал Главный дракон. — выбор простой. Отдайте свой кристалл на благо Торума, или возвращайтесь домой.
— А если отдадим, то домой мы не вернемся? — рискнула спросить я.
— Нет, — с притворным сожалением Грэат покачал головой. — Такая вот цена выбора. У вас мало времени, решайте.
Вот… прохвост! Нельзя верить божествам! Хотелось плакать и ругаться, но мы уже знали, какой выбор сделаем. Я посмотрела на Призванных. Бледные, они молча стояли, не зная куда смотреть. Еще бы, они понимали, что не могут нас об этом просить. Надежда была так близко, а сейчас все зависит от нас, трех простых людей из другого мира.
— Вы не должны этого делать, — сказал Реган. — Это не ваш мир, и не ваша война. Не жалейте нас. В следующий Путь Итины нам повезет больше.
— Реган, Реган, маленький врунишка, — лукаво погрозил ему пальцем Великий. — Я-то все знаю. А насчет повезет. я бы не был так уверен. Мне понравилась идея с участниками из других миров. Посмотрим, как они будут справляться.
Я посмотрела на Машку с Пашкой, и мы чуть отошли.
— Что будем делать? — спросила я. — Все готовы здесь остаться навсегда?
— Может быть, все не так плохо Элис, — грустно сказал Пашка. — Если в Торуме будет магия, они смогут открыть портал в наш мир, и мы вернемся.
— Вопрос только в том, когда это будет, — добавила Маха. — Но я согласна. Кто мы такие, чтобы ставить свои интересы выше счастья и процветания стольких существ. Как-то бы решить вопрос с родителями. Все трое пропали, они же с ума сойдут.
— Решим! Не проблема! — крикнул всеслышащий бог. — Время, птенчики.
Пашка подошел к Сердцу и вставил наш кристалл в углубление. Тот подошел идеально. Раздался вздох облегчения. Призванные до конца не верили, что мы на это пойдем.
— Две минуты, копуши, а у вас еще гномы свою ношу не пристроили, — напомнил Грэат.
Оставив сантименты на потом, все ринулись искать последнюю полость.
— Минута! — орал беспощадный Грэат. Мы искали, обшаривая белые бока полусферы.
— Сорок секунд!
— Двадцать секунд!
— Я нашла! — закричала Лилиан, и Яна бросилась к ней, чуть ли не с размаху вгоняя последний кристалл в Сердце.
Как только он встал на место, полусфера засияла так ярко, что пришлось прикрыть глаза рукой. Пол задрожал и пошел трещинами.
— Все назад! — скомандовал Грэат.
Отбежав подальше от сияющего кристалла и вжавшись в каменную стену, мы наблюдали невероятное. Трещины на полу становились все больше и больше. Полусфера задрожала, вся пещера заходила ходуном.
— Я прощаю вас, дети мои, — разнесся по пещере гулкий неземной голос Грэата. — Запомните этот урок.
И Сердце Сущего с оглушающим треском поползло вниз! Гору затрясло, полусфера становилась все меньше и меньше, скрываясь в огромной дыре в полу, и вместе с ее исчезновением становилось все темнее в пещере.
Прародитель щелкнул пальцами, и по периметру стен возникли горящие факелы. Щелкнул второй раз, и пол снова стал целым, ни огромного кратера от Сердца, ни трещин. Пустое, гладкое, каменное поле.
— Поздравляю, Призванные, — бог захлопал в ладони, аплодируя нам. — Прямо сейчас Сердце Сущего возвращается на свое место в горячие недра нашего мира. Уже совсем скоро воздух наполнится магией, границы исчезнут, а существа возликуют, обретя утраченное. Вы все только что вошли в историю, как Спасители Торума. Будьте достойными правителями и подданными своих королевств. Вас всех ждет особенная судьба. А теперь прощайтесь со своими друзьями, им пора на Землю.
Мы встрепенулись и вопросительно посмотрели на Грэата.
— Домой, говорю, собирайтесь, — выразительно на нас глянул Великий. — Что, уже и пошутить нельзя? Вы так
