смешно переживаете и нервничаете, я просто не удержался. Рано вам еще тут обустраиваться, не пришло ваше время. Может быть, позже. Все, машите друг другу ручкой, только постарайтесь без слез.
И этот…дракон вальяжной походкой отошел вглубь пещеры, создал себе вполне современное кожаное кресло, надел очки и сел читать какой-то фолиант, делая вид, что его тут нет.
Мы повернулись к Призванным. Первыми к нам подошли гномы, по очереди обняли нас, пожали Пашке руку, и Яна, слегка волнуясь, сказала:
— Вы всегда будете в наших сердцах. От имени своего королевства я выражаю вам бесконечную признательность за ваш выбор и ваши поступки. Вы всегда будете желанными, самыми ценными гостями в моем доме. Надеюсь, мы еще увидимся.
Следом подошли русалы и мы обнялись:
— Это большая честь для нас встретить вас, — сказала Адиль. — Вы спасли наши жизни, мы никогда этого не забудем. Почему-то мне кажется, что мы видимся не последний раз. Берегите себя.
Это все было очень трогательно и очень печально.
К нам подошли Варди и Хаук, подмигнули и сказали, что ждут в гости в скором времени. Близняшки расцеловали в обе щеки, и туманно намекнули, что с появлением магии в Торуме открывается масса возможностей.
Адриан по очереди покрутил нас с Машкой в воздухе, обнимая, пожал руку Пашке и сказал:
— Думаю, все мы здесь понимаем, кому должен был достаться самый крупный кристалл. Возвращение магии в Торум — ваша заслуга, и мы будем помнить об этом. Может быть, даже статуи в вашу честь поставим. Я уверен, мы еще встретимся. И тогда — первым делом пьянка у меня во дворце!
Мы рассмеялись. Пьянка нам, пожалуй, предстоит, но по более грустному поводу.
Маф и Кирин тоже не отказались пообниматься.
— Я буду скучать по твоим вопросам, — пошутил Кирин. — А уж сколько историй смогу рассказать дома! До встречи, люди с Земли.
Альрик, грустно улыбаясь, заключил меня в медвежьи, а точнее волчьи, объятия, а потом увел подальше Машку, видимо, признаваться в любви.
Ко мне подошел Реган. Ох, только бы не расклеиться и не зарыдать ему в плечо, умоляя забрать меня с собой.
— Скажи ей, ведьмак! — проорал Грэат через всю пещеру, а потом снова уткнулся в книгу, как ни в чем не бывало.
Реган, слегка покраснел, а я насторожилась. О, боги, Реган умеет краснеть? Что такое он должен мне сказать? Уж ведьмак-то не похож на того, кто кинется клясться в вечной любви с первого взгляда.
— Знаешь, Алиса, когда Грэат поставил перед вами выбор, я изначально знал, что вы сделаете, — начал он. Было видно, что ему с трудом даются эти слова. — Я просил вас принять другое решение, а сам радовался как ребенок, из-за того, что выбора, по сути, у вас никакого и не было. Ведь это значило, что ты останешься здесь. И, даже если бы ты не захотела остаться со мной во дворце, я бы мог хоть иногда тебя видеть. Прости, но мне не стыдно за свою опрометчивую радость, хоть она и оказалась напрасной.
Слушать признание Регана было тяжело. Уж лучше бы он похлопал меня по плечу и весело пожелал не хворать дома. Ведьмак серьезно на меня посмотрел своими золотыми глазами, и, немного помолчав, продолжил:
— Я бы хотел подарить тебе все драгоценности нашего мира, но здесь у меня ничего нет, кроме этого, — он достал из кармашка на груди жемчужину, которую ему подарил змеемужик со сковородкой. — Возьми ее, и, если захочешь, сделай какое-нибудь красивое украшение в память о наших приключениях. Я спрашивал у Адиль, она сказала, что это очень редкая жемчужина.
— Что ты, Реган, — я замотала головой, — это слишком дорогой подарок!
— Пожалуйста, Алиса, — он вложил драгоценность мне в ладонь, и зажал пальцы. — Это ничто, по сравнению с тем, что вы сделали для нас всех, и что ты сделала для меня лично.
— Так особо ничего не сделала, — пожала я плечами, смущаясь.
— Во мне бежит твоя кровь, — улыбнулся ведьмак. — Ты думала, я не знаю об этом?
Да я уже и забыла про это, если честно.
— Спасибо, Реган, — я посмотрела на него. — Вот ты еще здесь, а я уже скучаю по тебе, глупо, да?
— Совсем не глупо, Алиса, — покачал он головой. — Ведь я начал скучать по тебе уже давно.
Он наклонился и легонько поцеловал меня в губы, а потом притянул к себе. Так мы и стояли, обнявшись, какое-то время, пока Грэат не заорал из своего кресла:
— Время, птенчики. Портал домой открывается.
К нам подошли Машка и Паха. Я отстранилась от Регана, и, пытаясь сдержать слезы, пошла с ними к портальной арке, которая уже наливалась светом. Призванные следовали за нами провожать. Грэат тоже подошел.
— Нам же надо оставить скатерть! — вспомнил Пашка и начал снимать рюкзак, но Великий только отмахнулся.
— Оставьте себе в качестве компенсации за неудобства. Я слышал на Земле платят хорошие деньги за вкусную пиццу. Ваш дар также останется с вами. Твой, Мария, кхе-кхе, тоже. Не злоупотребляйте им. Я буду за вами присматривать. А сейчас думайте о том месте, где вы хотите оказаться. Все, на выход.
Арка загорелась ярким светом, мы повернулись к Призванным, чтобы в последний раз на них посмотреть. Не сговариваясь, они положили правую руку на сердце и склонили головы.
— Мы не забудем! — прозвучал нестройный хор голосов.
— До скорых встреч, — улыбнулся Грэат, и мы шагнули в портал.
Эпилог
Прошел почти год с тех пор, как мы шагнули в арку портала и оказались в своей гостиной. Как сейчас помню тот момент. За окнами было совсем темно. Как выяснилось позже, в нашем мире прошли всего сутки с того дня, как нас перенесло в Торум. Наверное, Грэат подсуетился, чтобы родители не волновались.
Мы растерянно огляделись. Пашка щелкнул пальцами, зажигая файербол, Машка потрогала свое богатство, проверяя все ли на месте. Животных у нас не было, и наличие своего дара я подтвердить не могла, зато, разжав кулак, увидела на ладони прекрасную жемчужину.
— Значит, все это нам не приснилось, — глубокомысленно заключил Пашка.
— Не приснилось, — эхом повторили мы с Махой.
— Тогда, давайте выпьем, — предложил Паха, доставая скатерть и заказывая шампанского. — Все-таки, сегодня
