Натаниэль посмотрел ей в лицо и аккуратно расстегнул пуговицу на вороте блузки, затем вторую и третью.
Даже через ткань блузки Мара чувствовала, насколько горячими были его руки. Всякий раз, как Натаниэль расстегивал пуговицу на блузке, у Мары перехватывало дыхание.
Наконец Натаниэль снял с нее блузку, и Мара почувствовала на оголившихся руках приятный холадок. Ее била дрожь. Подрагивающими руками она взяла Натаниэля за талию. А он меж тем целовал ее плечи, шею. Теперь его руки расцепляли уже крючки на ее юбке.
Неожиданно Мара почувствовала легкое покусывание и поняла, что Натаниэль касается зубами мочки ее уха. Тихонько вскрикнув, Мара прижалась к нему, цепляясь за ткань его рубашки, а Натаниэль между тем продолжал расстегивать кнопки, крючки, вытаскивать разные ленты. Вскоре лиф, корсет, юбка Мары и нижняя юбка лежали на полу небрежной кучей.
Натаниэль мягко надавил ей на плечи, и Мара села на кровать. Затем Чейз сдвинул гору одежды на полу и опустился перед Марой на колени. Он поднял ее ногу и поставил себе на бедро.
– Я не думаю, что вы прихватили с собой крючок для расстегивания пуговиц, – неуверенно произнес Натаниэль, глядя на Мару снизу вверх.
Мара хотела что-то ответить, но лишь молча покачала головой.
– Проклятие! – выругался Натаниэль, приступая к расстегиванию пуговиц на высоком кожаном ботинке.
Мара смотрела на него сверху, она могла протянуть руку и накрутить на палец золотистый завиток тонких как шелк волос.
Когда с ботинками было покончено, Натаниэль отцепил подвязки от чулок и скатал их вниз.
– Я мечтал об этом, – сказал Натаниэль, лаская пальцами кожу Мары там, где кончались панталоны.
Она удивленно уставилась на него. От прикосновений Натаниэля у Мары захватывало дух. Приятно ей было и то, что он давно думал об этом.
Поколебавшись, Мара спустила с плеч Натаниэля подтяжки, вытащила рубашку из-под ремня и, расстегнув ее, поцеловала его обнаженную грудь.
Натаниэль провел руками по волосам Мары. Она чувствовала губами, как бьется его сердце.
– О Боже, – хрипло прозвучал в тишине низкий голос Натаниэля, его руки напряглись, дыхание становилось все более тяжелым и хриплым.
Когда Мара попробовала лизнуть сосок Натаниэля, он с непонятным звуком удержал ее голову, а потом, взяв подол сорочки, начал стягивать ее с Мары. Она же, чтобы помочь ему, подняла руки вверх.
– Как вы красивы! – произнес Натаниэль. Он стал ласкать грудь Мары, чувствуя, как соски набухают и становятся твердыми. Мара словно со стороны слышала себя, собственные возгласы возбуждения.
Наконец Натаниэль нежно подтолкнул Мару к кровати, и она упала на мягкий матрац. Лежа на кровати, она чувствовала необыкновенную сладость, в то время как Натаниэль, наклонившись вперед, гладил ее волосы и целовал грудь. Язык его в медленном круговом танце то и дело касался сосков. Мара отчетливо чувствовала каждое прикосновения Чейза. Он стоял, опустившись между коленями Мары, и своим телом возбуждающе щекотал ее бедра. Мара инстинктивно выгнулась, прижимаясь к нему всем телом. Она так хотела, чтобы Чейз не останавливался.
В какой-то момент руки Натаниэля в томительном ожидании замерли на талии Мары, но через пару секунд, словно переступив какой-то барьер, он начал развязывать тесемки панталон.
Когда Мара была полностью раздета, Натаниэль начал раздеваться сам.
Мара боялась, что обманет его ожидания. Она была не слишком искусна в постельных забавах и чувствовала, что Натаниэль это сразу поймет. Она неизбежно разочарует его.
Чейз взял Мару за подбородок и повернул к себе ее лицо. Она неохотно открыла глаза.
Он наклонился над ней, нисколько не смущаясь своей полной наготы. Удивленным и обескураженным он тоже не выглядел.
– Мара, любимая моя, может, ты подвинешься? – спросил он. – Или хочешь, чтобы я перелез через тебя? Это тоже может оказаться забавным.
Мара поспешно подвинулась к стене. Хлопчатобумажная простыня приятно холодила ее тело. Натаниэль устроился рядом.
Мара чувствовала, что Натаниэль возбужден, и знала, что будет дальше. Но этот человек снова удивил Мару. Он лишь протянул руку и положил ладонь на ее живот. От этого прикосновения Мара в возбуждении задрожала.
Натаниэль поднял на Мару взгляд, и его рука скользнула к низу живота. От удивления у Мары перехватило дыхание. Чейз касался ее там, где не смел касаться даже муж. Немного шокированная, она закрыла глаза и откинулась на подушку. Это казалось ей крайне странным, просто непозволительным. Но ласки Натаниэля были настолько нежными и восхитительными, что Мара в конце концов совершенно забыла обо всех запретах.
Мара была замужней женщиной и думала, что опыт у нее есть. Но такого она не знала. Были краткие взгляды, которыми они с Джеймсом обменивались за обеденным столом, и позже робкие прикосновения в темноте. Она поднимала бедра, после чего все быстро кончалось. Далее были тоска и непонятное разочарование. Любовные забавы с Джеймсом позволяли ей расслабиться лишь немного, но такого, как сейчас, не было никогда.
Маре казалось, что она сейчас сгорит от страсти. Внутренний огонь чувств разгорался, и вот она уже сама направляла руку Натаниэля, неспособная остановить себя.
Натаниэль целовал ее в губы, ловя ее страстные стоны. Мара же все выше поднималась на волнах удовольствия. И вдруг ей показалось, что внутри что-то взорвалось. Мара разразилась дикими выкриками экстаза.
Ответом ей был тихий низкий стон Натаниэля. Он лег на Мару, поудобнее устроившись между ее бедрами, а затем вошел в нее. Мара обняла его и оплела ногами.
Целуя разгоряченное тело Натаниэля и подстраиваясь под его неторопливый, мерный ритм движений, она чувствовала, как нарастает их страсть.
– Натаниэль, – то и дело срывался с губ Мары нетерпеливый шепот. – Натаниэль!..
Мара откинула назад голову и повторила его имя снова. Но не шепотом, а с возгласом ликования.
Дыхание Натаниэля стало резким. Он ускорял темп. Движения его тела были резкими и сильными. Он был близок к экстазу.
– Люблю тебя… на всю жизнь, – простонал Натаниэль и сделал последний завершающий толчок. Его тело задрожало, затрепетало, из груди вырвался вздох наслаждения, и Натаниэль рухнул на Мару, пряча лицо в ее волосах. – Клянусь, – закончил он шепотом.
Мара слышала, как он прошептал эти слова. Она все еще держала его в крепких объятиях. Ей нравилось ощущать на себе его тяжелое сильное тело. Но лучше бы он не давал никаких обещаний. Она все еще очень боялась, что Натаниэль не сдержит своих клятв.
Глава 24
Натаниэль не заметил, как уснул, а проснувшись, увидел, что рядом лежит Мара. Остатки сна моментально улетучились.
