Читаем без скачивания Венец рабов - Дэвид Вебер

Воистину, Большая Кайя. Смерть на двух ногах. Тот факт, что они время от времени видели эти самые две ноги обутыми в элегантные босоножки и выглядящими весьма женственно, только добавлял им убеждённости.

- Хотели нас сделать собственностью, а? - прорычала одна из женщин. Она зло уставилась на труп одного из кощеев; а затем, просто так, пнула его в лицо, превратив его в кровавую кашу.

Поскольку Танди не шёл в голову план битвы более сложный, чем "в погоню! за мной!", она ничего не сказала. Просто нагнулась, подобрала с пола пульсер и нырнула в вентиляционный канал.

И только когда она углубилась в канал метров на пять, ей в голову пришла очевидная проблема. Она нажала кнопку канала Каша, ощущая смутное недовольство тем, что тот всё-таки оказался прожектёром.

- Виктор, это не сработает. Темплтон - оба Темплтона, что Авраам, что Гидеон - наверняка поддерживали связь со своими людьми на "Фелисии III". Нельзя сказать, что мы единственные в галактике обладатели персональных коммуникаторов.

- Не волнуйся об этом, - последовал немедленный ответ. - Как у тебя дела?

- А. Э-э, забыла сказать. Всё нормально. Мы только что прикончили Авраама и его людей. Всех, за исключением одного, который полез в вентиляционные каналы после побега принцессы.

Она расслышала его смешок.

- И почему я не удивлён? Причём, могу добавить, сразу двумя обстоятельствами. Первое из них то, что ты настолько смертоносна, насколько и заявляла. Но, как ты и сказала: я не буду указывать тебе, как калечить людей, ты не будешь указывать мне, как плести махинации. Танди, я рассчитываю на то, что люди Темплтона на "Фелисии" будут знать, что всё пошло не так. Но главное, чтобы они не знали в точности что, как и почему. Могу ли я полагать, что ты не дала Аврааму времени передать связное сообщение?

Танди испытала одновременно смущение и радость. Смущение из-за собственных действий; радость от того, что мужчина, фантазии на чей счёт одолевали её всё чаще - одна из них, вообще-то, обрушилась на неё в этот самый момент - всё-таки оказался не прожектёром.

"А преследование на карачках отчаянного преступника по системе вентиляции - неподходящее время для фантазий. Идиотка".

- Ладно, - резко произнесла она, маскируя смущение. - Что там за второе обстоятельство?

- Антон Зилвицкий не перестаёт преподносить сюрпризы. Вторая девушка - та, которую Темплтон оставил в игорном зале - пришла в себя. С ней ничего серьёзного, максимум лёгкое сотрясение. Но она в здравом уме, могу заверить. И получается так, что это она - мантикорская принцесса. Та же за которой ты гонишься - Берри Зилвицкая.

И снова она расслышала смешок Виктора.

- А я могу сказать - исходя из опыта - что девочки Зилвицкого в туннелях могут устроить чёрт знает что. Удачи, Танди.

Так что лейтенант Палэйн поползла дальше, решительная, непоколебимая, сжимающая пульсер в кулаке. Никто, глядя на неё, не мог бы предположить, что одновременно с этим она была погружена в настоящий каскад красочных фантазий.

Возможно, за исключением Виктора Каша - которому всё труднее становилось бороться с эффектами, которые меццо-сопрано оказывало на его нервную систему. Но в данный момент у него было то преимущество, что перед ним находилось нечто куда более живое, чем однообразный, выкрашенный в серый цвет вентиляционный канал.

Никто иная, как мантикорская принцесса. Причём в совершеннейшем бешенстве.

- И не пытайтесь сказать, что не могли остановить их! Я не идиотка, вы, как вас там, и если вы могли перебить всех тех ублюдков вокруг стола так, как вы это сделали - я, знаете ли, сидела под столом и видела, как они валились как кегли - и хватит уже намёков на сотрясение мозга! я просто слегка ударилась головой! - значит вы могли всех их упредить! Прежде, чем они убили моих людей! Прежде, чем они схватили Берри!

Следующая фраза прозвучала рыданием:

- Лучшую подругу, что у меня когда-либо была!

Виктор решил, что дипломатия тут бесполезна. Девушка практически подскакивала от ярости.

- Разумеется, мог. Но зачем мне это было делать? - спросил он в лоб. А затем высокомерно кивнул: - Пожалуй, мне следует представиться ещё раз. Поскольку вы, похоже, забыли…

- О.

Удивлённо открывшийся рот принцессы убрал с её лица гневное выражение.

- О. Вы - Виктор Каша. Я вас не узнала. Вы выглядите… изрядно по-другому, чем было у Штейна на, э-э, похоронах.

Впрочем, принцесса явно быстро справилась с удивлением. И гневное выражение вернулось.

- Точнее говоря, - рявкнула она, - вы казались куда более милым человеком. Чем теперь. Бесчувственный мерзавец!

К счастью для Виктора, в этот момент появилась Джинни. Исчезала она ненадолго для того, чтобы попытаться привести свой наряд по возможности в порядок. Тот, само собой разумеется, никак не был предназначен для использования на поле боя.

- Он всё тот же, - с улыбкой заявила она. - Просто он слегка страдает раздвоением личности. Есть Милашка Виктор, мягкий, как плюшевый медвежонок. А есть…

Улыбка исчезла, и Джинни окинула Виктора таким взглядом, словно тот и правда был бесчувственным мерзавцем.

- А есть и этот парень. Кошмар Макиавелли. Пятый Всадник Апокалипсиса. Каменное лицо и ледяное сердце.

Она пожала плечами. А затем, в своём неподражаемом стиле молниеносно сменив настроение, ласково улыбнулась и слегка пощекотала его пальцем.

- Что бы он без меня делал?

С той же ласковой улыбкой она повернулась к принцессе.

- Впрочем, вам возможно стоит говорить слегка потише. Бесчувственного мерзавца можете ругать сколько вашей душе угодно. Но если просочится, что девушка в руках у Темплтона на самом деле не вы…

- Боже! - ладонь принцессы Руфи взлетела ко рту. - Я идиотка. Капитан мне голову открутит. Если они узнают… они убьют Берри!

Виктор покачал головой.

- Расслабьтесь, ладно? Выше высочество или как там называют таких как вы. В приличном обществе, к которому я не принадлежу. У меня, знаете ли, всё-таки есть план - и пока что он, похоже, работает чертовски хорошо для того, что было смётано на живую нитку в последнюю минуту. Кроме того, ваша подруга Берри больше не пленница, - он постучал по наушнику. - Мне только что сообщили. Она сбежала от Темплтона и его банды и скрылась в вентиляционных каналах. И преследует её из всей шайки только один, поскольку… э-э, ну, скажем так, с остальными разобрались.

- План? - Руфь вперила в него гневный взгляд, но всё-таки убавила громкость голоса. - Что за идиотский план может оправдать попустительство убийству моей охраны? Или дозволение этим кровожадным ублюдкам заполучить в свои лапы Берри? Бес…

- План, - Виктор перебил её шипение с твёрдой и бескомпромиссной уверенностью, - который вернёт вашу подругу Берри живой. И который покончит - раз и навсегда - с шайкой масадских террористов, которых ваша разведка не может поймать уже больше десятка лет. А ещё, - закончил он, глядя в её расширяющиеся от изумления глаза, - он нанесёт удар по "Рабсиле" и генетической работорговле в целом там, где это будет по-настоящему болезненно.

Расширившиеся глаза принцессы внезапно сузились, выдавая, что подозрительность и напряжённые раздумья потеснили гнев. Он его не вытеснили полностью, но хотя Виктор и надеялся на подобную реакцию, он был слегка захвачен врасплох её скоростью и силой. Он даже и не пытался понять, какие мысли кипят в мозгу принцессы, но момент, в который у неё всё внезапно сошлось, он всё-таки увидел.

Джинни, похоже, не была единственной женщиной в округе, способной мгновенно переходить от одного настроения к другому. Выражение на лице принцессы Руфи за долю секунды изменилось с гнева на глубочайшую заинтересованность.

- План? - повторила она совершенно другим тоном. - Хмм, - она снова на мгновение призадумалась, а потом резко кивнула. - Вы работаете с эревонцами, верно? Ну, разумеется. Как иначе вы смогли бы стоять по колено в трупах и не быть арестованным. Тогда это значит… - она поморщилась. - Если вы говорите об ущербе "Рабсиле", значит должны иметь в виду Конго. Пожалуй, я могу видеть пару возможностей. Но если вы хотите знать моё мнение…

Его она и принялась излагать - что заняло заметное время - хотя практически ничего о ситуации и не знала. С точки зрения Виктора хуже всего было то, насколько сверхъестественно близко она зачастую попадала, и каким подлинно квалифицированным зачастую оказывалось её мнение. Виктор был уверен, что тут сказалось влияние и подготовка Антона Зилвицкого.

"Замечательно. Вражеская - мантикорская - принцесса, жаждущая стать шпионом, и имеющая к этому неплохие предпосылки. Чего мне только и не хватало. Примерно как лишней дыры в голове.

С другой стороны…"

Это "с другой стороны" Виктор некоторое время обдумывал, пока Руфь продолжала говорить. Он обозвал бы её речь "щебетом", "лепетом" и "болтовнёй", вот только это было не так. Вообще-то, девушка подала ему несколько идей.