Ее брат приложил руку к повязке, под которой находился имплантированный рог.
– Нет, младшая сестра. Без него я буду парией.
– А что если сделать протез и прикрыть его колпачком для рога? – спросила Акорна.
Беккер и Ари с интересом повернулись к ней. Акорна объяснила им суть своего предложения.
– Да, я могу изготовить фальшивый рог и закрепить его на ремешке, – ответил капитан. – Никто не узнает, что это подделка, если ты сам не расскажешь.
– Все линьяри на этой планете уже знают о моем дефекте, – возразил ему Ари. – Те юноши, которые были здесь, не станут молчать.
– Не думай о них. Разве ты не хочешь увидеться со старыми друзьями? Посмотреть, каков их новый мир?
К счастью, Беккер не ожидал ответа на свои вопросы. Сигнал вызова заставил его подойти к консоли видеофона. На экране появилось лицо диспетчера.
– Капитан, – сказал офицер, – к вашему кораблю направляются линьяри, которые помогут вам с разгрузкой праха наших мертвых.
– Хорошо. Мы будем размещать этот груз на платформе роболифта и отправлять его им по частям.
– Я должен присмотреть за разгрузкой, – сказал Ари. – Только мне известно, кто и где был похоронен. Я нанес на кости клановые знаки. Где мне найти… колпачок?
Бидила сунула руку в карман халата.
– Возьмите мой, – сказала она. – У меня их несколько. Они иногда очень полезны. Мне, к примеру, не нравятся мысли пациентов, переевших цветов и травы.
Беккер удалился в мастерскую, подыскал подходящий брус легковесного сплава и проворно обработал его газовой горелкой и молотком. Создав правдоподобный муляж рога, он прикрепил основание к ремешку и передал изделие Ари. Они установили рог над имплантированным обломком и прикрыли ремешок серебристой гривой. С колпачком, подаренным Бидилой, Ари трудно было отличить от других линьяри.
Врачи удалились. Трое женщин, оставшихся на борту корабля, помогали команде «Кондора» нагружать роболифт останками предков. Чуть позже Беккер привлек к работе человекоподобное механическое существо, с сильно поцарапанной кожей. Акорна узнала, что это был андроид КЕН. Он работал в пять раз быстрее и аккуратнее любого из них. Ари указывал Беккеру, какие кости следовало размещать на платформе лифта, и закреплял на каждом скелете сопроводительную записку. К тому времени на дороге в космопорт растянулась цепочка линьяри. Представители всех кланов направлялись к кораблю, чтобы забрать прах своих покойных родственников.
– Как они так быстро узнали? – спросил капитан.
– Телепатические сообщения, если их используют правильно, распространяются как молнии, – ответила грандама. – Я подозреваю, что Лирили подготовила целую речь, чтобы информировать кланы о таком событии.
– А что вы скажете о нашем парне? – кивнув на Ари, спросил Беккер. – Я был пестиком, а его тело ступкой, но, смотрите, как он трудится! Работает лучше меня! Просто жутко думать, как он с ужасными травмами собирал на кладбище каждую косточку! Хотя мог бы сидеть на травке и любоваться звездами.
– Да, он решительный мужчина, – согласилась грандама. – Только такой и мог там выжить.
Когда Ари подошел к ним в последний раз, он нес лишь один скелет, аккуратно завернутый в термическое одеяло, которое Беккер дал ему вместо матраца.
– Грандама, это ваш супруг Никири. Я отдаю вам его прах. Мне жаль расстраивать вас, но среди его останков нет рога.
– Нет рога? – с изумлением спросила пожилая женщина. – Его забрали кхлеви?
Акорна уловила ее мыслеобраз, в котором Никири был в возрасте Ари.
– На этот вопрос вам ответит мой друг. Я должен спуститься вниз.
– Спасибо тебе, приятель, – проворчал Беккер.
Ари мрачно усмехнулся.
– Не бойся, Йо. Я уже спрятал твой хирургический инструмент. Мы мирный народ, и грандама не нанесет тебе физический вред за осквернение праха ее любимого супруга. Хотя я не уверен, что так же поступят другие линьяри, чьи предки лишились рогов. Я оставил поруганные кости в трюме и сделал исключение только для грандамы.
В тоне Ари чувствовались отголоски черного юмора. Но в его эмоциях Акорна уловила горькую тоску. По мере того, как прах предков выгружался с корабля, его мысли становилось все менее четкими и неопределяемыми. Внезапно Акорны поняла, что ему одиноко без этих рогов и костей. Она повернулась к грандаме, которая с упреком смотрела на Беккера.
– Так вы грабитель могил, капитан? – спросила пожилая женщина.
– Я готов принять всю ответственность на себя, мадам, хотя на самом деле виноват этот кот, – ответил Беккер и указал на Размазню, который умывался на одном из пультов. – Ваша старая планета превратилась в свалку. Мы прилетели на нее в поисках утиля. Среди травы лежало несколько рогов. Смеркалось, освещение было слабым, и я решил, что раз коту понравились такие странные предметы, то можно взять с десяток штук для образца. Клянусь, они просто лежали на грунте.
– И вы забрали их? – с укором спросила грандама.
– Прежде всего, я сборщик утиля, – ответил Беккер. – Я забираю только то, что никому не принадлежит. В тот момент мне казалось, что планета была необитаемой. О том, что мы подобрали рога, я узнал только на Кездете. Двое людей подумали, что эти штуки принадлежали леди Акорне и ее сородичам, с которыми она улетела.
Поначалу Акорна удивилась такому предположению, но затем согласилась, что этот домысел имел определенный смысл. Она, ее тетя и экипаж «Балакире» были единственными линьяри, с которыми встречались обитатели Кездета и Маганоса.
– Один парень заподозрил меня в убийстве и пригрозил вызвать копов. А одна мерзкая дамочка, заклятый враг Акорны, несколько раз пыталась открутить мне голову, чтобы овладеть мешочком с рогами. Когда я решил вернуться на вашу старую планету, она выследила мой корабль и отняла мешочек. Клянусь, если бы не эта злючка, я вернул бы вам рога, независимо от их стоимости.
– Неужели у них есть цена, капитан? – с ужасом спросила Мати.
Глаза грандама расширились от испуга.
– О, нет! – прошептала девочка. – Вы хотите сказать, что история наших Предков повторяется? Что людям не нужна наша помощь, а только рога? Но это будут мертвые рога! Их целительная сила не идет в сравнение с тем, что могут сделать живые линьяри!
– Мне жаль расстраивать тебя, милая девочка, – ответил Беккер. – Такие рога действуют лучше, чем медикаментозное лечение. А в галактике очень много рас, у которых нет исцеляющих рогов.
– Вы сказали, что эта женщина знала меня? – прервала его Акорна. – Как ее зовут?
– Кисла Манъяри.
Беккер рассказал ей о том, как Кисла хотела убить его и Размазню. Акорна печально вздохнула. Она надеялась, что эта девушка, узнав о своем скромном происхождении, излечиться от эгоизма и жестокости. Но, судя по всему, приемная дочь Манъяри ожесточилась еще больше. Мысли Беккера стали почти неразличимыми. С тех пор, как священный прах предков был выгружен с корабля, телепатические способности РК также заметно ослабли. Однако, уловив их угасающие мыслеобразы, Акорне поняла, что Кисла страдала каким-то психическим расстройством.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
