Она спрятала корзину под кровать, затем разделась и скользнула под одеяло. Ей не хотелось спать, но сейчас казалось, что постель — самое безопасное место. Дэниел решит, что она все еще нездорова, и не станет беспокоить ее. Возможно, она не увидит его до утра… и утром тоже.
Генриетта уткнулась в подушку и заплакала, горюя о потерянной любви, без которой невозможно счастье. Без этой любви ее существование теряло всякий смысл.
Дэниел провел вечер в гостиной, готовясь к завтрашней аудиенции у короля Филиппа. Он понимал, что это его единственный шанс передать просьбу своего короля, и надо убедить испанского монарха, что финансовая помощь не пропадет даром. Он должен нарисовать оптимистическую картину, свидетельствующую о том, что король Карл уже имеет поддержку. Шотландцы с нетерпением ждут прибытия короля, чтобы он возглавил войско, Кромвель ввергнул страну в хаос, и это вызывает недовольство народа, а также следует напомнить о казне Карла Стюарта. К сожалению, Дэниел не был полностью уверен в оптимистичности этой картины. Трудно убедить кого-то, если сам не до конца убежден.
Дэниел был всецело занят своими мыслями, однако послал сеньору узнать, не желает ли Генриетта поужинать, хотя вовсе не беспокоился по поводу ее отсутствия. Как только его миссия здесь будет завершена, успешно или нет, он постарается выяснить отношения с женой и найти выход из этой трясины страданий, поглотившей их обоих.
Генриетта почти не спала в эту ночь. Она встала и оделась задолго до рассвета. Достала корзину, крадучись вышла из комнаты, спустилась вниз и осторожно отодвинула тяжелый засов на входной двери.
Сеньора Алвара, спавшая в маленькой комнате рядом с кухней, услышала тихие шаги во дворе и вскочила, подумав, что это грабители. Однако, подойдя на цыпочках к окну, она увидела донью Драммонд с плетеной корзиной в руках, выходящую за калитку. Удивленно нахмурившись, сеньора накинула шаль и выбежала во двор. Выглянув на улицу, круто спускающуюся вниз, она увидела, как донья Драммонд завернула за угол, направляясь к соборной площади. Что она задумала? Ясно, что это не обычная прогулка.
Сеньора Алвара стояла, покачивая головой и что-то шепча, как будто спорила с кем-то невидимым. Она знала, что отношения между доном Драммондом и его женой испортились. В доме больше не слышно смеха, и госпожа не поддразнивала своего мужа и сеньору, блестя озорной улыбкой. Но самое главное — дон Драммонд теперь спал в маленькой комнате, примыкающей к спальне.
Продолжая покачивать головой и бормотать себе под нос, сеньора Алвара вернулась в дом и твердой, решительной походкой пошла наверх.
Глава 16
— О Боже, Генриетта, дорогая! Ну конечно, ты должна ехать с нами. В карете достаточно места, кроме того, Джон собирался путешествовать верхом. — Бетси обратилась к мужу, который молча выслушал сбивчивые объяснения леди Драммонд.
— Разумеется, — вежливо подтвердил он, кланяясь Генриетте. — Мы рады оказать вам услугу, леди Драммонд. Ваш муж не придет проводить вас?
— Он… он не может, — сказала Генриетта. — Я боялась упустить вас, а он сел писать письма, чтобы незамедлительно отправить их с посыльным, который привез плохие новости. Посыльный, конечно, доставит письма быстрее, чем мы.
— Несомненно. — Он снова поклонился, но Генриетту не оставляло чувство, что муж Бетси отнесся с большим скептицизмом к ее объяснениям причины столь внезапного отъезда. Тем не менее Джон повернулся к форейтору и приказал: — Поставьте корзину леди Драммонд на крышу.
— О, нет слов, как я рада, что ты едешь с нами, — щебетала Бетси, с трудом забираясь в карету, где уже сидела с ребенком на руках бледная няня с перевязанной щекой. В углу хныкал полусонный Джон-младший.
Предстоит длительное путешествие, с замиранием сердца подумала Генриетта, протискиваясь на кожаное сиденье рядом с няней. Однако выбора не было, и когда они покинут этот город, принесший ей столько горя, она, возможно, почувствует себя лучше. Весьма слабое утешение.
Шестерка лошадей била копытами по мостовой у дома Трогтонов. Форейторы сели на передних лошадей, верховые заняли свои места по бокам кареты. Джон Трогтон бросил прощальный взгляд на пустынную площадь, а затем на крышу кареты, проверяя, надежно ли закреплен багаж. Генриетта крутила на пальце тонкое золотое кольцо, которое заменило печатку Дэниела, пытаясь справиться с подступившими слезами, и вдруг увидела своего мужа, быстро шагающего к дому Трогтонов.
Было ясно, что он одевался наспех. Без головного убора, без камзола под плащом, шарф перекручен, ворот рубашки расстегнут. Плотно сжатые челюсти и мрачный взгляд говорили, что ему сейчас не до внешнего вида.
— А, Драммонд, вы все-таки пришли попрощаться с женой, — приветствовал его Джон Трогтон, собираясь сесть на лошадь.
— Напротив, — сказал Дэниел. — Где она?
— В карете вместе с Бетси и детьми. — Трогтон вынул ногу из стремени. — Что-нибудь не так?
Дэниел, не обратив внимания на его вопрос, подошел к карете и открыл дверцу.
— О, сэр Дэниел, какой сюрприз, — воскликнула Бетси. — Пришли попрощаться с Генриеттой? Не могу выразить, как я рада, что она едет с нами. Это вы очень хорошо придумали. — Она слегка покраснела. — Прошу прощения, я не имела в виду печальные новости из Гааги.
Дэниел, казалось, не слышал оживленной болтовни Бетси. Его глаза были устремлены на жену.
— Теперь в поездке нет необходимости, — произнес он ровным голосом.
— О, вы хотите сказать, что получили хорошее известие из дома? — воскликнула Бетси.
Дэниел не понял, о чем она говорит, но решил, что лучше дать утвердительный ответ.
— Да, благодарю вас, мадам. Мы вернемся в Гаагу через месяц. — Он протянул руку Генриетте. — Выходи.
— Мне бы очень хотелось путешествовать вместе с тобой, — немного разочарованно сказала Бетси. — Но я и так благодарна тебе. — Она вздохнула и похлопала подругу по руке.
Генриетта так растерялась, что не могла ни сдвинуться с места, ни что-нибудь сказать.
Дэниел видел перед собой побледневшее от отчаяния личико, несчастные большие темные глаза, и его сердце сжалось от раскаяния. Поглощенный своим разочарованием, он не заметил, как глубоко было горе жены, толкнувшее ее на такой решительный поступок. Пора было залечить это горе бальзамом прощения и забыть о случившемся.
— Выходи, — повторил он. — В этом нет необходимости, Генриетта.
Она проглотила ком в горле и вышла наконец из транса.
— Мне кажется, будет лучше, если я все-таки поеду с Бетси, несмотря на утешительные вести из дома.
— В самом деле, может быть, ей лучше поехать? — оживилась Бетси.
