все трое были очень довольны. А вдовец и вдова поженились и, как говорят люди, состарились только через сто лет.
Правда это или нет — я не знаю.
Но если правда, то такая маленькая хитрость, по-моему, восхитительна!
Однако теперь есть совсем другие обманщики. Они бродят по свету и, дурача глупых мужчин и женщин, присваивают их состояние. Это стало обычным делом. И если одни вообще не верят в то, что есть такие обманщики, то другие считают этих обманщиков людьми необыкновенными! Печально!
МЕСТЬ СВАХИ, или ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК ПОДРАЛИСЬ СВАТЫ
Было это давным-давно. У одного благородного человека родился сын, а у другого — дочь. Оба они хорошо воспитали своих детей и любили их, как величайшие сокровища. И хотя в семье юноши уже нужна была невестка, а в семье девушки — зять, эти люди еще ничего не знали друг о друге.
Человек по фамилии Ким, у которого был сын, никак не мог женить его.
И вот однажды пришла к нему в дом некая женщина, занимавшаяся сватовством. Осведомившись почтительно о его здоровье и поболтав о том о сем, она вдруг увидела неженатого хозяйского сына. Удивившись, она заохала:
— Ах, ах! Вот странное дело! Этот юноша с неба упал что ли? Да откуда он взялся на земле? Я, ничтожная, тридцать лет хожу по белу свету и занимаюсь сватовством, а вот такого прекрасного жениха вижу в первый раз! Прикидываю я, ему теперь годков шестнадцать-семнадцать. Да почему же это он у вас до сих пор не женат? Уж я-то могла бы раздобыть где-нибудь для вас хорошую невестку, только приказать извольте. Однако помните, что на всякое дело есть свое время и если этот год пройдет, то может ничего не получиться. Подумайте-ка хорошенько об этом!
Отец и мать молодого Кима обрадовались и сказали:
— Уж слишком ты расхваливаешь нашего сына! А то, что он до сих пор не женат, нас тоже очень беспокоит. Ты вот ходишь повсюду, и уж кому, как не тебе, знать, где есть хорошие невесты! Устрой так, чтобы мы могли женить нашего сына!
— Ну что ж, так и быть! Завтра же зайду в одно место и попробую договориться. Это дом господина Чхве, проживающего в уезде Коян. Я хотя и не бывала в его доме, говорят, есть у него дочка, которую он очень хорошо воспитал. Вот брошу все дела и завтра же попробую к нему наведаться. А уж вы, надеюсь, одарите меня по заслугам, если удастся устроить этот брак?
— Ладно, будь по-твоему! Только неизвестно еще, чем кончится дело, а ты уже думаешь о подарках. А ведь недаром говорится: «Сосватает сваха хорошо да вовремя, так вина ей три чарки, а не сосватает — так и три пощечины!» Ты, правда, сказала нам, что есть у тебя на примете невеста, но ведь ничего еще не сделала. Действуй осторожно и смотри не испорти дела!
— Дело-то это хлопотное, бегать придется много, и я, конечно, надеюсь получить за него деньги. Кто ж будет бегать и стараться даром? Ну да ладно, как бы там ни было, а уж ради вас, господин, разок постараюсь! — закончила сваха.
На следующий день, придя в уезд Коян, сваха явилась в дом Чхве. Прежде всего она хотела, конечно, увидеть невесту. И когда через раздвинутые двери она заметила девушку, занятую шитьем, оказалось, что это и была сама невеста. Сваха как следует разглядела ее: поистине, первая среди женщин красавица! Да и держится почтительно, и манеры у нее благородные. Как раз самая подходящая девушка для молодого Кима! Обрадовавшись, сваха решила, однако, скрыть цель своего прихода и сказала, обращаясь к хозяйке:
— Здравствуйте госпожа! Я, ничтожная, родилась и выросла в Сеуле. А теперь мне уже шесть десятков, жить осталось недолго, вот я и брожу да гляжу на мир. Сейчас я возвращаюсь домой и попала в эти края. А к вам я зашла потому, что и ноги у меня болят, и в горле пересохло. Дайте же мне хоть чашечку водички, пожалуйста!
— Ну что ж, пожалуйста! Эй, Оволь! Зачерпни-ка воды да подай!
Напившись, сваха горячо поблагодарила хозяйку. А та продолжала:
— Да что вы так благодарите за одну чашку воды? Мы бедные провинциалы, роскошествовать не можем, вот и не довелось мне поглядеть на свет. Даже толком не знаю, в какой стороне находится Сеул и какие там обычаи. А вы вот хоть и старый человек, ноги у вас однако еще крепкие, и повсюду-то вы уже побывали. Наверно, довольны жизнью?
— Да нет, особенно-то хорошего в моей жизни мало, — ответила старуха. — И в деревне много есть хорошего, однако, мне кажется, все здесь хуже, чем в Сеуле. Нравы и обычаи здесь более простые, но дома, одежда, еда, пожалуй, малоинтересны. Здесь не живут министры и богачи, потому и правила поведения детей, и одежда стариков, мужчин и женщин — все неприглядно. Я вот сама родилась и выросла в Сеуле. Может быть, поэтому и не испытываю особого вкуса к деревенской жизни. Однако мне неловко, что я говорю такое перед сельскими людьми благородного происхождения. Прошу простить меня!
— Да что вы, за что же вас прощать-то? — сказала хозяйка. — Я тоже слышала, что столица и провинция — совсем разные вещи!
Хозяйка приглядывалась к старухе. Видимо, она очень правдивая, ничего не приукрашивает и говорит все как есть. Поистине, этим похожа она на людей древности! А хвастливости, так свойственной нынешним людям, у нее совсем нет. Стоит с ней поговорить.
— Вы уже сегодня никуда не ходите! — сказала хозяйка. — Скушаете мисочку ячменной каши, а вечером мы с вами побеседуем, чтобы скоротать время!
— Вы так тепло принимаете прохожую старуху, — ответила гостья, — и я очень вам благодарна!
Тут в горницу вошел господин Чхве, увидел гостью и спросил:
— Кто вы такая, старушка? Судя по всему, вы, верно, из Сеула?
— Да, действительно, я оттуда. Как вы изволите поживать, господин?
— Жаловаться-то мне особенно не на что. А зачем это вы, старушка, пришли из Сеула в нашу убогую безвестную деревушку?
Его жена ответила за сваху:
— Старушка говорит, что странствует по свету, да и зашла к нам отдохнуть. А у меня нет даже приправы к рису, и мне просто стыдно угощать ее!
— Ну раз уж нет, так что поделаешь? — ответил Чхве. — Старушка-то знает, наверно, как мы тут живем в деревне. Если уж ей так не повезло, и она пришла к нам, то придется ей довольствоваться тем, что мы едим сами. Однако
