Юньхэ, прищурившись. – Ты упустила тритона, нарушила императорский приказ, пыталась меня убить. Твоя дерзость превзошла все мыслимые пределы.
Губы Цзи Юньхэ тронула презрительная усмешка. Она спокойно и обстоятельно пояснила принцессе:
– Я не собиралась тебя убивать. Просто хотела проверить, правда ли, что у принцессы Шуньдэ сердце черное, как моя аура. Если бы я тебя случайно убила, сделала бы заодно доброе дело.
Манеры и речи Цзи Юньхэ так раздосадовали принцессу, что она от возмущения сжала кулаки. Наставник государства бросил на ученицу короткий взгляд:
– Зачем ты пришла?
Его голос звучал тепло и ласково. Наставник государства и не думал упрекать строптивицу за самовольное вторжение. Ходили слухи, что Наставник государства балует принцессу. Цзи Юньхэ поняла, что так оно и есть.
– Я услышала, что из вашего дворца доносился шум, и забеспокоилась. Никто не отважился к вам войти, поэтому я самолично отправилась, – объяснила принцесса и, глянув на Цзи Юньхэ, добавила: – Вот уж не думала, что та, за кем ваши ученики рыщут по всему свету, находится здесь.
Вместе с самообладанием к принцессе Шуньдэ вернулась привычная надменность. Она выпрямила спину, вздернула подбородок и переступила черту заклятия, которое наложил Наставник государства, чтобы защитить любимицу.
– Наставник! – Не страшась нападения Цзи Юньхэ, принцесса подошла к Наставнику государства и остановилась позади него, позволив черной дымке себя окутать. В следующую секунду ноготок, украшенный золотистым цветком, указал на Цзи Юньхэ. – Я приказываю ее убить.
Принцесса вела себя так же высокомерно, как во время визита в долину, а Цзи Юньхэ сидела в углу камеры с видом еще более жалким, чем в день приезда принцессы. Но теперь Цзи Юньхэ чувствовала себя намного лучше. Потому что она больше не боялась принцессы Шуньдэ. Принцесса была не в силах разыскать тритона и убить Цзи Юньхэ.
– Меня нельзя убить.
– Ее нельзя убивать.
Цзи Юньхэ и Наставник государства ответили почти одновременно. К своему удовольствию, девушка увидела, как исказилось лицо принцессы под влиянием кровожадных помыслов:
– Она преступница! Из-за нее я лишилась тритона! Она подняла мятеж! Она не должна остаться в живых!
– Все это в прошлом, – спокойно ответил Наставник государства.
Принцесса нахмурилась:
– Что это значит?
– Что сейчас она мой подопытный.
Наставник государства назвал Цзи Юньхэ чудом. Это чудо надлежало исследовать, поэтому жизнь пленницы на время обретала ценность. А кто в мире и в этом столичном городе находился в большей безопасности, чем человек под защитой Наставника государства? Если Наставник государства заявил, что Цзи Юньхэ нельзя убивать, значит, даже принцесса Шуньдэ, второе по значимости лицо в государстве, не сможет покуситься на ее жизнь.
Цзи Юньхэ с улыбкой посмотрела на принцессу. Они не могли друг друга убить, но, пока принцесса не поймала Чан И, Цзи Юньхэ была готова улыбаться принцессе хоть каждый день.
Девушка прижала руку к груди. Боль, которая изводила ее всю ночь, ушла. То, что отравляло ей жизнь и грозило жизнь отнять, неожиданно посулило надежду. Судьба словно столкнула ее в гроб, чтобы затем вытащить оттуда со словами: «Это просто шутка».
Но принцесса Шуньдэ не желала смириться с поражением. Подумав, она кивнула:
– Хорошо, с этих пор, Наставник, я буду вместе с вами изучать вашу подопытную.
Цзи Юньхэ увидела, как губы повелительницы мира, принцессы Шуньдэ, изогнулись в змеиной улыбке, полной коварства и злобы:
– У меня обширные познания в медицине и алхимии.
Наставник государства, который по-прежнему наблюдал за черным облаком, кружившим вокруг Цзи Юньхэ, равнодушно ответил:
– Хорошо.
Принцесса Шуньдэ улыбнулась еще лучезарнее. Цзи Юньхэ поняла, что судьба вытащила ее из гроба, чтобы тут же небрежно столкнуть обратно. Если судьба решила поиграть с тобой, ты навеки останешься игрушкой в ее руках, иначе и быть не может.
Поздней ночью Цзи Чэнъюй ушел, удалилась принцесса Шуньдэ, Наставник государства, закончив исследовать метаморфозы черной дымки, тоже покинул темницу. Цзи Юньхэ сидела в одиночестве за решеткой, на которую наложили новое защитное заклятие. Черная дымка не исчезла и кружила по камере, как загнанный зверь. По ту сторону решетки невпопад колыхалось, будто в танце, пламя воткнутой в стену свечи.
– Я жива… и буду жить? – прошептала Цзи Юньхэ, рассеянно глядя на пляшущий огонек свечи. – Буду и дальше мечтать о свободе… Или мечты утратили смысл?
52
Подопытная
Принцесса Шуньдэ, как и обещала, увлеченно занялась изучением подопытной. Императорский дворец располагал большим арсеналом возможностей и средств, которые за месяц Цзи Юньхэ испытала все до единого. Детали опытов ей вспоминать не хотелось. За это время девушка не раз задавалась вопросом: почему Небеса даровали ей жизнь? Неужели затем, чтобы человеческая фантазия изощрялась в изобретении пыток?
Когда Цзи Юньхэ приковали к стене и нанесли на руку тысячный надрез, рана не затянулась в мгновение ока, а засочилась черной кровью. Черная дымка не рвалась в бой, не говоря уже о лисьих хвостах, которые потускнели и не пытались взмыть ввысь.
И все же Цзи Юньхэ не умирала. Почему она не могла умереть? Почему?
Девушка безучастно наблюдала, как черви сосут из раны кровь и вгрызаются в кожу. Терпеть было несложно. В сравнении с тем, что ей уже довелось испытать, черви казались сущей ерундой. Вскоре черная кровь отравила паразитов, они полопались и погибли.
Принцесса Шуньдэ покачала головой:
– Это никуда не годится. Похоже, в мире не существует червей и насекомых, способных нанести ей вред. Пусть не присылают больше этих никчемных тварей. Надо испробовать яд из заморских земель. Если реакция будет иной, запишите.
Сегодня принцесса не проявляла интереса к экспериментам. Отдав Цзи Чэнъюю распоряжения, она удалилась. Цзи Чэнъюй ничего не ответил. Когда принцесса ушла, он поднял голову, посмотрел на пленницу, и его губы дрогнули:
– Цзи Юньхэ…
Как обычно, Цзи Юньхэ приоткрыла глаза, но, увидев Цзи Чэнъюя, смогла выговорить только:
– Тритон…
Цзи Чэнъюй и так знал, о чем она хочет спросить. Потому что изо дня в день, невзирая на жестокие пытки и мучительную боль, Цзи Юньхэ задавала один и тот же вопрос.
– Тритона не схватили.
Услышав ответ, девушка снова закрыла глаза, словно ничто больше в этом мире ее не заботило. Однако сегодня Цзи Чэнъюю было чем дополнить привычный ответ:
– Однако…
Почувствовав, что в деле наметился неожиданный поворот, Цзи Юньхэ встрепенулась и устремила на человека перед собой вопросительный взгляд. Помолчав немного, Цзи Чэнъюй продолжил:
– Покорители демонов с севера поговаривают, что кто‐то видел монаха Кунмина… вместе со среброволосым синеглазым мужчиной. Они объявились в северных землях. Этот мужчина лицом и фигурой напоминает тритона, которого разыскивает императорский двор.
– Монах
