Когда свечи были поставлены на место, сиденье насухо вытерто, а спортивная сумка закреплена на багажнике, Стив наконец снизошел до своей спутницы. Когда он увидел выражение лица Саммер, его глаза удивленно расширились.
– Ты всегда такая бука по утрам или мне сегодня особенно повезло? – спросил он с усмешкой, вызвавшей у Саммер новый приступ злости.
– А ты всегда так приветлив с утра? – ответила она с ядовито-сладкой улыбкой. – Если да, то стоит, может быть, пересмотреть наши отношения?
– Ты мое солнышко в окошке, – со смехом произнес Стив и, подойдя к ней, коротко поцеловал в губы. Его губы были теплыми, а борода колючей.
Саммер ответила на поцелуй просто потому, что любила этого идиота. Но когда поняла, что это в поисках крошек галет он так возбуждающе облизывает ей губы, оттолкнула его.
– Эй, – запротестовал Стив, – прошлой ночью мои поцелуи тебе нравились.
– Прошлая ночь – это уже история, парень.
– Этим ты хочешь сказать, что медовый месяц кончился? – Он усмехнулся. – И не надейся, Розенкранц.
– Вот как?
– Вот так. – Он снова приблизился, обхватил ее за талию и сдвинул на край стола, а сам устроился между ее коленями. – Поцелуй меня, красотка.
Он придвинул ее к самому краю стола. Руки Саммер лежали на его плечах, раздвинутые колени обнимали его бедра, а ступни в гигантских баскетбольных туфлях свободно болтались в воздухе. Их многозначительная поза предполагала нечто совершенно определенное, но Саммер не была уверена, что готова к этому. В первый момент после пробуждения она еще хотела близости, но сейчас уже была вовсе не расположена к тому, чтобы облагодетельствовать Стива. Конечно, ясно, что у него на уме.
Ох уж эти мужики!
Склонив голову набок, Саммер посмотрела на Стива. В его устремленных на нее глазах блестело что-то не совсем похожее на улыбку. Опухоль на лице уже спала, хотя царапины и пара великолепных синяков остались. И она могла без помех разглядеть грубые черты лица человека, которого полюбила. Высокие и плоские скулы, квадратный подбородок, губы скорее тонкие. Кожа местами в ямках. Нос – неровный и тонкий. Суровое, жесткое, беспощадное лицо – и она была без ума от этого лица.
Стив был большим, загадочным, опасным – и весь ее. Пусть она не в настроении, все равно, один лишь его вид заставляет ее сердце биться чаще.
Саммер бросила на него сердитый взгляд. Он ответил на него тем, что многозначительно провел рукой по бедру. Его пальцы поиграли резинкой ее трусиков, а потом проскользнули под нее.
Она отбросила его руку прочь.
– Мне показалось, что ты торопился поскорее отправиться в путь, – напомнила ему Саммер, хотя его рука приятно согревала ее, да и сама она никуда особенно не спешила.
– Ах, да, – с легкой улыбкой произнес Стив. – Думаю, возможны небольшие перемены в планах.
Солнце было уже совсем высоко, когда они наконец тронулись в путь.
Они направились в сторону, откуда приехали, и Саммер тут же обнаружила, что ночь вовсе не сняла ее усталости от скачек в седле мотоцикла. Как только началась тряска, ее задница снова заболела. Час спустя ступни потеряли чувствительность, спина была готова переломиться, а икры тупо ныли. Она уткнулась головой между лопатками Стива и попыталась забыть о своих неудобствах.
В конце концов Саммер поняла, что это невозможно. Она поняла и еще кое-что: дискомфорт избавляет ее от страха.
Они снова приближались к пасти льва, и Саммер не была уверена, что это удачная идея.
Но, будучи сильно измотанной, она не могла решить, что им следует делать. И наконец оставила это занятие. «Поверь мне», – сказал Стив. Плохо это или хорошо, но именно так Саммер и собиралась поступить.
Она выпрямилась и откинула назад голову, надеясь хоть немного уменьшить боль в затылке. Маффи тряпичной игрушкой лежала у нее на коленях под майкой. Несчастное животное, тоже доведенное до последней стадии нервного истощения, лишь изредка тихо поскуливало, выражая свой протест против варварского способа передвижения. Становилось все жарче, от шлема у Саммер разболелась голова, и она сама была готова заскулить.
Единственное, что удерживало ее от этого, так это то, что она прекрасно понимала: такое поведение только ухудшит их положение. Саммер решила приберечь свои стоны на будущее, когда те действительно понадобятся.
Было ужасно сознавать, что она – и Стив – могут сегодня умереть. Поэтому, сосредоточившись на своих болячках, вообще перестала размышлять.
Было, наверное, около трех часов дня, когда Саммер обратила внимание на маленький бипланчик, лениво круживший в бледно-голубом небе. За собой он тащил длинное белое полотнище с какой-то рекламой. На флоридских пляжах она часто видела такие самолетики, рекламировавшие что-нибудь съестное или приглашавшие купить две порции выпивки по цене одной, но она не ожидала увидеть такое над лесной глушью Туманных Гор. Самолетик выглядел здесь явно не на своем месте, и Саммер с интересом стала за ним следить.
Когда он наконец подлетел поближе, она смогла прочесть текст на полотнище:
Стив, где Кори? Позвони по 555-21-01
От удивления Саммер раскрыла рот и прочла текст еще раз. После этого сильно толкнула Стива в ребро.
Глава 35
– Кори – моя дочь, – произнес Стив хриплым голосом. Он остановился у обочины дороги и смотрел на самолет, готовый скрыться за облепленной облаками вершиной. Саммер обнимала его за талию. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы посмотреть ей в глаза и убедиться, что они полны сочувствия.
Стив с трудом удержал мотоцикл на дороге, когда Саммер показала ему на самолет и он прочел надпись на полотнище сначала один раз, а потом и второй.
Не было никаких сомнений в том, что обращение адресовано ему.
Кори. Они добрались до Кори. Он подумал о дочери, немного полноватой, чуть застенчивой, с мягкими прядями каштановых волос, вечно падающими ей на глаза, в клетчатой плиссированной юбке, которая совсем ей не шла, но была обязательной в ее приходской школе, и тут осознал образ, хранимый им в сердце, – это образ трехлетней давности, когда Кори было десять. Сейчас ей тринадцать, она подросток и наверняка изменилась.
Они готовы мучить Кори, пытать, даже убить ее ради того, чтобы добраться до него.
Адреналин бушевал в жилах Стива, желчь подступала к горлу, сердце бешено колотилось.
Господи, как же он не подумал, что они могут похитить Кори?
В приступе отчаяния Колхаун едва не скатился с обрыва, и только визг Саммер вернул его к действительности.
Потрясенный до глубины души, он съехал на обочину, остановил мотоцикл и слез с него. Саммер тоже слезла с мотоцикла и удерживала его от падения, пока Стив следил, как биплан исчезает из вида. Больше всего на свете ему сейчас не хватало его армейской винтовки, чтобы сбить проклятую машину, или гигантской руки, чтобы сдернуть ее с неба.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
