– Алехар, успокойся, это я. – Лекам вышел с другой стороны.
Алехар стоял между нами.
– Ты, – брат ткнул в мою сторону мечом, – перейди вон туда.
Он показал место правее Лекама. Я послушно перешел, по пути подхватив ножны с моим клинком, но так, чтобы не нервировать брата.
– Чего надо?
– Ты не рад меня видеть?
– Я не знаю, что вы натворили, но светлые меня неделю в подвале продержали. Ладно хоть не пытали, менталистом обошлось. Вы продали все, чтобы вылечить этого урода. Вы продали дом, оставив меня без денег, без жилья, кинув, как собаке, звание безземельного барона. И ты спрашиваешь, рад ли я? Если светлые еще раз пропустят меня через мага, я уже не смогу сказать, что не видел вас. Повторяю вопрос. Что надо?
– Ты изменился.
– Не надо мне рассказывать про моральные качества. Это мне решать. А вы должны быть благодарны, что я не поднял своих ребят, когда услышал твое имя. Итак…
– Где Нейла?
– А мне откуда знать? А-а-а, вы думали, что она здесь, у меня под стражей. – Он оскалился. – Нет, ее здесь нет, может, она уже у светлых. Это все?
– А кто тогда в повозке?
– Какие-то парень с девкой, у обоих родители темные. У нее, кстати, недавно отца сожгли, и я не хочу повторить его участь, поэтому если это все, то вы свободны.
– Что будем делать? – спросил я, когда мы достаточно отошли от трактира.
– Назад поедем. – Лекам явно был зол на Алехара.
– А если в кибитке дочь Солда? Я почти уверен в этом, не так много народа сожгли за последнее время. Пусть и ее сожгут? Да, и помнишь его слова, когда он Софью освобождал: «Может, и моей дочери кто-то поможет».
– Что предлагаешь – напасть на Алехара?
– Зачем, там еще есть маг, можем не справиться. Но на посту всего двое. Замок с кибитки я собью за удар, только топор надо найти. Лошадей у нас четыре.
– А Нейла?
– Потом поедем к академии, там решим, эти за нами вряд ли погонятся. Если Нейла у светлых … – тут я запнулся, – то в академии мы ее вряд ли найдем. Если нет, то их освобождение никак не повлияет на ее судьбу. В конце концов, может, они прояснят нам что-нибудь. Да и жаль их. Не выживут ведь, а если выживут, то такого натерпятся!..
– Может, ты и прав, ищи топор.
Напали мы, выждав часть после смены караула. Подошли к охране, притворившись пьяными, идущими в трактир, и несколькими ударами кулаков отправили их в бессознательное состояние, правда, я перестраховался и для уверенности первый удар нанес кувшином, позаимствованным у спящего недалеко от трактира мужика. Следом, не теряя времени, одним ударом топором снес замок кибитки. На меня смотрели две пары испуганных глаз. Одна пара принадлежала девушке возраста Софьи, а вторая мальчугану кругов девяти.
– Ну, чего сидим, вылезайте, побежали. Или останетесь?
Девчушка молча показала кандалы, которые были прикованы к полу.
– Лекам, прикрывай.
Я запрыгнул в повозку и с третьего удара выломал обухом штырь из деревянного пола, к которому была прикована цепь девчонки. На цепь парня ушло два удара. Мы так нашумели, что времени уже не оставалось. Я выкинул мальчишку из повозки, крикнув Лекаму:
– Забирай, он в шоке.
Схватил девчонку за руку и потащил к воротам трактира, за ними ждали лошади.
Уже в воротах увидел выбегающих из трактира воинов. Во все горло крикнул:
– Ребята, вон еще выбежали! Стреляй в них!
Успел краем глаза заметить, как воины попрятались от воображаемых арбалетчиков. Закинув девчонку на Аравина (по-другому не давали кандалы), приказал ей держаться. Буквально взлетел на коня следом и взял в галоп. Лекам уже скакал впереди. Через триста локтей в нас полетели огненные шары – маг очнулся. Первый ударил мимо, а вот вторым зацепило привязанную лошадь. Девчонка вылетела из седла падающего коня. Я взмахом меча перерубил узду вьючной кобылы. Подъехал к девушке и, не слезая, протянул руку:
– Ну!
Лошадь выдохлась уже через десять мер. Лекама видно не было, но и погони тоже. При въезде в лес справа мелькнул «светляк», я направил на него жеребца. На опушке спрыгнул и пересадил девушку на седло боком, до этого ей пришлось некомфортно прокатиться «мешком», перекинутой через лошадь. Ведя под уздцы Аравина, чтобы он не споткнулся, старался выбирать дорогу без веток.
– Иди сюда. – Шепот в трех шагах от меня заставил вздрогнуть. Обе ночные сестры небосклона, то ли помогая нам, то ли насмехаясь, спрятались за облаками. Вскоре мы вышли на полянку.
– Ты как, без ранений? – шепотом спросил Лекам.
– Вроде обошлось.
– Девчонка?
– Не знаю. Тебя не задело? – спросил я у нее.
– Нет, но нога болит, когда падала, ударилась.
– Встать можешь? – спросил мальчишка.
– Не знаю.
– Попробуй.
Я помог девчонке слезть с довольно высокого жеребца.
– Могу, но ступать больно.
– Ушиб. Сломала бы или вывихнула, вообще бы не шла.
– У вас без ранений? – спросил я в свою очередь Лекама.
– Вроде обошлось.
– Что, тронулись дальше? К утру очухаются.
– Давай.
Я попытался посадить девчонку обратно.
– Стойте, сначала объясните, кто вы?
– Давай по дороге, – как можно ласковей произнес я.
Мы усадили бывших узников на лошадей и отправились вглубь леса. Через какое-то время девчушка не вытерпела:
– Вы обещали рассказать, кто вы.
– Я Норман, его зовут Лекам. Мне, чтобы стать принцем, нужно спасти сто красавиц. Ты вторая, нужно еще девяносто восемь.
Девчонка задумалась, а паренек хохотнул. Прошло меры две, прежде чем до девчонки дошел смысл сказанного.
– Я серьезно спрашиваю.
– А тебе не кажется невежливым, что тебе представились, а ты нет.
– Лоя, а он Сайлон.
– У меня свой язык есть, – заершился парень, – Сайлоний, можно Сайлон, а лучше Сайл.
– Лоя или Аллойя?
– Аллойя. А вы откуда знаете? Имя редкое.
– Дочь Солда?
– Да. – Девчонка явно была растеряна.
– Считай, что мы отдаем долг твоему отцу. Нам жаль, что с ним такое случилось.
– Вы его знали?
– Да. Еще как.
– А куда мы едем?
– Если бы хоть это знать. Сейчас убегаем от светлых. Лучше расскажите, за что вас?
– Мне сказали, что мой отец темный, и я, значит, тоже. Но я никогда ни одного темного заклинания не знала. Пришли отцы из светлого братства и сказали, что меня надо в столице проверить. Вот и отправили.
– Верь им больше, – включился в разговор мальчуган. – Они за последний сезон десятерых увезли, и ни один не вернулся. Им одаренные нужны. На эксперименты.
Мы переглянулись с Лекамом.
– Почему так решил? – спросил маг.
– Все, кого забрали, либо сироты, либо из бедных семей. Прямо зараза какая-то, все бедные вдруг становятся темными.
