— Ужасно душно, — я томно помахал рукой перед лицом, — с Вашего позволения, отец, я подойду к окну.
Отец величественно кивнул и, прикрывая меня, завязал с падре Антонио какой-то оживлённый разговор, к которому постарался подключить всех находящихся поблизости мужчин и даже дам. Сеньорита же Элена не присоединилась к беседе, а лёгкой тенью скользнула ко мне. Что ж, пока сеньорита щебечет о Зорро, я вполне успею привести себя в порядок.
— Дон Диего, — сеньорита Элена легко коснулась моей руки, — Помните, Вы обещали этот танец мне.
Когда?! Я честно попытался вспомнить, кому и что успел пообещать, но танец с Каталиной, подобно придирчивому садовнику, с корнем выдрал все остальные воспоминания. Ладно, не буду ставить сеньориту в неловкое положение.
— Разумеется, сеньорита, — я поклонился, галантно протягивая Элене руку и невольно бросая взгляд в ту сторону, где стояла Каталина. — Идёмте.
Элена расплылась в довольной торжествующей улыбке и так гордо вскинула голову, словно сражение выиграла, не меньше. Не понял, это ещё что за шутки?!
Заиграла музыка, и я повёл свою даму в танце, помимо воли сравнивая её с Каталиной. Казалось бы, сеньорита Элена тоже весьма привлекательна, её почти без преувеличения можно назвать красавицей, а никакого волнения в крови не вызывает. Античная статуя, такая же прекрасная и холодная.
— Дон Диего, — Элена капризно надула губки и кокетливо погрозила мне пальчиком, — Вы меня совсем не слушаете!
— Прошу меня простить, сеньорита, — я галантно поклонился, — рядом с такой красавицей трудно собраться с мыслями.
Элена серебристо рассмеялась, чуть откинув голову назад. Меня неприятно резанула искусственность её манер, даже смех был нарочитым, как на сцене. Хотя нет, опытным актёрам на сцене я верил гораздо больше. Мадонна, да когда уже, наконец, закончится этот танец?! И с чего бы вдруг сеньорита Элена, весь вечер щебетавшая только о Зорро, решила почтить меня своим вниманием? Неужели из-за реплики Каталины о приёме в королевском дворце?
— Благодарю за тёплый приём, дон Алехандро, — мягкий голос падре Антонио показался мне гласом небес, сообщающем о завершении мук, — мне с моей воспитанницей пора возвращаться домой.
— Оставайтесь, падре, — отец мягко положил руку на плечо священнику, — Вы и сеньорита Каталина желанные гости в нашем доме!
Точно, особенно сеньорита. Причём лично я буду просто счастлив видеть Лину хозяйкой гасиенды и своей супругой.
— Нет, дон Алехандро, — падре Антонио покачал головой, — мне нужно ещё подготовить проповедь и побеседовать с братом Франциском, он последнее время какой-то мрачный и подавленный.
— Что ж, тогда желаю Вам удачной дороги, — отец развёл руками, не смея больше настаивать. — Надеюсь, Вы воспользуетесь нашим экипажем?
— От экипажа не откажусь, — падре Антонио поклонился. — Мы прибыли верхом, а надвигается дождь.
— Сеньорита прибыла на бал верхом? — фыркнула тщетно добивавшаяся весь вечер внимания отца донна Фелица. — Мадонна, какая нелепость!
Нелепость, донна, ваши попытки окрутить моего отца, а прогулки верхом полезны для здоровья. И вообще, не вам осуждать!
— Дон Диего, — оторвала меня от беззастенчивого подслушивания благополучно мной забытая Элена, — дон Диего, Вы опять меня не слушаете!
— Прошу прощения, сеньорита, — я виновато улыбнулся и вежливо поклонился, — мне нужно подойти к отцу. Падре Антонио уезжает.
— И его воспитанница тоже, — процедила сеньорита Элена с брезгливой гримаской.
Ого, это что, ревность? Забавно.
— Ещё раз прошу меня простить, сеньорита, — я коротко поклонился, проводил девушку к её сестре и подошёл к отцу.
— Диего, — отец мягко обнял меня за плечи, — как хорошо, что ты решил присоединиться к нам. Падре Антонио и сеньорита Каталина уезжают.
— Какая жалость, — я страдальчески поморщился и поднёс ладонь ко лбу.
— Что случилось? — от отца мои манёвры, естественно, не укрылись, он нахмурился и с тревогой посмотрел на меня.
— Голова болит, — простонал я и виновато улыбнулся гостям, — наверное, дождь будет.
Отец несколько секунд молча смотрел на меня, пытаясь понять, какую игру я затеял на этот раз, а потом медленно кивнул:
— Если ты себя плохо чувствуешь, отправляйся к себе. Я всё объясню гостям и принесу им твои извинения.
— Благодарю, отец, — я поклонился падре Антонио и поцеловал руку Каталине. — До встречи, сеньорита. Надеюсь, она произойдёт скоро.
Лина, лукавый бесёнок, только загадочно улыбнулась, словно бабочка крыльями, взмахнув ресницами. Я с трудом сдержался чтобы не подхватить её на руки и не унести к себе. И чёрт с ними, с гостями, такую девушку отпускать нельзя!
***
Каталина
Второй раз в жизни я ощущала себя принцессой, попавшей на бал, но если первый раз я была наивной и доверчивой Золушкой, готовой отдать сердце первому встречному, то сейчас чувствовала себя Спящей Красавицей, которую пробудил к жизни поцелуй принца.
Мы танцевали с Диего, и мне казалось, будто за спиной у меня распахнулась пара белоснежных крыльев. Я готова была обнять весь мир, мне хотелось, чтобы все вокруг были довольны и счастливы. Короче, полный набор любовной эйфории, за которой, и я это точно знала, как и после попойки, неизбежно придёт унылое похмелье. Только вот сейчас, опять-таки впервые за долгое время, мне совершенно не хотелось думать о завтрашнем дне, я наслаждалась настоящим и твёрдо знала, что после волшебного вечера у меня обязательно будет волшебная ночь. Да, возможно, я опять наступаю на те же грабли, что и с Олегом, но наивная и восторженная девчонка в глубине души, девчонка, которую я давным-давно похоронила и развеяла пеплом, восторженно кричала: «Я люблю!" и у меня не было сил заставить её замолчать. Пусть сегодня будет сказка, ведь я всегда говорила, что лучше раз совершить глупость, чем всю жизнь корить себя за то, что не сделала её.
Я еле дождалась, когда падре Антонио стал с доном Алехандро прощаться. Я-то ведь как привыкла? Кивнули или обнялись, если такая дружба крепкая, в крайнем случае, в щёчку друг друга клюнули, рукой помахали и всё, разбежались. А тут развели прощание славянки, словно падре не в миссию, а в космос собрался! Дон Алехандро, уж не знаю, чего ради, ещё экипаж нам навязал. И всё так чинно и искренне, что будь я более наивной, точно бы поверила, что сеньор де Ла Вега меня
