Василиса, надеясь, что он поймет, почему она ушла от этого разговора.
Кощей цокнул и выпустил ее из объятий. Откинулся на подушку, уставившись в балдахин. Василиса не без труда перевернулась к нему лицом. Для этого пришлось немного подвинуть Мунина.
– С Варварой у меня чисто деловые отношения, – ответил Кощей. – Когда Баюн позвал меня работать консультантом, Лебедь сделала ей предложение, от которого нельзя было отказаться. Она приставила ее шпионить за мной. Только вот наша светлая просчиталась с выбором. У Варвары был передо мной долг, и она решила искупить его таким образом. Пришла ко мне и все честно рассказала. Лебедь бы все равно нашла того, кто доносил бы на меня, а так я контролирую все, что она узнает.
– Но почему ты мне не сказал? – нахмурилась Василиса. – Я ведь дружила с ней!
– Именно поэтому и не сказал, – пожал плечами Кощей. – Ты дорожила ее дружбой, и это правильно: Варвара тебе хороший друг. Тем более, она появилась в твоей жизни раньше меня. Зачем бы я стал это рушить?
– А если бы я рассказала ей что-то серьезное?
– Во-первых, это прошло бы через меня, во-вторых, за столько лет ты ни разу ничего такого ей не сообщила. Так что, полагаю, наши с тобой секреты были в безопасности.
– У нас есть общие секреты?
– Конечно. Ингредиенты для кормовой смеси собакам.
Василиса засмеялась.
– Полежи со мной, – попросила она.
– Я никуда не ухожу. И вообще, я наконец-то затащил тебя в свою постель в моем замке. И ты правда полагаешь, что я тебя так просто отсюда выпущу?
Она пристроилась поудобнее у него на плече, поцеловала в жесткую линию подбородка.
– Боюсь, постель я тебе нынче не согрею, – вздохнула она.
– Да? – удивился Кощей. – Вот ты меня обнимаешь, а мне кажется, будто я под тремя одеялами пью горячий кофе.
– Ну тогда грейся, – прошептала Василиса, закрывая глаза.
Позже ей предстоит вымаливать прощение у Варвары, извиняться перед Баюном и многое другое, но сейчас она позволила себе не думать об этом. Вот теперь все действительно закончилось. И наконец ей тоже было тепло и спокойно. Ей было хорошо.
Глава 11
Март 2004 года
О том, что она влюбилась, Василисе сообщил Баюн. Так и сказал:
– Мудрая, ты влюбилась? Чего витаешь в облаках?
Василиса от этого оклика вздрогнула, очнулась, и ей показалось, что сидящего рядом Кощея тоже передернуло.
– Простите, задумалась, – ответила она. – Я что-то пропустила?
– Судя по всему, все! – скривился начальник. – Ноги в руки и на выезд, наш консультант тебя проконсультирует.
Пришлось подчиниться. Весь выезд Кощей отчего-то был мрачен и неразговорчив, но Василиса только радовалась, что он молчит: ей нужно было подумать.
Как она сама не догадалась, что влюблена? Ведь симптомы были так очевидны! В конце концов, есть вещи, которые невозможно не узнать, и для этого вовсе не обязательно, чтобы кто-то ткнул тебя в них носом.
Это было так некстати… Она вовсе не собиралась влюбляться. Ей все это было совершенно не нужно. Она уже спланировала замечательную, свободную от кого-либо жизнь. Видеть хорошее в Иване после его смерти оказалось куда проще, чем до. Чем больше времени проходило, тем светлее становился его образ и тем легче было найти оправдание всему, что он сделал с ней. И если она не смогла быть ему хорошей женой при жизни, то, может, должна стать такой после его смерти? Вот и будет, как Варвара, хранить верность почившему мужу…
Но нет же.
Да и кого она пыталась обмануть? Она не была Варварой, а Иван не был Андреем, и их брак и рядом не стоял с тем, что был у хранительницы архива.
И все же… Она только обрела свободу, только зажила так, как хочется! Ей не нужен был мужчина.
Или нужен?
Василиса с тоской вспомнила взгляды, которые бросал Сокол на Настю во время совместных летучек, и то, как бережно Данила накидывал на плечи Божены шаль, которую она то и дело забывала в его подсобке… То, что она хотела остаться свободной, не значило, что она хотела остаться одна. Не значило, что она не хотела, чтобы ее желали и о ней заботились. Только вот она понятия не имела, как это совместить и возможно ли такое вообще.
Особенно учитывая, кто именно был виновником бардака в ее голове.
– Василиса! – повысил голос Кощей, явно позвав ее не в первый раз.
Ну вот, они еще даже не вместе, а он уже…
Она досадливо поморщилась: как будто бы они действительно могут быть вместе. Забавно, однако, выходило: в ноябре она едва не умерла, пытаясь побороть свой страх перед такой возможностью, а сейчас ей, кажется, снова нужен был эликсир, только уже по обратной причине…
– Что с тобой? – спросил Кощей. – Что, Баюн прав?
Василиса встретилась с ним взглядом. Зеленые глаза смотрели холодно и едва ли не с угрозой. Чего он ярится? Это у нее тут трагедия, пусть не мешает.
– Если мы закончили, я хотела бы вернуться в Контору до обеда, – ответила она. – Ты меня подвезешь?
Кощей снова сверкнул глазами, но только вот она больше не боялась. Ну что он ей сделает? Опять обратит лягушкой? Проходили уже. Да и не любил он повторяться.
Вообще беда с Кощеем заключалась в том, что с ним все было непонятно. Последние три месяца, начиная с Нового года, ей казалось, что он нарочно пытается чаще касаться ее: подавал руку, когда она выходила из машины, мог дотронуться до плеча, направляя в нужную сторону, а однажды положил ладонь ей на спину, пропуская в дверь, хотя касание было столь мимолетным, что, возможно, ей лишь почудилось. В целом же он не проявлял к ней никаких особых знаков внимания. Иногда кидал на нее внимательные взгляды, которые она, как ни пыталась, не могла истолковать. Но он не снимал ее браслеты, и всегда подвозил домой или в Контору, и следил за тем, чтобы она обедала и ужинала, если они где-то задерживались. Несколько раз, когда окончание их работы приходилось на вечер, он забегал к ней на чай. Но больше ничего. Вот и гадай: то ли она сама себе все придумала и это лишь вежливость с его стороны, то ли Кощей слишком осторожен, чтобы раскрыть себя. И потом, сказал же он ей, что она его больше не интересует и он ее пальцем не тронет… А еще сказал, что ничего не сделает против ее воли… Может быть, он ждал от нее знака? Только вот готова ли она была дать ему такой знак? А если она даст и выяснится, что симпатия с его стороны ей только показалась, что дальше?
Из машины Василиса вылетела, едва не забыв попрощаться. И бегом кинулась в головное здание Конторы в надежде, что успеет до конца обеденного перерыва. Был только один человек, который мог помочь ей в ее метаниях. И этот человек едва не подавился печенькой, когда она влетела в кабинет, хлопнула дверью и почти закричала:
– Как понять, нравишься ты мужчине или нет? И насколько серьезно он настроен? И вообще, надо тебе все это или пусть так и остается?
Настя откашляла печеньку, запила ее чаем, а потом аккуратно предположила:
– Спросить прямо?
Василиса представила, как она прямо спрашивает Кощея о его намерениях, и решила, что это плохой вариант.
– Еще, – потребовала она.
– Понятия не имею, – созналась Настя.
– А как ты поняла, что Финист тебя любит?
– Спросила прямо, – снова честно ответила подруга, чем вызвала в Василисе очередную волну возмущения. Настя, судя по всему, это заметила и сжалилась над ней: – Хочешь чаю? У меня есть отличный успокоительный сбор. Сейчас заварю.
– Давай свой сбор, – согласилась Василиса, с размаху падая на небольшой диванчик. – Насть, еще варианты!
– Ну не знаю… Я правда считаю, что проще просто поговорить. Все же взрослые люди, и есть ли смысл во всех этих хождениях вокруг да около?.. Но раз уж совсем не подходит… Какой-нибудь очень замысловатый флирт, чтобы потом можно было прикинуться дурой и сказать, что не это имела в виду… – Настя нахмурилась и добавила поспешно: – Но это если мужик нормальный, а то можно и нарваться. Он же нормальный, да?
Ее искреннее волнение Василису тронуло. И хотелось бы ей Настю успокоить, но она ответила правду:
– Я очень на это надеюсь.
– Ну да, – вздохнула подруга. – Тут так сразу и не определишь. Порой я думаю, как хорошо, что я давно замужем и мне не нужно играть во все эти игры…
– Неужели совсем не хочется иногда романтики? – не поверила Василиса, глубоко и с наслаждением вдыхая: приятный
