— Да. Хорошие люди. Наши союзники. — У него была чудесная улыбка. И удивительная мудрость. Он мог смеяться над самим собой и говорить поразительно разумные вещи с абсолютной серьезностью. — Белые часто говорят, что сиу одно из самых воинственных племен. Но мы не хотим воевать с ними. Просто хотим получить то, что обещано. Земли, которые являлись нашими испокон веков, и должны оставаться таковыми до тех пор, пока трава не перестанет расти, пока ветер не перестанет носиться и завывать над равнинами, пока небо не перестанет быть голубым. Чейены мирно жили на берегу реки Уошито. Женщины занимались своими повседневными делами, мужчины чистили охотничьи ружья. На смену лету приходила зима. Дети играли, младенцы плакали в своих люльках. А затем зазвучали горны белых. Их лошади поскакали по снегу. Много лошадей. Они ворвались в деревню, начали стрелять, избивать всех подряд дубинками, поджигать вигвамы. Они стреляли не разбирая в воинов, стариков, детей, женщин, младенцев. Дочь Быстрой Лани убили и даже не посмотрели, что у той на руках был младенец, а другого она носила под сердцем. Озера крови разливались на снегу. Если мы дикари, то кто такие белые? Быстрая Лань едва сама не погибла. В живых остались немногие. Так что, понимаешь, дочка, все мы разные, и я рад, что твои глаза умеют видеть.
— Спасибо, — пробормотала Скайлар.
Пожилая женщина, закончив обрабатывать ее раны, подняла голову. Затем встала и на секунду вышла из вигвама, а когда вернулась, присела рядом с гостьей и протянула ей изумительной красоты платье, которое только что вышивала. Что-то заговорила. Скайлар внимательно прислушивалась к ее мягко звучащей речи, хоть и не понимала ни слова. Дед Ястреба перевел:
— Быстрая Лань говорит, ты должна взять платье.
— О! Оно очень красиво. Но я не могу принять его…
— Ты должна принять подарок. Вы привезли нам лошадей и скот. Это означает, что мы не будем голодать. Прими это платье и другие подарки, которые женщины сделали для тебя.
— Женщины?
Она услышала негромкий смех. У входа в вигвам собралось несколько женщин, украдкой наблюдавших за гостьей, только сейчас поняла Скайлар. Миловидная девочка, которая все то время, пока Скайлар ела, занимала малышей, рассмеялась. Она потянула Скайлар за руку и вывела из вигвама.
Индианки тут же окружили ее, тонкие руки тянулись со всех сторон, осторожно касались, поворачивали. Их было так много, и каждая норовила дотронуться до волос, платья. Скайлар чувствовала, как в душе ее поднимается паника. Она слышала об изощренных пытках, которым подвергали пленных женщины племени сиу.
Но эти женщины смеялись и вовсе не пытались причинить ей боль. Возможно, кто-то из жителей деревни и презирал ее. Но только не те, что собрались здесь. Эти были всего лишь любопытны. Как же Скайлар хотелось поговорить с ними, понять их, узнать, как они живут!
Внезапно ее схватили за руки, повели вперед.
И показали подарок.
Она вздохнула, пораженная, растроганная. Принялась рассыпаться в благодарностях. И в этот момент нисколько не сомневалась, что ее слова были поняты.
Поскольку они были не только одними из сиу, но одновременно и белыми и приехали только что из мира, чуждого индейской общине, Ястреб и Слоан — среди родственников отца его звали Ночным Кугуаром — провели несколько часов в парной, проходя обряд очищения для искупления всех совершенных грехов и очищения от зла, полученного в другом мире.
Когда церемония была закончена, мужчины оделись и приготовились к встрече с Бешеной Лошадью.
Вождь ждал их вместе с Отважным Псом, одним из своих близких друзей и советников. Теплая встреча, рукопожатия, сдержанные приветствия — у сиу не принято слишком бурно выражать свои эмоции.
Раз Ястреб и Слоан пришли ради того, чтобы поговорить, то и сели рядом с Бешеной Лошадью по разные стороны. Ясень, Серебристый Ворон и Клинок сели со всеми в круг. Сначала Бешеная Лошадь закурил трубку и разделил ее с теми, кто сидел в круге. После того как трубка была раскурена, жена Бешеной Лошади, Черная Лента, и ее мать, которая жила в их вигваме, подали гостям угощение — отменно приготовленное мясо бизона. И только тогда, когда угощение было отведано, а хозяину возданы благодарности за гостеприимство, пришло время для разговоров. Первым начал Бешеная Лошадь;
— Я знаю причину, по которой вы пришли сюда, с той же миссией явились и индейцы из резерваций. Мужчины, разделяющие точку зрения Красного Облака. Когда-то он боролся против белых, а теперь убежден, что они возьмут нас числом.
— Красное Облако был в Вашингтоне, он действительно видел, что белых гораздо больше, чем индейцев, — сказал Ястреб.
— Белые переселенцы — настоящая волна, прокатывающаяся по всей стране, — добавил Слоан.
— На протяжении всей моей жизни мы только и делали, что заключали с белыми то один договор, то другой. Мы говорили им, где нельзя строить железные дороги, а после видели, как их строители приходили сюда, несмотря ни на что, под охраной солдат. Всегда, перед тем как атаковать, мы спрашивали их, почему они находятся там, где клялись не появляться. Блэк-Хиллз — наша священная земля, белые не должны здесь быть. Ночной Кугуар, твоя армия обязана была позаботиться о том, чтобы нога белого человека не ступала на земли Блэк-Хиллз.
— Моя армия в отчаянном положении. Мы пытались остановить переселенцев. Но их тянет сюда золото, а когда белым человеком овладевает золотая лихорадка, его ничто не может остановить.
— Красное Облако убежден, что Блэк-Хиллз мы уже потеряли, — сказал Ястреб.
Бешеная Лошадь взмахнул рукой и перевел взгляд со Слоана на Ястреба.
— Твой дом стоит на самой границе индейских земель. Твой отец, которого мы называли белым сиу, жил с нами в мире. Золото он добывал, не нарушая священные земли. Почему же его соплеменники не могут этого понять? Мы слушали, когда они говорили: «Железная дорога должна пройти здесь». И железную дорогу провели. Мы наблюдали и ждали. Но людям трудно остановиться, им всегда нужно все больше и больше. Говорили, будто настроены мирно, и нападали на индейские деревни. Когда это кончится?
— Это никогда не кончится, — со всей прямотой ответил Ястреб.
Бешеная Лошадь улыбнулся.
— Ты проделал этот путь затем, чтобы попросить меня прийти и выслушать слова белых людей о покупке Блэк-Хиллз?
— Да.
— И что же, ты просишь меня?
— Да, я прошу тебя сделать это.
— Но ты знаешь, что я не приду.
— Да, знаю.
— Итак, предложение было высказано и отвергнуто. Ты ведь тоже знаешь это, Кугуар? Можешь вернуться в армию и заверить, что сделал все, что мог. К белым я не пойду. И ни за что не соглашусь продавать Блэк-Хиллз, Возможно, белые попытаются отнять землю силой. Но в таком случае, поскольку своего согласия я не даю, за безопасность белых я не ручаюсь. Белый человек сам захотел воевать. Я старался не вмешиваться. Но когда он наступает, наступаю и я.
