сначала нажал на тормоз. «Шевроле» дёрнулся и его повело в сторону на мокром после дождя асфальте. С трудом справившись с управлением, бандит решил идти на таран, но было поздно. Скорости не хватило, чтобы скинуть кроссовер с дороги. Однако это спасло жизнь ему и пассажирам. Минивэн, визжа тормозами, с громким скрежетом влетел мордой в бок внедорожника, его отбросило в сторону. Не пристёгнутые ремнями водитель и сидевший рядом араб впечатались лбами в стекло. Руль отбил здоровяку лёгкие, но не пробил грудную клетку, его подельник так же остался жив; оба потеряли сознание.
Замерший среди клубов пыли, пара, треска с шипением гибели двух автомобилей Чайтон отчётливо расслышал женский плач и, облегченно вздохнул, только теперь позволив чувствам вернуться.
–Жива!– воскликнул он, ринувшись к растресканному окну водителя. Он выбил стекло локтем и разблокировал дверь, открыв доступ к бьющейся в истерике Лилибет.
– Как ты? – с тревогой расспрашивал Ридж любимую, освобождая из плена уберёгшего от травм ремня безопастности.
Он вытащил обессиленную девушку из салона, расцеловал покрытое ссадинами и слезами лицо, промокая губами солёные потёки, радуясь, что ощущает их тёплый, а не холодный вкус.
Чайтон встал перед ней на колени, хрустя осколками стёкол, расспрашивая и аккуратно ощупывая руками худенькое тело:
– Где болит? Ты цела? Сможешь двигаться самостоятельно?
Она лишь кивала в ответ. Младшая из семейства Вудов содрогалась в рыданьях, не в силах сказать хоть слово. Стажёр осторожно усадил Лилит на покрытую каплями воды траву, подложив под попу смятую в ком рубашку, борясь с желанием прижать к себе и остаться рядом.
Ридж, сделав звонок в полицию, бросился обезвреживать похитителей, занявшись сначала молодым парнем, удерживающим Лилибет. Первыми словами подонка были: «Папа убьёт меня за машину», выдав в нём полного дилетанта, неизвестно зачем связавшегося с преступниками.
Чайтон усмехнулся; он тоже приехал сегодня на машине отца, но знал, что тот станет гордиться сыном, спасшим любимого человека.
Через несколько минут трое бандитов лежали на мокрой земле лицом вниз со связанными за спиной руками.
Уверенный, что его телефон не прослушивается, Мэттью, пообещал, что вырвет яйца всем похитителям, если с головы матери его девочки упадёт хоть волосок. Он перестал тянуть время, став очень жёстким.
– Чего ты хочешь? Хватит витиеватого словоблудия, Хамид. Или кто ты там?– Он коротко хохотнул, отдавая дань юмору тех, кто печатал фальшивые документы.– Прибывший из Турции грек?
– Откуда знаешь, шакал?
Вуд усмехнулся. Значит, попал в точку. Но почему араб удивился? Выходит, похищение Кэтлин не связано с переданными Райт документами? Тогда чего хочет объявленный в розыск ещё полгода назад преступник? Переквалифицировался с торговли оружием и наркотиками на похищение людей? Вряд ли. Тогда почему захватил именно Паркер? Догадка ударила в мозг. Брюнетка в очередной раз рассчитывалась за жизнь и грехи Лесси Райт. В данном случае за богатство её бойфренда. И вроде нет в этом его, Мэттью, вины, но именно он виновен во всём изначально.
Главный герой любовного треугольника до скрипа сжал челюсти, зажмурив глаза, пытаясь хоть как-то выплеснуть злость на себя и связанное с ней напряжение. Но в бьющем по сердцу прозрении имелись и плюсы: теперь он примерно знал, какие будут выдвинуты условия для освобождения любимой женщины.
– Неправильный ответ.
Он сумел перехватить инициативу и задать тон разговору, вместо ультиматума с жёсткими условиями перешедшему в переговоры.
– Не строй из себя святую наивность. Не хуже меня знаешь, что торговля оружием на территории моей страны отслеживается, а значит, ты в разработке. Как настоящий джентльмен, я не выбрасываю «бывших» из жизни, не интересуясь, что происходит с ними и кто находится в их окружении, – громко хмыкнул он, а затем жёстко проговорил: – Чего ты хочешь?
– А вот её и хочу!
– Кого «её»?
– Агент, не крути мне яйца. Меняю бывшую на настоящую.
– Почему сразу не выкрал Райт?
– Слишком много охраны вокруг и хотел отвести от себя подозрения.
– Значит, банальные деньги?
– Конечно, они! – хохотнул торговец оружием. – С самого начала руки чесались пощипать высокомерного богатого мальчика.
– Хотел, но не стал? Значит, шеф не давал добро на похищение?
– Много знаешь, агент.
– Очень. Даже то, как поступит он с перешедшим грани мальчиком для поручений.
– Мальчики тоже хотят кушать. Черномазая тварь вырвал большой кусок прямо изо рта. – Потомок римского легионера и мавританки явно нервничал.
– Рот оставь открытым для Дугласа, – Мэтт назвал имя влиятельного не только в определённых кругах человека.– Зачем говорить с тобой, если могу связаться с ним? Ты его сучка и будет так, как он скажет.
– Только попробуй! – рыкнул Махмуд.
– И что ты сделаешь? Убьёшь Паркер? – Хмыкнул в трубку агент. – Так я пораскинул мозгами: избавление от бабы желающей делить со мной дочь, мне на руку, – изобразил он равнодушие к судьбе брюнетки.– Мы не пара. Ты должен знать. Глупым поступком ты зажал себя в тиски между ФБР, уже занимающимся похищением, и главой преступного клана. Отпусти доверчивую идиотку– останешься целым.
Мэттью слышал, как торговец зажал микрофон ладонью и с кем-то быстро говорит на арабском, а уже через полминуты довольно выдал:
– Я подумаю над твоими словами, а ты займись поиском дочери.
– Лилибет?
Волна крови мгновенно прилила к вискам. Агент слышал, как в уши бьёт пульс бешено колотившегося сердца.
– Только попробуй тронуть девочку!– Он с трудом подбирал слова, не желая показать рвущуюся наружу ярость и до конца не веря словам преступника.
– Уже тронул. И кто из нас теперь в ловушке? – заржал он в голос.– Ради дочери ты сделаешь всё, как я скажу, и будешь молчать! Перезвоню через час. Будь готов выполнить, что я скажу, – все останутся целы!
Вызов был сброшен.
Сердце Мэттью рухнуло вниз, но разум призвал к немедленным действиям. Он толкнул дверь и в один шаг оказался на улице.
«БМВ» Риджа возле дома отсутствовал. Агент выскочил на дорогу и побежал вниз–туда, куда с воем сирен пролетели полицейские автомобили и скорая помощь. Он совсем забыл про уже выгнанную из гаража машину. Ноги несли туда, куда влекло сердце, безошибочно определив, что именно там, всего через два перекрёстка, находится его девочка.
– Только бы она была жива!– просил, умолял, требовал от высших сил он.– Только бы с ней ничего не случилось!
Лилибет была жива и, можно сказать, здорова. Несколько ссадин на
