Пепердайн открыл одну из папок и протянул Кендал фотографию:
— Полагаю, вы его узнаете.
— Господи, это же Бама!
Пепердайн взглянул на Джона. Джон кивнул. Женщина воскликнула с неподдельным удивлением.
— В ту ночь, когда я стала свидетелем чудовищного убийства Майкла Ли, я обнаружила его останки. Он к тому времени отсутствовал уже с неделю.
— и до сих пор не найден, насколько я знаю. Мы обыскали метр за метром всю территорию, о которой вы упоминали в своих телефонных рапортах. Как вы думаете, вам удастся обнаружить место его погребения?
— Очень сомневаюсь. Прошло уже больше года. И темень тогда стояла непроглядная. Я заблудилась и перепугалась до смерти. В буквальном смысле наткнувшись на его тело, я потом вынуждена была бежать, чтобы спастись. Даже если мне удастся вывести вас на то самое место, останки, ДОЛЖНО быть, давно расхищены животными.
— Тем не менее мы, возможно, отыскали бы хоть какие-то улики.
Она зажала рот ладонью, чтобы унять дрожащие губы:
— Не могу поверить, что Бама и в самом деле работал на ФБР.
— Его звали агент Роберт Маккой. Должно быть, он поплатился жизнью за свою ошибку.
— Совсем не обязательно. Просто «Братство», вполне вероятно, проводило так называемую весеннюю чистку с целью очистить город от нежелательных элементов. Это послужило достаточно веской причиной избавиться от него.
Кендал поднялась и подошла к окну. Скрестив руки на груди, она немного приподняла плечи и застыла в таком положении чуть покачиваясь, словно защищаясь от кого-то. Джон заметил в глазах ее страх и беззащитность.
Вместо слов у нее вырвался какой-то шелест:
— Вы даже представить себе не можете, на что «они» способны.
— Да нет, в принципе мы себе представляем, — вмешался Пепердайн. — Помните издателя, работавшего в газете вашего мужа?
— Я только однажды встречалась с этим господином. Он неожиданно умер, еще во время нашей с Мэтом помолвки.
— Вряд ли он умер естественной смертью, как об этом гласило официальное заключение. Похоже, он не разделял идеи вашего мужа. Мы произвели эксгумацию трупа, чтобы узнать истинную причину его смерти. Теперь видите, мадам, мы хорошо понимаем, с кем имеем дело, — мрачно усмехнулся Пепердайн.
— У меня есть основания полагать, что и у вас в ФБР работают их люди. Агент Брэддок…
— Находится в тюрьме вместе с прочими. Мы позаботились и об этом.
— Правда? Вы что, считаете, что он у вас такой один-единственный? Сколько членов «Братства» просочилось в вашу контору — вам известно? — Она невольно, повысила голос, выдавая снедавшую ее тревогу. — Начни я давать против них показания, они постараются меня убрать. Какой-нибудь способ да изыщут!
— Мы предоставим вам бессменную защиту, — Пепердайн указал на Джона, но Кендал бросила на него такой взгляд, что тот понял: она не видит в нем надежного охранника.
— Вы не в состоянии. Независимо от того, какие меры вы примете, их все равно окажется недостаточно.
— Ваши показания имеют для нас чрезвычайную ценность, миссис Бернвуд.
— Кто еще выступит со свидетельскими показаниями против «Братства»? — Пепердайн несколько замешкался с ответом, и она презрительно фыркнула: — Значит, я у вас одна? И вы надеетесь выиграть дело на основании только моих свидетельств? Да их адвокат просто камня на камне от этих сведений не оставит. К примеру, заявит, что я придумала всю эту несусветную чушь только для того, чтобы поквитаться со своими врагами.
— А как насчет Мэта Бернвуда? Он тоже ваш враг? — Пепердайн задал непростой вопрос. В соответствии с полученной информацией, женщина намеревалась вышибить парню мозги хрустальной вазой. Джон уже давно сгорал от любопытства, отчего?
— Так вы намерены давать показания против него, миссис Бернвуд?
— Да, намерена — в самом деле. Правда, я не видела его среди прочих во время казни Майкла Ли. И своего свекра тоже. Но все-таки они там были. Я в этом уверена.
— Мы, со своей стороны, тоже в этом не сомневаемся. — Пепердайн заглянул еще в одну папку. — «Братство» не осмелилось бы на ритуальное убийство в отсутствие Гиббонса Бернвуда, его основателя и главного мага.
Кендал глубоко вздохнула и хрипло заметила, как бы про себя:
— Мне следовало бы и самой догадаться.
— Знаете ли вы что-нибудь о прошлом вашего свекра?
Кендал привела несколько фактов, затем спросила:
— Немного, кажется, правда?
Пепердайн начал читать вслух кое-какие документы из толстенного досье, которое агент завел на Гиба Бернвуда.
— Отец его был морским пехотинцем во время второй мировой войны и служил на юге Тихого океана. Он и еще несколько человек вызвались добровольцами на одно рискованное предприятие. В течение первой недели в деле погибли все, кроме отца Гиба, но он выжил и ухитрился еще восемь месяцев просуществовать на крошечном островке, захваченном японцами, питаясь сырой рыбой, которую ловил собственными руками. Отец Гиба. умудрился прикончить пятьдесят вражеских солдат и уйти невредимым. Когда же американцы снова захватили островок, его на корабле отправили домой и с большой шумихой провозгласили героем. Он сильно затосковал, что война кончилась, прежде чем ему удалось снова вернуться на фронт. Серым октябрьским днем 1947 года он методично почистил винтовку, затем вставил дуло в рот и большим пальцем ноги нажал на спуск.
Несмотря на самоубийство отца, юный Гиб Бернвуд сотворил из своего родителя самого настоящего кумира и во всем желал ему подражать. Он также поступил в морскую пехоту и даже успел повоевать в Корее, но война окончилась слишком быстро, что оставило в душе молодого человека острое чувство неудовлетворенности. Когда же подоспела вьетнамская война, оказалось, что по Возрасту Гиб для непосредственного участия в боевых действиях не годится. Таким образом, он пропустил самую главную драчку второй половины века, а раз так — решил начать свою личную войну и следил за тем, чтобы и Мэт шел по его стопам.
Как и отец, Гиб записался в члены ку-клукс-клана, но в начале шестидесятых с кланом расстался. Очевидно, методы клана показались Гибу слишком мягкими. Он решил создать собственную организацию — небольшую группу последователей, преданных лично ему, Бернвуду — это давало возможность Гибу ни перед кем не отчитываться. Мы считаем, что «Братство» возникло в середине шестидесятых. Естественно, Мэт воспитывался в соответствующих традициях, дабы со временем возглавить организацию, созданную отцом.
Мы следили за ним в течение тридцати месяцев, но не имели ни одного свидетельского показания против Гиба лично. Так кое-какие косвенные улики — и все. Вы наш единственный шанс добраться до этого парня. Если мы его достанем как следует, то остальные повалятся как костяшки домино.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
