Примерно через километр фары его машины осветили перекресток. Он свернул на каменистую дорогу, затем повернул еще раз — направо. Близость моря и болотистая местность подсказывали, что он находится в юго-восточной части острова, практически необитаемой.
Спустя некоторое время он выбрался на шоссе. Имевшийся здесь указатель подтвердил предположение Кристиана. Он взял курс на городок Шоа Шу Канг, через который, он это знал, был самый короткий путь в Сингапур.
Родившаяся, правда, пока еще очень смутная идея подсказывала ему, что отдельные части головоломки начинают понемногу складываться вместе.
Кристиан не рискнул подъехать к отелю на «боксхолле» С умеренной скоростью он продолжал путь по Ньютон-роуд, на которой и оставил машину. Затем пешком пошел по Скотт-роуд, с опаской осматриваясь вокруг и особое внимание уделяя фургонам и грузовикам.
Костюм давно высох, но все же на нем остались кое-какие следы от «освежающего душа», полученного Кристианом на консервной фабрике. А впрочем, это можно было отнести на счет ливня, да и персонал «Гудвуд Парк» был достаточно хорошо вышколен, чтобы делать какие-либо замечания своим клиентам.
Нет, больше он не позволит застать себя врасплох, — решил Кристиан. Он шел настороженно: пиджак — расстегнут, чтобы удобнее было выхватить кольт из-за пояса… Он зря беспокоился, никто не угрожал ему, никто не напал из-за угла. Справедливости ради надо было признать, что ряды его врагов заметно уменьшились за последние несколько часов…
Вместе с ключом от номера дежурный администратор передал ему корреспонденцию. По дороге к лифту Кристиан бегло просмотрел ее. Прежде всего, там была шифровка из Гонконга — наверняка, это ответ на его телеграмму. Он сунул шифровку в карман. Потом — четыре записки о телефонных звонках за день. Каждый раз корреспондентка утверждала, что это по поводу «долга», который она якобы должна ему вернуть.
Кристиан улыбнулся: Дориан Ли, вероятно, строила самые разные догадки в связи с его неожиданным исчезновением. Во всяком случае, ее частые звонки в отель доказывали, что она намерена выполнить свое обещание, и не жалеет для этого ни времени, ни сил.
И наконец, послание, переданное пневмопочтой. Кристиан вскрыл конверт, в котором оказался только один листок. Всего две строчки, написанные красивым почерком:
«Я следую твоим инструкциям, и позвоню,
чтобы сообщить свой адрес. М.Л.»
Кристиан кивнул. Значит, Миа Лох в безопасности, и ему не надо больше беспокоиться о ней.
Поднявшись на этаж, прежде чем открыть свой номер, он принял необходимые меры предосторожности. Хотя «Гудвуд Парк» и не был отелем, в котором приветствовалась стрельба, но некоторые личности могли не знать об этом. И только после этого Кристиан вошел в комнату и распечатал шифровку.
Закодированный текст оказался довольно длинным. Кристиан расшифровал и прочел его:
«Примите меры в связи с гибелью Чемберса.
Зианг Так — специалист по акциям „Лиен Ло Пу“, значащийся под №ХХХ.
Возможно, попросит помощи у капитана Вильяма Рида, морская база Сингапура. Шакел-Бартон — бывший наемник, сейчас — частный пилот. Миа Лох, Георг Фреми и У Вуделим — неизвестны. Проверить Та Ист Чонг. Это либо имя либо название городка Тветчонг, что на территории Бирмы, по соседству с городом Тавой.
Повторяем инструкцию:
ПРИЛОЖИТЬ МАКСИМУМ УСИЛИЙ В ОБНАРУЖЕНИИ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОЛДРИДЖА ДЛЯ ЗАМЕНЫ ЕГО ДРУГИМ АГЕНТОМ».
Кристиан присвистнул и сложил послание. Если его шефы, обобщающие информацию от агентов, рассеянных по всему свету, не ошибаются, то он, похоже, спугнул крупную дичь. «Лиенг Ло Пу» — служба расследований в Китае. Что же касается «специалистов по акциям», то их, можно было пересчитать по пальцам. В их обязанности входило готовить диверсии и саботажи. Они были незаметны и могли появиться в самых неожиданных местах. Фраза «значащийся под № XXX» могла означать только одно: что его рассматривают как особо опасного. Его необходимо ликвидировать. Не могло быть и речи о том, чтобы попытаться захватить его и заставить говорить. Сведения, которыми располагало «Агентство», утверждали, что эти люди никогда не сдаются живыми.
Похоже, в высоких кругах это дело рассматривалось как весьма важное. Кристиан сжал губы. Ну, а раз уж они так заинтересованы в успешном завершении данной акции, то пусть потрудятся прислать ему подкрепление.
Теперь ему стала понятна та быстрота реакции, которая последовала сразу же, едва он показал список Медж Лианг: в шифровке упоминалось имя — Зианг Так. Единственное, чего он не мог понять, — почему Олдридж, узнав о присутствии посланца Пекина в Сингапуре, не сделал для себя должных выводов? Неужели, он недооценил этого человека?
«Кстати, не мешало бы спросить у Миа Лох, какого числа Олдридж передал ей этот список», — отметил для себя Кристиан.
В послании был еще один любопытный факт. Прежде, из шифровки Олдриджа, можно было понять, что Та Ист Чонг — это китайское имя, в ответе же, который он только что получил, была и другая версия. Кристиан достал карту юго-восточной Азии и расстелил ее на столе. Город Тветчонг он обнаружил на побережье, на одной параллели с Бангкоком. Сопоставив название городка с именем У Вуделим, которое было типично бирманским, можно было предположить, что последний проживал в Тветчонге.
Бирма…
Во все времена ее обширные поля были заняты под опиумный мак.
Внезапно истина раскрылась Кристиану. Если бы не серьезность положения, он бы расхохотался над очевидностью, которая открылась ему. За видимой необъяснимостью, вся эта история оказалась поразительно проста.
Если его догадка верна, то нет нужды в подкреплении, которое ему предлагалось. Убрать Зианг Така и обнаружить остальных из списка Олдриджа он сможет и в одиночку.
Он невольно вспомнил о мудрой наивности Миа Лох, которая использовала самый простой и старый способ: задавать вопросы и размышлять. А он-то… Забыв об осторожности, он со всех ног бросился к ней, спеша предупредить об угрожающей ей опасности. Хорош, нечего сказать! Миа Лох, вероятно, нашла весьма остроумной создавшуюся ситуацию.
Кристиан сжег все бумаги и, сняв телефонную трубку, попросил соединить его с «Зеленой луной».
«Дирекция с сожалением информирует уважаемую клиентуру, что „Зеленая луна“ закрыта на неопределенное время по причине ее благоустройства. Мы благодарим вас…» — мелодичным женским голосом произнес автомат-ответчик.
Тот же самый текст будет передан и на китайском языке — во всяком случае, Кристиан так подумал. Не дождавшись окончания фразы, он повесил трубку.
Итак, Дориан Ли тоже предпочла скрыться.
Связавшись со справочной аэропорта, он выяснил все о ближайшем рейсе на Тавой. Первый самолет на Рангун вылетал в четыре утра. Это было фрахтовое судно, делающее остановки в нескольких городах, в том числе и в Тавойе. Кристиана уверили, что в салоне самолета всегда есть свободные места.
Было двадцать два с минутами. Заказав по телефону холодный ужин в номер, Кристиан отправился в душ, чтобы избавиться от запаха рыбы, преследовавшего его после посещения консервного завода.
Потом у него, пожалуй, еще останется время, чтобы поспать два-три часа.
Старый ДС-4 дребезжал всеми составными частями. Иногда наступала короткая пауза, и тогда казалось, что все четыре мотора перестали вдруг работать. В салоне стояла невероятная жара. Самолет был разделен на два отсека, по принципу военных транспортеров, которые с некоторых пор перешли в гражданское ведомство. Впереди были кресла для пассажиров, а сзади — груз.
Кристиана заранее предупредили, что время вылета всегда соблюдается строго, а относительно часа прибытия — никаких гарантий. Все зависит от наличия фрахта и от времени, которое будет затрачено на его погрузку и выгрузку в пути.
Кроме Кристиана в салоне самолета было еще с десяток пассажиров: европеец с надменным выражением лица, без сомнения, плантатор или инженер, работающий на одной из шахт, и несколько китайцев и бирманцев. Стюард-малаец, в обязанности которого входило предлагать освежающие напитки и традиционные леденцы в момент приземления, внимательно следил за багажом, а также за тем, чтобы вовремя остановить любого, кто подойдет к грузовому отсеку, решив, что это дверь туалета, которого здесь просто не было.
Внимательно оглядев каждого пассажира, чтобы определить, кто же из них послан за ним следом, Кристиан откинулся в кресле, решив еще немного поспать. В конце концов, если в салон самолета заложена бомба, или если вдруг откажут моторы — он все равно ничего не изменит.
