— Здравствуйте, очень рада познакомиться, — приветствовала я Ванессу. Дэниелу же ничего не сказала. Ной дал мне указание не разговаривать с мужчинами, а его дядя был самым что ни на есть настоящим мужчиной. Я просто-напросто следовала инструкциям, как хороший подчиненный.
Дэниел прочистил горло, пытаясь не обратить внимания на то, что я обошла его приветствием.
— Ну что, Патрик проявил себя гостеприимным хозяином?
Да уж. Он лишил меня девственности, выбросил мою одежду, после чего купил целый новый гардероб — кроме трусиков, разумеется, — и не единожды позволил мне сосать своего любвеобильного дружка. Но благодаря нашему небольшому соглашению я испытывала многократные оргазмы, и если после этого его нельзя назвать гостеприимным хозяином, то я уж и не знаю, кого можно.
Все это я могла сказать вслух, но, к счастью, мне было запрещено разговаривать с мужчинами. Вместо ответа я просто улыбнулась и кивнула. Ной неодобрительно сдвинул брови, а Полли вытаращила глаза.
— Тебе понравилось в Чикаго, дорогая? — поинтересовалась Ванесса.
Я оживилась.
— Безумно! То, что я успела увидеть, конечно. Ной оставляет мне мало свободного времени.
— В самом деле? — спросил Дэниел. — Чем же он заставляет тебя заниматься?
Приехали. И как, спрашивается, на такое ответить без слов? Кивок или покачивание головой тут не подходит.
Ага! Я пожала плечами.
Дэниел и Ванесса озадаченно переглянулись. Брэд, Мейсон, Лекси и Полли повернулись, словно их что-то внезапно заинтересовало в толпе, но я заметила, как затряслись их плечи, — явное свидетельство того, что они смеялись.
Ной прокашлялся.
— Прошу прощения, я хочу потанцевать со своей дамой. Вы позволите?
— Конечно, мой милый, — ответила Ванесса с натянутой улыбкой.
Ной взял из моей руки бокал и поставил его на столик.
— Потанцуем? — Я услышала и правильно поняла его интонацию. Это был приказ, а не приглашение.
— Конечно, мистер Кроуфорд. Это честь для меня, — промолвила я, старательно изображая простушку с юга.
Не сказав больше ни слова, Ной взял меня за руку и вывел на середину зала. Когда мы смешались с толпой, он прокрутил меня и крепко прижал к себе, после чего наклонился так, что я ухом почувствовала его теплое дыхание, и мы начали раскачиваться в такт музыке.
— Что это на тебя нашло?
— Что? — вздрогнула я. Его запах, проникнув в мои ноздри, заставил на мгновение забыть обо всем на свете.
— Почему ты так повела себя с моим дядей? Если бы ты не разговаривала с его женой, он бы, наверное, решил, что ты немая.
Он легонько прижал губы к чувствительной точке у меня под ухом. Хорошо, что держал меня так крепко, потому что мои колени вдруг превратились в желе. Если бы не его крепкие объятия, я бы наверняка брякнулась на пол.
— Ты сказал, чтобы я не разговаривала с мужчинами, и поправь меня, если я ошибаюсь, но твой дядя — мужчина, — задыхаясь, ответила я. — Если, конечно, это не гениальная трансвеститка. Или — бог ты мой! — он что, гермафродит?
— Очень смешно. Обхохочешься, — сухо произнес Ной, а потом игриво укусил меня за мочку уха. — Сделай одолжение, прекрати издеваться.
— Да, сэр. Как скажете, мистер Кроуфорд, сэр.
Ной поднял голову и посмотрел на меня, мой тон его явно не рассмешил.
— Да что с тобой вдруг случилось, а?
— Случилось? Ничего не случилось, — пожала плечами я. — Если что-то и случилось, то у тебя.
Он вздохнул.
— К черту. Нужно было думать, прежде чем вести тебя сюда. Сам виноват.
— Почему? — спросила я, безуспешно пытаясь вырваться из его рук. — Потому что я всего лишь купленный товар? Потому что не вписываюсь в твой круг?
Ной снова заглянул мне в глаза.
— Ты что, шутишь? — Не увидев никаких перемен в моем лице, он наклонился к уху и прошептал: — Ты самая красивая женщина на этом балу, Дилейн.
Это было далеко от действительности, но я поверила бы в его слова, если бы не сцена, которую увидела, выйдя из туалета. И, верная своим принципам, я не стала об этом молчать.
— Однако ты не мог глаз оторвать от совсем другой женщины, — негромко проговорила я. — Джули Фрост, верно? Твоя бывшая?
Я почувствовала, как его тело застыло и каждая мышца напряглась, словно змея, готовая к броску.
— Кто тебе сказал?
— Это так важно? Важно то, что тыэтого мне не сказал. Может, потому, что ты до сих пор ее хочешь?
Он снова оторвался от меня. Одновременно его рука опустилась еще ниже и оказалась на моей заднице.
— Ты ошибаешься.
— Неужели? — спросила я, поймав его взгляд. Глаза мои тут же примагнитились к его языку, который высунулся изо рта и быстро облизал сладкие губы, и мне с большим трудом удалось удержать в голове свою мысль. — А разве не ты теперь ко мне вообще перестал прикасаться, хотя раньше оторваться не мог? Ты спишь в одежде, не разговариваешь, даже не орешь на меня. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: ты больше меня не хочешь. Я знаю, что не имею права задавать такие вопросы, но, черт возьми, Ной, мне не нравится чувствовать себя так, будто… будто я — надоедливая муха.
Он застыл, уставившись на меня, глаза его бегали из стороны в сторону так, словно он искал что-то. Потом, не говоря ни слова, взял меня за руку и повел к ближайшему выходу.
— Куда мы идем? — спросила я, ускоряя шаг, чтобы не отставать.
— В более уединенное место, — ответил он, открывая дверь.
Я обернулась на переполненный зал и заметила Джули с Дэвидом, стоявших рядом под слегка раскачивающейся люстрой. Как только крепеж роскошной люстры оборвался и она начала падать, Ной дернул мою руку, снова вырвав меня из воображаемого мира. Пропади оно все пропадом!
Покрутив головой, он решил идти направо. Повернув за угол, мы вышли в другой коридор, потом еще в один, пока музыка не превратилась в далекий однообразный гул басов. Слева показалась темная лестница, Ной оттолкнул дверь и втащил меня внутрь.
В следующее мгновение я оказалась зажата между стеной и телом Ноя. Я не успела издать ни звука, когда его руки легли на мои бедра, а мягкие губы накрыли мой рот в страстном поцелуе, на который я, не раздумывая, ответила со всей доступной мне нежностью. А потом так же стремительно, как все началось, он прервал поцелуй и взял в ладони мое лицо.
— То, что происходит или не происходит между мной и Джули, не имеет ни малейшего значения. Но ты! Ты имеешь значение, не забывай об этом никогда. — Низкий хрипловатый голос его звучал до невозможности сексуально.
