его рабочем столе пару книг, которые показались ей неуместными: два тома с рисунками, похожими на зарисовки одежды. Она быстро пролистала страницы с дизайнами от Скиапарелли и Шанель.
– Это частный заказ, – по-немецки объяснил ей Курт. Он не хотел, чтобы синьор Аньелли услышал? – Нас попросила об этом горничная герцогини. Очевидно, сюрприз на ее день рождения.
– И когда это было решено? – ледяным тоном спросила Софи. – Меня должны были поставить в известность.
Курт пожал плечами.
– Некоторое время назад, самим библиотекарем. – Все в переплетной мастерской неохотно признавали авторитет Софи, и она это понимала.
– Я не видела упоминаний об этом в бухгалтерской книге, – заметила она. – Работу следует зарегистрировать. – Она спрятала оба тома под мышку.
– Нет времени. – Курт встал со скамьи, словно намереваясь отнять у нее книги. – Она придет с минуты на минуту.
– Я быстро, – возразила Софи, уже уходя. Она чувствовала, как его взгляд сверлит ее спину, и изо всех сил старалась не сорваться на бег. Все это было безумно странно: библиотекарь никогда бы не дал разрешения на выполнение частного заказа, да и с какой стати горничной герцогини вообще понадобилось обращаться в переплетную замка?
Софи не могла рисковать тем, чтобы ее заметили наверху, поэтому пошла зигзагообразным путем по разным коридорам и добралась до укромной гардеробной. Закрыв за собой дверь, она положила обе книги на пол и осмотрела их дюйм за дюймом: заглянула в корешки, встряхнула страницы, провела пальцами по тисненым обложкам. Это были красивые книги для журнального столика. В них не нашлось текста, который мог бы содержать зашифрованное послание, только изысканные иллюстрации на плотной бумаге; на первый взгляд ничего необычного. И все же: ей показалось или задняя обложка одного из томов действительно была толще, чем передняя? Она еще раз ощупала обе сторонки, желая в этом убедиться, и с замиранием сердца поддела ногтем уголок мраморной бумаги. Та порвалась, что на мгновение повергло Софи в панику: пути назад уже не было, но, с другой стороны, не осталось и причин осторожничать.
Через несколько секунд она вытащила оттуда тонкий лист бумаги. Еще через секунду она поняла, что перед ней схема системы оповещения о воздушной тревоге на крыше Виндзорского замка.
Глава двадцать пятая
Лондон, сентябрь 1939 года
– Я отнесла книгу прямиком суперинтенданту, – рассказала Софи тете Джейн. – Нельзя было терять ни минуты. Этого немецкого подмастерья забрали (полагаю, для допроса), и с тех пор мы его не видели. Но я не знаю, что случилось с горничной и что сказали Виндзорам или о чем их спрашивали. Полагаю, они могли не знать, что книга использовалась для передачи информации. А синьор Аньелли по-прежнему управляет переплетной мастерской: должно быть, он убедил полицию, что ничего не знал об этом деле. Вероятно, он и правда не был в курсе. – Она вздохнула и спрятала руки в карманы. – У меня сотни вопросов, но я не хочу показаться слишком заинтересованной. Все в замке сейчас стараются не высовываться.
– Спасибо, дорогая, – кивнула тетя Джейн. – Я передам информацию. – Она никак не реагировала на рассказ Софи и смотрела прямо перед собой со своим обычным бесстрастным выражением. Иногда Софи повторялась, думая, что тетя Джейн ее не расслышала, и получала в ответ резкий выговор.
– Впредь мне придется быть намного осторожнее, – предупредила ее Софи. – В замке полно полиции и солдат, и я боюсь привлечь к себе внимание.
– Понимаю, – ответила тетя Джейн. – А что, если тебе на время залечь на дно?
– Я так и сделаю. – Софи встала, хотя обычно Джейн сама определяла, когда заканчиваются их встречи. Возможно, это было ребячеством, но она хотела услышать, что хорошо справилась с заданием, а воспоминание о случившемся заставляло ее нервничать и чувствовать себя недовольной. Суперинтендант поблагодарил ее за то, что она обратила его внимание на этот вопрос, и подчеркнул, какую огромную услугу она оказала всем в замке. Но у него возникли и вопросы: зачем она пришла в переплетную в то время и что вызвало у нее подозрение в отношении именно этих книг? Когда она впервые встретилась с Куртом, подмастерьем, и проводила ли она с ним время вне работы? Сержанта Дедхэма вызвали в кабинет, и он тоже все это слышал. Создавалось впечатление, будто они подозревали ее в причастности к заговору. Будь она англичанкой, им бы такое и в голову не пришло.
– Вы уверены, что вам не хочется получить мою работу, мисс Клейн? – спросил сержант Дедхэм, выводя ее из кабинета. – Я думал, вы в достаточной мере заняты своей. Судя по всему, мы оба поднимаемся по карьерной лестнице.
– Библиотекарь мне полностью доверяет, – сухо ответила Софи. – Надеюсь, вы чувствуете то же самое.
– Разумеется, – подтвердил он. – У вас есть замечательная способность: вы умеете оказываться в нужном месте в нужное время. Если бы эта карта достигла цели, мы все оказались бы в беде. Так что спасибо – мы благодарны вам за помощь.
* * *
Шли недели. Дома собирали очередной урожай; за границей Советский Союз последовал за Гитлером в Польшу, и в октябре страна окончательно перешла под контроль Германии и СССР. Боевой дух британцев оказался серьезно подорван, когда линкор HMS Royal Oak, стоявший на якоре у Скапа-Флоу в Шотландии, был потоплен немецкой подводной лодкой, в результате чего погибло более восьмисот человек. В письмах Ханне Софи не упоминала о войне: она только рассказывала, что в замке жутко холодно, и выражала надежду, что в Калифорнии Ханна наслаждается солнечным светом. Америка казалась ей далекой, как Луна. Миллеры по-прежнему не выходили с ней на связь, а письма от сестры приходили все реже. «Нельзя ожидать слишком многого, – успокаивала себя Софи, – значит, Ханна чем-то занята, и у нее все хорошо, и так оно и должно быть».
Герцог и герцогиня Виндзорские вернулись во Францию: они оставались в Париже, пока герцог занимал должность в Британской военной миссии, а Уоллис работала волонтером во французском Красном Кресте. По словам Джей-Би, Чемберлен и король предупредили генералов, чтобы они не показывали герцогу ничего секретного. Софи никому не рассказала о выявленном ею нарушении правил безопасности; суперинтендант ее об этом предупредил, но ей и в голову не пришло бы так поступить. Очевидно, Королевскому библиотекарю («настоящему», добавила она про себя) сообщили о случившемся, но поднимать этот вопрос с Софи он не стал. В последнее время они виделись редко, и он, казалось, больше не был склонен ей доверять. «У него другие заботы», – сказала она себе, но все-таки не могла отделаться от тревожной мысли, что он ей больше не доверяет.
Замок, который когда-то
