почувствовал. Под утро Светочка прижалась щекой к моему плечу и поведала, что через неделю снова задержится «до утра» на очередном «банкете». Она печально вздохнула – своим грустным видом напомнила мне о моём младшем братишке, часто вздыхавшем сейчас в схожей манере. Сообщила Светочка мне и свежие городские сплетни: в том числе и о том, что Рамазанов, директор Колхозного рынка, по-прежнему разыскивал свою пропавшую ещё в мае жену.
***
К Николаю Уварову я поехал в воскресенье.
Вместе с Котовой.
Примчались мы к Колиному дому ровно в полдень, верхом на Чижике.
- О, студент! - произнёс заметивший нас Уваров. – Ты никак запах еды почуял? Маргарита как раз на стол накрывает.
Я отметил, что Коля причёсан и гладко выбрит, наряжен в чистую отглаженную рубаху. Увидел, что забор вокруг дома Уварова покрыт свежей краской. Подивился тому, что калитка не скрипнула при нашем появлении. В доме за чисто вымытыми стёклами окон я разглядел тюлевые занавески. Обнаружил, что ветви яблони уже не касались земли около сарая – их удерживали навесу ярко-красные ленты. Приметил, сушившееся на верёвках в саду бельё. Вслед за Колей мы прошли по будто бы только что подметённому двору к летней кухне, откуда доносились позвякивание посуды и бормотание радиоприёмника.
Первым делом я заметил в кухне на столе жареных карасей и солёные огурцы на тарелке. Потом уже обратил внимание на Маргариту Лаврентьевну. Мне показалось, что Марго слегка похудела. Её лицо и руки покрылись золотистым загаром (под глазами появилась сеточка тонких морщин). Свою причёску Рамазанова спрятала под цветастой косынкой. Поверх нового сиреневого халата она надела белый фартук. Маргарита Лаврентьева поздоровалась с нами, вынула из кармана фартука платок – стёрла им с тонких «выщипанных» бровей капли пота. Я представил её своей спутнице как Маргариту, невесту Николая.
Положил руку Котовой на плечо, сказал:
- А это Лена. Мы вместе с ней сюда уже пару раз приезжали.
Котова улыбнулась.
- Но только раньше тут всё было по-другому, - сказала она. – Не так… красиво. Сразу видно, что у этого дома появилась хозяйка.
За обедом мы с Котовой делились с хозяевами дома своими впечатлениями о море: я описывал море таким, каким застал его в пансионате «Аврора» - рассказ Лены о море в Геленджике отличался от моего, был не столь восторженным. Коля Уваров поведал нам о том море, которое он видел во время срочной службы в Советской Армии. Внесла в разговор лепту и Маргарита Лаврентьевна. Она рассказала нам, как ездила вместе со своим отцом на Балтийское, на Белое и даже на Баренцево море.
После рассказа Марго о поездке в Мурманск Николай вдруг сообщил:
- Студенты, я скоро буду учиться вместе с вами.
- Николай, вы поступаете в наш институт? – спросила Котова.
Она приподняла брови.
- Восстанавливаюсь, - ответил Уваров. – Я уже учился в вашем МехМашИне. Заочно. Оставалось полгода, плюс диплом. Но тогда случилось вот это…
Коля взглядом указал на фотографию жены, что всё ещё висела на стене в летней кухне.
- …Мне стало не до института. А потом…
Николай махнул рукой.
- Теперь мы подумали и решили, что учёбу я всё же закончу, - сказал он. - Уж как-нибудь… но следующим летом получу диплом.
Мы с Леной заверили Уварова, что он принял мудрое решение.
Я заметил, что Маргарита Лаврентьевна улыбнулась.
После обеда Котова задержалась в летней кухне: помогала Марго. А мы с Николаем вышли во двор, уселись на лавку под навесом. Пили из больших керамических кружек холодный квас.
- Ну, что там… в городе, студент? – спросил Николай.
- Рамазанов не успокоился, ищет, - ответил я. – Не поверил, что она утонула.
Уваров кивнул.
- А у тебя как дела? – спросил он.
- Всё у меня нормально, - сказал я. – Вот только волшебником я к осени не стану.
Коля нахмурил брови.
- Почему?
- Сам так решил, - признался я. – Не захотел в семью волшебников. Понял, что такая жизнь не для меня. Вовремя одумался. Пока не стало слишком поздно.
Я посмотрел на летнюю кухню, откуда доносился звонкий женский смех.
- Из-за неё? – спросил Уваров.
- В том числе.
Николай кивнул.
- Правильно сделал, - заявил он. – Хорошая девчонка. Мне она ещё летом понравилась. М-да.
Уваров вздохнул.
Я усмехнулся.
- Но ты не переживай, друг Коля: о своём обещании я помню. Осенью Марго получит развод. Не сомневайся.
Николай посмотрел мне в лицо.
- Что-то придумал? – спросил он. – Моя помощь нужна?
Я покачал головой.
- Сам справлюсь. Есть у меня в запасе кое-какое заклинание. В начале сентября оно сработает.
***
В гостях у Марго и Николая мы пробыли почти четыре часа.
Уваром снова «подкормил» Чижика перед обратной дорогой.
Ещё не стемнело, когда я высадил Котову из мотоцикла около дома её родителей.
***
Первого августа после обеда мой младший брат снова отправился к почтовому ящику. Инга Рауде его письмами не баловала. После возвращения из пансионата Кирилл получил от неё лишь одно послание – то, что вручили ему родители в день нашего приезда. Сам он строчил для Инги письма едва ли не раз в три дня. Хотя я говорил ему, что на пользу его отношениям с Рауде это не пойдёт. Но Кир лишь отмахивался от моих слов. Он ежедневно встречал почтальона, стоя около нашего почтового ящика. Обычно почтальон замечал моего брата издали и покачивал головой – сообщал, что писем на наш адрес у него нет. Однако сегодня Кирилл вернулся от почтового ящика не только с газетами – в его руке я заметил пухлый конверт.
- Малой, у тебя сегодня праздник? – сказал я.
Кирилл вздохнул. Он окинул взглядом собравшуюся у нас во дворе
