пришлось искать его глазами. — Где?!
— На площади… — просипел он и отвернулся. — И-Нин. Почему? Ну почему?!
— Что на площади?!
— Казнь. Сейчас.
Где-то глубоко внутри я чувствовала, как все неправильно. И что я пришла в себя не потому, что мне вернули еще один долг. Но какая теперь разница? Все равно ноги подкашиваются, а руки дрожат от слабости. Значит… значит, мне нужны крылья.
Они не мои, они принадлежат этому телу, девочке, которая стала аватаром после меня. И оттого, кажется, слушаются хуже, чем родные. Но это опять-таки не имеет значения.
С тихим шорохом черные перья скользнули по стене и по кровати. Еще один удар силы вынес высокое окно, забранное частым решетчатым переплетом. В комнату ворвался холодный воздух и шум далекой площади. Замок князя в Ла Россин находился в центре города, и с его башни вполне можно было наблюдать за публичной казнью.
— Я не принимаю твой долг. — Один взгляд в сторону Шая — и он побледнел еще сильнее. — Ты, как всегда, рассудил все со своей колокольни. На этом все.
Мне даже не пришлось идти к окну — да я бы, наверное, и не дошла. Но моя сила аватара не зависела от того, насколько плохо моему телу. Она кипела в магических каналах и потрескивала, словно воздух перед грозой. Она несла меня так легко, как никогда. Возможно, потому, что я еще никогда не была так уверена в том, что делаю. И ничего не боялась.
Пара взмахов — и я застыла над залитой солнечным светом площадью, прямо над помостом для казней. Люди внизу шумели, с жестоким любопытством всматриваясь в старую деревянную плаху, возле которой уже поставили на колени седого парня со стянутыми за спиной руками. Но моя тень уже скользнула по головам, закрывая солнце и отвлекая от зрелища. Вот один заорал, второй, и скоро толпа забурлила, застонала и переполнилась криком.
Только один человек не отвлекся на этот шум. Точнее, два. Палач и преступник. Первый уже укладывал второго на плаху, а тот и не думал сопротивляться.Да что с тобой, дурак? Где твоя проклятая изворотливость?!
Сила ударила в занесенное лезвие, отбросив топор куда-то далеко, в гущу шумящих людей. И видит небо, впервые мне было не жаль, если это привело к случайным жертвам.
А возле плахи, загораживая от меня Ильяна, встала новая фигура. Некто в белом плаще с пылающим знаком на груди.
Магистр ордена Жизни. Конечно. Их главная резиденция как раз в княжестве Ла Россин, в столице. Именно поэтому я так не хотела здесь оказаться. Именно поэтому Ветер когда-то прислушался к советам уважаемых мастеров и согласился с помощью их ритуала навсегда запечатать мою силу.
Меньше всего мне, с моими и без того неясными перспективами и заемным телом, сейчас нужно было сталкиваться с орденом. Лучше бы они вообще не знали о моем существовании. Но… но.
— Смотрите, люди! — Голосу этого деятеля жизни мог бы позавидовать лучший княжеский глашатай. — Смотрите — и увидите! Зло все еще живо! Все сказки о том, что оно было невиновно двадцать лет назад, — ложь! Вот оно, явилось, чтобы помешать правосудию! И только орден может защитить вас от этого зла!
Ах ты… тварь! Теперь я вижу, что и палач за его спиной тоже не от магистрата специалист, а как минимум послушник жизни. И он, оставшись без топора, все еще пытается за волосы нагнуть слегка пришедшего в себя Яна к плахе, чтобы отсечь его дурную голову мечом, выхваченным у одного из стражников.
О боги, Ильян, какой же ты дурак… но ты мой дурак. И хватит уже бегать от того, чего не миновать.
— Расступитесь, люди! Бегите! Эта тварь призвала силы смерти! — возвестил на всю площадь магистр, и как по команде из всех переулков на площадь рванули послушники ордена, гоня перед собой… ага. Вот где им пригодились мертвяки нового поколения. Теперь эти жулики будут «спасать» народ от напасти, а под шумок захватят власть. Ве-ли-ко-лепно.
И я опять сыграла им на руку. Точнее, все мы сыграли. Но об этом можно подумать позже. А пока…
Одно движение крыльями — и стражники посыпались с помоста для казней, как горох из дырявого мешка. Следом полетел и магистр, хотя он вполне грамотно поставил щит. От магии. Но не от силы, ему неподвластной. Ею нельзя убивать, но можно разрушить то, что уже мертво. Например, мертвое дерево помоста, кожаную сбрую лошадей или перевязи для оружия. Даже просто одежду, ведь она сплетена из волокон, бывших когда-то живыми растениями.
Я опустилась на то, что осталось от помоста, и одним движением вздернула Ильяна на ноги.
— Придурок, — только и сказала, разворачивая словно бы заторможенного всем происходящим парня к себе спиной и обхватывая его руками за талию. — Скотина. Я тебе все патлы выдеру и задницу надеру, если еще раз…
— Нин-джэ? — Он как очнулся, задергался в моих руках и сразу получил удар силой, как подзатыльник.
— Заткнись!
Продолжать ругаться с ним смысла не было, да и встречный поток воздуха бил в лицо слишком сильно, унося бесполезные слова. Мы взлетели.
Надо было улетать прочь с этой площади, прочь из города. Как можно дальше. Но прежде чем исчезнуть в полуденном небе, я сделала то, что давно должна была сделать. Отпустила свою силу.
Судя по крикам где-то там, внизу, марионеткам ордена, тем самым, с наростами на голове, это очень не понравилось. Настолько, что они осыпались пылью под ноги перепуганным и ничего не понимающим горожанам. Крылья дрогнули, и я чуть не ушла в пике. Проклятье! Неужто это тело такое слабое? Или мои собственные силы на исходе?Кто-то внизу крикнул, что-то мелькнуло совсем рядом.
Ага, стрела. А вот и вторая. Нужно было подняться выше, но крылья плохо ворочались, по крайней мере по сравнению с тем, к чему я привыкла.Прямо у головы Яна пролетел огненный шар — и тут же внизу раздался оглушительный грохот. Выстрелы прекратились, и я, не оборачиваясь, понеслась прочь.
Глава 60
Риду Рой, князь Ла Риду
Я успел вымыться после дороги и облачиться в чистое, уложить волосы и привести в порядок руки. Но, стоя в толпе, вдруг осознал, что никогда еще не чувствовал себя настолько вывалянным в грязи.
Помост был буквально в паре метров, потому я с ужасающей ясностью видел все: бурые пятна на
