слишком вёрткий! Целься лучше!
Кровь стучала в ушах, рана на спине горела огнём, словно туда насыпали раскалённых углей. Каждое движение отдавалось новой вспышкой боли. Но я стиснул зубы и продолжал сражаться. Я не мог позволить этому ублюдку победить.
Не после всего, что мы пережили.
Не после того, как он чуть не сбросил Искру с крыши.
Я понимал, что Филин будет использовать свою Скрытность, чтобы нанести решающий удар. Он попытается появиться неожиданно, когда я меньше всего ожидаю. Но в этом и кроется его слабость. Его «неожиданность» слишком предсказуема. Он всегда атаковал с фланга или со спины, полагаясь на эффект внезапности.
Сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце и выровнять дыхание. Сосредоточился. Отключил все посторонние мысли. Только я и он. Хищник и жертва. Но кто из нас кто, ещё предстояло выяснить.
Я заметил едва уловимое движение слева от себя. Тень скользнула вдоль парапета, на мгновение став чуть плотнее. Чуйка, помогавшая мне выискивать дефекты и аномалии в механизмах, сработала безотказно. Я не стал ждать, пока он полностью проявится. Резко развернувшись, нанёс удар на опережение.
Мощный, рубящий, вкладывая в него всю оставшуюся силу и ярость. Топор со свистом рассёк воздух и врезался во что-то мягкое, податливое. Филин появился из ниоткуда, прямо под моим ударом.
Его глаза, полные ярости и предвкушения победы, расширились от удивления и боли. Он не успел ни увернуться, ни защититься. Лезвие топора вошло ему глубоко в шею, почти перерубив её. Хлынула кровища.
Хрип вырвался из его горла, смешиваясь с бульканьем крови. Он захлебнулся, его тело обмякло, и он рухнул на крышу, как мешок с дерьмом. Кинжалы выпали из его ослабевших рук, со стуком ударившись о бетон.
Получено опыта: 70
Я тяжело дышал, опираясь на парапет. Руки дрожали от напряжения, ноги подкашивались. Победа. Но какой ценой? Рана на спине снова напомнила о себе, запульсировав с новой силой. Похоже, действие батончика уже на исходе.
Искра тут же подбежала ко мне. Лицо бледное, в глазах решимость.
— Лёша! Спина! Давай быстро! Нужно остановить кровь!
Возразить не успел, сознание стремительно уплывало. Она заставила меня повернуться, безжалостно сорвала с меня куртку и футболку, пропитанную кровью. Я почувствовал, как её горячая ладонь коснулась раны. Это оказалось неожиданно нежно, но от того не менее болезненно.
— Сейчас будет больно, — предупредила она. — Зато кровь остановим. Другого выхода нет. Терпи.
И в следующую секунду рану обожгло нестерпимым жаром. Я зарычал, стиснув зубы до скрипа, в глазах потемнело.
Запахло палёным мясом. Моим мясом!
Это оказалось хуже, чем удар кинжалом! Гораздо хуже!
Искра активировала навык: «Огненная вспышка».
— Твою мать, рыжая! — прохрипел я, когда она отняла руку. — От такого только в кино героям становится лучше! А в жизни — это просто адская боль! Да ещё и с последствиями! Ты меня чуть не прикончила!
— Зато не истечёшь кровью, герой, — парировала она, хотя в её голосе слышалось беспокойство и, кажется, даже нотка сочувствия. — Кровотечение остановлено. Но рана серьёзная. Тебе нужен отдых. И нормальное лечение. Вера бы справилась лучше, но её здесь нет.
Я ещё немного поскрипел зубами, чувствуя, как силы окончательно покидают меня. Батончик дал временную отсрочку, но он не может залечить ранение. Я медленно опустился на корточки, а потом и вовсе сел на холодный бетон, прислонившись плечом к парапету.
— Главарь ещё жив, — прохрипел я. — Нужно закончить дело.
— Какой ты упорный, — восхитилась Искра с нотками ехидства.
— Помоги мне встать.
* * *
На крыше банка, Гвоздь, увидев, что его последний боец пал, и поняв, что остался один против двоих противников, осознал, что битва окончательно проиграна.
Его лицо исказилось яростью и страхом.
Он что-то прорычал, вероятно, самые грязные проклятия в наш адрес, и развернулся, собираясь бежать. Справиться со змеёй у него не вышло, но и она его не сожрала, хотя очень старалась. Гвоздь уже собирался перемахнуть на соседнюю крышу, как сделал Филин…
Но тут здание банка издало протяжный, тоскливый стон, похожий на предсмертный вздох гиганта. Стены пошли трещинами, облицовка посыпалась с них ещё быстрее. Последствия атаки кислотной змеи и электрических разрядов самого
Гвоздя дали о себе знать. Здание не выдержало такого издевательства. Оно начало медленно, но неотвратимо оседать.
— Кажется, этому сараю пришёл конец, — хмыкнула Искра, наблюдая за разворачивающейся картиной. — Зря ты, Лёш, со своим пневматом возился, тишину соблюдал. На такой грохот сейчас все мутанты с округи сбегутся.
Она совершенно права. Обрушение такого массивного здания создаст шум, который привлечёт внимание всех тварей в радиусе нескольких километров. И это ещё одна проблема, которую нам предстоит решить. Если мы, конечно, выживем.
Штырь, который так и не пришёл в себя после нашего комбо из ядовитого дротика и огненного шара, безвольно съехал по накренившейся крыше и исчез в облаке пыли вместе с обломками. Его накрыло тоннами бетона и кирпича.
— Блин, нам опыт за него не начислили, — посетовала Искра. — Это несправедливо! Плевать, что его добил обвал! Мы же вывели его из строя!
— Давай просто порадуемся, что он сдох. Ещё один ублюдок отправился кормить червей. Или что там вместо червей в этом новом мире.
Гвоздь тоже падал вместе с рушащейся крышей.
Но этот гад оказался более живучим и хитрым, чем его подельник. В последний момент он, отчаянно взмахнул руками, из которых вырвались остатки электрической энергии. Метнул молнию не в нас, а точно под себя.
Слабый разряд ударил в обломки, и его тело, словно отброшенное взрывной волной, подкинуло немного вверх и в сторону. Он кувыркнулся в воздухе и шлёпнулся на землю чуть поодаль от основной зоны обрушения.
— Жив, зараза, — процедил я.
— Не только жив! Ещё и почти не пострадал! Смотри, как резво вскочил на ноги и бросился наутёк! Вали его, Лёха, я ману восстановить не успею!
Я тяжело вздохнул, превозмогая боль, и достал из инвентаря «Ксюху». Нужно заканчивать эту историю. Позволить ему уйти нельзя. Слишком много крови он нам попортил.
Вскинул автомат, целясь в удирающего Гвоздя. Палец уже лёг на спусковой крючок. Но тут раздалось яростное шипение, от которого у меня волосы на затылке встали дыбом. Оно прозвучало так громко и злобно, что от него сам воздух завибрировал.
Пылевое облако расступилось, показался тёмный силуэт гигантской змеи. Извиваясь и круша всё на пути, она выползла на свет.
