Но просто изготавливать шелк и шить из него одежду недостаточно. Угандийские инвесторы по-прежнему хотели продать компанию, и Раджендрану пришлось искать приличную сумму денег для выкупа акций, чтобы продолжить работу над созданием компании своей мечты. Причем владельцы хотели получить больше, чем готовы были вкладывать иностранные инвесторы на таком маленьком рынке в пока еще сомнительное начинание. Раджендран мог бы уволиться и основать собственное дело, но это означало бы покупку полного комплекта нового оборудования и найма полностью новой команды. Был риск, что мечта Раджендрана никогда не осуществится, ведь фабрику могли продать задешево еще до того, как она начнет окупаться, а Раджендран наймет тысячи работников, обеспечит лучшую жизнь фермерам и даже построит новую школу в кампусе для их детей.
Эта история демонстрирует присущую Руанде необъяснимую магию. Приезжающие сюда люди попадают под влияние недавних трагических событий в стране и ее успехов в постгеноцидный период. Им хочется помочь местным жителям. Впервые меня привез в Руанду партнер венчурной фирмы Highland Capital Partners из Бостона Дэн Нова. За его плечами лежала длительная и успешная практика инвестирования во времена технологического бума конца 1990-х, а также активное участие в развитии операций компании в Китае и Европе. В Руанду его пригласил Пол Фармер. В свою очередь Нова привез с собой нескольких инвесторов из бостонских венчурных фирм. По рассказам, руандийцы частенько видят семейство Клинтонов, Тони Блэра, Боно или Джорджа Клуни. Мы с мужем приезжали в Руанду посмотреть на знаменитых горных горилл и как-то раз встретились с легендарным директором зоопарка Джеком Ханой, известным своими появлениями в шоу The Late с Дэвидом Леттерманом. Оказалось, Хана регулярно посещает страну, помогая мобилизовать природные ресурсы и создавать первоклассные туристические маршруты в тесном сотрудничестве с президентом Кагаме. В тот раз Хана привез потомков фон Траппов — да-да, тех самых, чья история легла в основу мюзикла «Звуки музыки» — спеть на ежегодной церемонии наречения горилл именами. Они дали целый концерт экспромтом и пригласили нас присоединиться к ним за обедом, но ни Хана, ни Траппы не были «гвоздем программы» в тот вечер. Гости пришли на встречу с безруким человеком по имени Фредерик Ндабарамайя. После окончания геноцида пятнадцатилетний Фредерик проезжал однажды в автобусе недалеко от угандийской границы. В том районе в лесах скрывалось немало экстремистов хуту. Один такой партизанский отряд перешел границу и захватил автобус. Они выбрали Фредерика на роль палача и приказали ему убить всех находившихся в автобусе тутси. Он отказался. Тогда они пригрозили убить его. Но он опять отказался. Бандиты привязали его за руки к дереву и заставили смотреть на то, как они убивают пассажиров тутси. Затем они швырнули его на землю и отрубили руки чуть ниже локтей, не обращая никакого внимания на его мольбы оставить ему хотя бы несколько пальцев. Они обрекли его на верную смерть от потери крови.
По случайности они не развязали веревки на его руках, и эти веревки сыграли роль жгутов и тем самым спасли Фредерику жизнь. В конце концов какие-то люди нашли его, выходили, и Ндабарамайя, не утративший присутствия духа после такого страшного увечья, научился играть на гитаре и рисовать. Обед организовывался в честь открытия очередного приюта для выживших во время геноцида, построенного на средства Ндабарамайи. Ему сделали протезы в одной из лучших клиник США — эта история широко освещалась в американских средствах массовой информации, — но на время обеда он их снял, заявив, что некоторые вещи ему проще делать собственными руками, пусть даже такими, как у него. Мы с изумлением наблюдали, как он ловко управляется с ножом и вилкой и пьет красное вино.
Американская семья, приютившая Фредерика в США и потрясенная его историей, приехала в Руанду вместе с ним, чтобы помочь открыть приют. Дизайнер интерьеров из Сан-Франциско, услышав от них о Руанде, тоже решил к ним присоединиться, чтобы помочь с отделочными работами в нескольких домах. Семейная пара из Нью-Йорка взялась освещать церемонию в прессе. Приглашая нас присоединиться к ним за обедом, Хана произнес: «Должен сказать, мы все любим эту страну, именно по этой причине мы здесь и собрались».
Вообще говоря, у Руанды удивительное свойство привлекать богатых, влиятельных, известных людей, мотивируя их на создание чего-нибудь полезного для страны и заставляя при этом забывать о собственной значимости или заслугах.
Если отставить в сторону чувство вины за допущенный геноцид и личные контакты, что же такого притягательного в этой далекой крошечной стране, что никого не оставляет равнодушным к ее судьбе? Прежде всего изумление тем, как радикально может измениться облик страны за короткий период времени. В целом Африка — еще один спящий гигант, который только начинает просыпаться. В течение большей части XX столетия экономика континента практически не развивалась, но в начале 2000-х годов темпы роста почти удвоились и достигли 4,9 процента в год.
Этим Африка обязана не только биржевым продуктам вроде нефти или минеральных ископаемых, поскольку государства, не имеющие таких ресурсов, увеличивали свой ВВП почти такими же высокими темпами. Сегодня по объему совокупного ВВП (1,6 миллиарда долларов). Африка вышла на уровень Бразилии или России. Ожидается, что к 2020 года этот показатель достигнет 2,6 миллиарда долларов. Расходы на потребительские товары в Африке составляют около 860 миллиардов долларов, а к 2020 году должны вырасти до 1,4 триллиона. Около 128 миллионов африканских домохозяйств к 2020 году будут достаточно зажиточными, чтобы расходовать часть дохода по своему усмотрению. К 2030 году 50 процентов населения будет жить в городах, а к 2040 году численность африканцев трудоспособного возраста составит 1,1 миллиарда человек, то есть они станут самой многочисленной популяцией трудовых ресурсов на Земле. Уже сейчас дискреционные расходы домохозяйств здесь превышают по абсолютной величине аналогичные показатели России или Индии[59]. Несмотря на явные проблемы, касающиеся прав человека, борьбы с бедностью, здравоохранения, политических вопросов, в таких оазисах, как Руанда, наблюдается несомненный прогресс. Больше людей стали чувствовать себя в безопасности, появился шанс устроиться на хорошую работу, увеличился приток зарубежных инвестиций. В отчете компании McKinsey за 2010 год написано: «Глобальный бизнес не может себе позволить игнорировать потенциал африканских стран»[60]. Структурные изменения в национальных экономиках, в частности снижение темпов инфляции, сокращение национального долга, приватизация государственных компаний, уменьшение налогов, укрепление юридической системы, породили быстрорастущий частный сектор, где стабилизировалась производительность труда и с 2000 года по настоящее время ежегодно растет примерно на 3 процента. Хотя на это потребовалось больше времени, чем другим развивающимся странам, средний класс и процессы урбанизации в Африке находятся на подъеме. Действительно, сейчас в африканских странах процент городских жителей выше, чем в Индии. Следовательно, доходы населения здесь растут быстрее. Иностранные инвесторы тоже стали уделять больше внимания странам региона: за период с 2000 по 2008 год приток капитала вырос с 9 до 62 миллиардов долларов. Аграрный сектор экономики и услуги мобильной связи являются самыми многообещающими направлениями: 60 процентов площади континента не задействованы в сельскохозяйственном производстве, есть пахотные земли; в течение 2000–2008 годов добавилось 316 миллионов новых абонентов мобильной связи[61]. Одним из наиболее удачных мобильных продуктов оказался банкинг M-Pesa в Кении, которому в течение двух лет после запуска удалось охватить 40 процентов взрослого населения. Он стал предметом зависти многих развивающихся и даже развитых стран. В Кении вы можете заплатить за такси, отправив текстовое электронное сообщение.
