В юго-западном, граничившим с ФРГ округе Зуль, СЕПГ ожидала массированных провокаций со стороны Западной Германии, но к удивлению властей 17 июня не произошло никаких акций протеста. Уже в 15.25 окружком партии сообщил в Берлин, что «в округе все спокойно». Только в одном из городков — Обернойбрунне — 15–20 человек, подвыпив, вышли из трактира и, дудя в охотничий рог, требовали вернуть их городку административную самостоятельность (ранее он был включен как часть в более крупный населенный пункт). Полицию применять не пришлось: увидев, что местные жители их игнорируют, «самостийники» разошлись по домам.
Ситуация в округе Франкфурт-на-Одере была гораздо сложнее, так как многие его жители работали в Берлине и видели, что там творилось. И здесь, также как в столице, беспорядки начали строительные рабочие городка Штраусберг (через несколько лет там разместилось министерство обороны ГДР). Захватив несколько грузовиков, строительные рабочие Штраусберга стали разъезжать по округу и призывать рабочих других предприятий к забастовкам. Попытка прорваться в Берлин на восьми грузовиках была пресечена советскими войсками и пограничной полицией ГДР. После этого строительные рабочие поехали в город Фюрстенвальде, где подняли шинный завод и организовали в центре города демонстрацию, количество участников которой достигло пяти тысяч человек. Демонстранты подошли к зданию райсовета и потребовали, чтобы его председатель высказался относительно требований протестующих (свободные выборы, снижение цен в госторговле на 40 %, упразднение казарменной народной полиции, отставка правительства). Но когда глава района попытался выступить, его стали избивать. Полиции с трудом удалось вырвать человека из рук разъяренных демонстрантов. В конце концов, пришлось вызвать советские войска, и те быстро освободили площадь перед райсоветом (оружие при этом не применялось).
Особое внимание в округе и советские органы и власти ГДР уделяли металлургическому комбинату имени Сталина с непрерывным циклом производства. Остановка его могла иметь для экономики ГДР катастрофические последствия. На комбинате образовалась группа протестующих в 400–500 человек, но большинство рабочих осталось на местах. Отработавшая смена отказалась идти домой и взяла под охрану доменные печи. Тем не менее, часть сталелитейщиков вошла в город Фюрстенберг и попыталась взять штурмом райком партии, который охраняли пять сотрудников полиции с пятью пистолетами и двумя мелкокалиберными винтовками. Первый секретарь райкома вышел на площадь за сигаретами, а назад вместе с ним уже вбежали демонстранты. Их удалось, было вытолкнуть назад и закрыть дверь, но буквально через несколько минут ее протаранили, и толпа снова ворвалась в райком, круша там мебель. Один из полицейских пытался фотографировать, но его избили и отобрали оружие. Тем не менее, старший среди народной полиции приказал не стрелять. Через десять минут после начала штурма райкома к зданию подоспели 10 полицейских и советские солдаты. Толпа была быстро рассеяна, а 55 наиболее активных участников штурма арестованы на месте.
Округ Котбус оказался, пожалуй, единственным в ГДР, где акции протеста 17 июня начались на селе. 16 июня в деревне Раде были арестованы несколько крестьян. Собравшиеся односельчане (в основном, богатые крестьяне) решили утром 17 июня идти на райцентр Йессен и требовать освобождения всех арестованных. Акция была задумана как внезапная, однако один из бедняков села предупредил полицию. Прибыв уже в 7 утра к зданию райсовета, 250 крестьян потребовали, чтобы вышедший к ним прокурор немедленно освободил всех задержанных. Когда тот стал говорить из толпы раздались выкрики «Повесьте красную свинью!» и «Убейте красную собаку!» Одному мальчику-пионеру кулаки сломали палец, пытаясь сорвать с него пионерский галстук. У одного из сотрудников полиции отобрали пистолет (правда, потом его принесли в участок). Однако смелость борцов за права человека быстро сменилась тревогой, когда они увидели, что в городе находятся советские автоматчики (они были введены в Йессен еще ночью после упомянутого выше сигнала из Раде). Тем не менее, власти хотели закончить дело миром и освободили 30 человек (большинство из которых и так подлежало освобождению после объявления «нового курса»). Крестьяне прошли по городу и вернулись на центральную площадь. Но тут появились советские танки, и их командир предложил разойтись, что и было сделано.
В столице округа Котбусе забастовку в 10.30 начали рабочие железнодорожных мастерских. Около двух тысяч человек направились к центру города, но были остановлены советскими солдатами и повернули обратно. Однако ближе к обеду, используя забастовку железнодорожников, группа молодежи (по данным полиции, там было много представителей «молодой общины» и проституток) организовала в самом городе новую демонстрацию. Толпа подошла к зданию совета округа, скандируя антиправительственные лозунги и требуя, чтобы все сотрудники совета покинули свои места. Но тем удалось вовремя закрыть все двери, и толпа, не солоно хлебавши, двинулась к находившейся неподалеку тюрьме. Полиция смогла защитить здание, но сил, для того чтобы рассеять демонстрантов, не хватало. Пришлось вызвать на помощь советские войска. Однако и их прибытие не остудило пыл свистящей и улюлюкающей молодежи. На солдат и офицеров Советской Армии посыпались ругательства, а когда у одного из них силой попытались отнять автомат, пришлось стрелять в воздух. Через два часа демонстрация была рассеяна. Было объявлено военное положение, и советские танки взяли под охрану основные партийные и государственные учреждения.
В городе Люббен толпа, в которой также было много представителей «молодой общины», попыталась взять штурмом райотдел полиции. Советские войска применили оружие, и один из нападавших был ранен.
Всего в округе 17 июня в забастовках участвовали 11 тысяч человек, а по итогам июньских событий были арестованы 120 их участников.
Тюрингский округ Эрфурт оказался отнюдь не таким же спокойным, как другой округ Тюрингии Зуль, хотя и здесь обошлось без инцидентов на внутригерманской границе. В самом Эрфурте забастовку также начали строители, к которым присоединились и рабочие других предприятий. После обеда в городе было объявлено военное положение, однако это не помешало протестующим собраться на митинг, который прошел без инцидентов. В городе Земмерда утром на центральной площади собрались около восьми тысяч человек, которые выразили солидарность с берлинскими рабочими и потребовали проведения свободных выборов на всей территории Германии. Примечательно, что выражался протест и против границы по Одеру — Нейсе. Застрельщиком событий в Земмерде выступило бывшее советское акционерное общество «Рейнметалл». После того как оно стало в начале 1953 года народным предприятием, заводу был снижен план, что привело к увольнениям. Причем они проводились «по капиталистически»: людям просто клали на стол уведомление без всяких разъяснений. Поэтому первоначально рабочие «Рейнметалла» требовали восстановления уволенных коллег. Был образован забастовочный комитет, возглавлявшийся бывшим членом войск СС. Этот комитет послал на все соседние предприятия делегатов с призывом присоединиться к забастовке, однако благодаря действиям полиции акцию удалось локализовать.
Одновременно кулаки на своем собрании в одном из кабаков Земмерды учредили свой комитет, состоявший, по данным полиции, из десяти бывших нацистов. Оба комитета были ночью арестованы правоохранительными органами.
Демонстрации 17 июня прошли и в других городах округа (Веймар, Мюльхаузен и Апольда). Полиция арестовала 176 человек, из которых четверо были переданы советским властям, а 142 — органам МГБ.
В округе Гера рабочие нескольких крупных предприятий с утра 17 июня вышли на демонстрацию и направились к тюрьме. Хотя ее охрана была усилена, толпа с помощью баггера с предприятия «Висмут» снесла ворота и ворвалась на внутренний двор. На помощь охранявшим тюрьму полицейским были вызваны военнослужащие казарменной полиции с автоматами, которые смогли не допустить захвата тюрьмы, хотя оружие не применяли. Манифестанты отправились к райкому СЕПГ, срывая по пути всю наглядную агитацию. Однако и здесь полиция смогла отстоять здание без стрельбы.
К вечеру ситуация в городе начала стабилизироваться, но тут на нескольких грузовиках и автобусах в Геру ворвались 200–300 горняков «Висмута», которые попытались захватить почтамт, выбив в здании все стекла. Проследовав на площадь перед окружным советом, шахтеры перевернули там автомашину казарменной народной полиции и стали призывать военнослужащих перейти на сторону демонстрантов. Те отказались, и завязалась потасовка. С полицейских срывали форму, но они по-прежнему не применяли оружие, чтобы не нагнетать обстановку. Перед городской тюрьмой полицейские все же демонстративно передернули затворы карабинов, чтобы отпугнуть нападавших. В ответ полетели камни. Только после прибытия нескольких советских танков толпа начала расходиться. К 20.00 обстановка в Гере полностью нормализовалась.
