пел в ушах. Кого-то снесла. Несколько раз. Нечего зевать. Хорошо, что выбрала ближние, а не дальние бараки. Конец пути неожиданно оказался на заднем дворе возле позорного столба.
Главные герои были на сцене. Зрители стояли, раскрыв рты. Не хватало лишь меня – антагониста этого театра одного актера. Название постановки – отмщение.
Главная героиня стояла с перекошенным от злости лицом. Она с легкостью держала тело бессознательной Маргарет спиной к себе, прижимая голову к своей щеке. Лицо и руки няни украшали кровоподтеки. Большой свежий порез на всю щеку приковывал взгляд. Вплотную прижимая нож к шее старушки, актриса орала:
– Не приближайтесь! Отрежу голову махом! Во мне зелье увеличение силы! Выстрелите в спину, голова старухи полетит вниз!
Пара охранников, что стояли на заднем дворе, были в замешательстве, не зная, что делать. Мы с Вигмаром подоспели одновременно. Я прибежала со стороны улицы и на последних крохах успела приблизиться на расстояние десяти шагов от помоста. Опекун и Беатрис вылетели из поместья. Простые люди жались, спасая свои шкуры. Саймон и Герхард, пригнувшись, подбирались с разных сторон. Народу было мало, значит началось все недавно.
– Не приближайся!!! – взвизгнула девушка. – Как няня, так прибежала сразу! Почему? Почему ты не приняла и меня? Я ведь так старалась! Всю душу выложила! Ты плюнула в нее! Я верила тебе! Верила, что нужна! А ты такая же лживая дрянь, как все аристократы!! – орала девушка
Не слушая ее слов, сразу черпнула из кулона. Никак не могла понять, почему Маргарет должна умереть. Дар подсказал, что внутри няни яд. Еще пара минут и не спасти, так как с момента попадания в организм прошло прилично времени. Думать было некогда. Глубоко вздохнула, в голове билась мысль: « Не отключаться!». Подняла руку и отправила сильнейший импульс исцеления, вкладывая приказ на нейтрализацию яда и регенерацию повреждений. Мгновенно повело в сторону, отдала слишком много. Картинка перед глазами смазалась. Нельзя! Сил двигаться не было. Зато перестало пахнуть смертью. С носа лилось рекой.
Лина, было, испугалась моих действий, но, не увидев внешних проявлений угрозы после взмаха моей руки, расхохоталась:
– А магии то тю-тю! Все раздала, ничего не оставив себе!
– Я с тобой, – раздался спокойный голос. Алонсо, расталкивая первые ряды, вышел вперед. – Есть все шансы одолеть ее. Как же они меня все достали!!! – заорал он.
– Стой!!! – заверещала Лина, надавливая ножом на старческую шею.
Из свежего пореза побежали струйки крови. Опять завоняло смертью. Алосно поднимался на помост. Герхард, пользуясь моментом, тихо карабкался сзади.
С трудом черпнула второй раз из кулона, концентрируясь одновременно на двух приказах: полное исцеление няни и остановка сердца Лины. Все окружающее пространство окрасилось в зеленый цвет. Глаза смотрели, будто через запотевшее стекло, видела только силуэты. Удивилась всего на секунду, не успев отправить мысленный приказ. В этот же момент под правой ногой внезапно оказалась пустота, я падала. Пришло понимание. Она же слабенький маг земли!
Лина начала резать горло Маргарет. Брызнула кровь.
«Убить Лину. Спасти няню» – отдала приказ силе.
Внутри стало очень горячо и больно, руки пронзили множеством игл. Я грохнулась со всей дури об твердь земли. Из лёгких вышибло воздух. Следом раздался звук второго падающего тела, топот ног, поднялся шум
Маргарет, живи…
Меня накрыла темнота.
***
Вигмар
Левое ухо настойчиво чесалось. Сосредоточиться на письме не получалось. Мелкая просила, и я как болван писал любезные письма, приглашая именитых учителей. Погостить, так сказать, с целью заработка. Хотелось дать ей лучшего, как и достойна. Ни одного. Ни одного целого, готового письма.
Рывком открылась дверь, прибежал мой соглядатай с кухни. Малец с выпученными глазами коротко поведал не веселую историю. Пойдя по поручению, невдалеке услышал голос Маргарет. Прошел бы мимо, если бы не услышал грохот тела. Затем, громко произнесенное Линой: «Теперь будет справедливо!» Парнишка поспешил и увидел, как калека враз стала здоровой, легко запихнула в чулан мертвого охранника. Бессознательная Маргарет валялась на полу. Тут он думать не стал и прибежал ко мне.
Бросил все. Сердце пустилось вскачь. Что с Роззи? Послал парней в разные концы поместья за подкреплением и на поиски ополоумевшей бабы. Беатрис не отставала. На месте убийства беглой уже не было. Кинулись дальше. Пробегая мимо, увидел в окно задний двор и Лину. Побежали туда.
Роззи была на нуле. Белое лицо, заострившиеся скулы. Снова на грани. Пока беглая изливала душу, подкрадывался сзади. Нужно было, чтоб кто-то отвлек внимание на себя. И Алонсо прекрасно с этим справился. Я уже был близко, когда начался хаос.
Роззи подняла руку и пошатнулась от бессилия. Сгорит, дурная! Алонсо уже поднимался. Когда я приготовился к прыжку, Роззи с головы до ног объял зеленый огонь. Затем мелкая начала заваливаться. Ее глаза стали черными. Лина застыла и стала оседать на бок. В тоже время из рук Роззи вырвалось множество тонких черных игл длинной в две мои ладони. Они утыкали все тело беглой, отталкивая от тела старухи подальше. Люди заорали и бросились врассыпную, началась паника.
Я подбежал к Маргарет. Ни одного ранения. Пощупал ее кровавое горло. Абсолютно здоровая спящая старушенция! Вилли бежал к Роззи. Герхард и Алонсо уже стояли рядом, кивнул им. Остались охранять тело, а я бросился к племяннице.
В голове билась мысль, что в доме есть чей-то шпион. И о способностях мелкой никто не должен узнать. Упал на колени рядом с телом идиотки. Показушно достал белый платок из кармана, помахав им, будто расправляю. Склонился над ладонью мелкой, практически лег на землю, заслонив собой. Сделал вид, что забираю что-то из ее ладони. Исхитрился незаметно вытащить медальон матери из потайного кармана и положил его в платок, стянув края. Поднялся, зажав «добычу» в кулаке. Будто желая убедиться еще раз, слегка отогнул платок с краю, изучая содержимое. Мои брови удивленно округлились. Огляделся, пряча секрет в нагрудный карман. Буду надеяться, тот, кто должен был, все увидел. Краем глаза, когда разыгрывал свой фарс, следил, как Вилли лихорадочно водил руками над мелкой и вливал в нее фиал за фиалом. Дышит, значит жива. От очередного зелья засмердело. В глазах защипало. Воняло тухлыми яйцами болотной жмыхи. Значит дело дрянь, раз достал свое фирменное. Склонился к девчонке.
– Жива. Сделал, что мог. Что будет, не знаю. Остается ждать, – отрапортовал Вилли.
– Порой, мне кажется, даже боги не знают, что будет… С ней.
Тело мелкой отнесли в ее покои. Старуху разместили там же.
