словно пчелиное жало.
– Грей ни в чем не виноват, – захлебываясь рыданиями, проговорила Нелла.
– Он обещал защитить его! – кричала Виттория. – Он сказал, что защитит нас всех!
Нелла ошибалась. Виттория была права. Джованни мертв. Это все, что знал Грей.
– Мне нужно, чтобы вы все собрались вместе, – сказал он. – Где Фрэнки? Где Томазо?
– Кто это сделал? – Лука выпрямился, вытер мокрое лицо. Одной рукой он поддерживал Неллу. – Кто в него стрелял?
– Лука. – Голос Грея доносился откуда-то с границы между двумя мирами. Он понимал, что должен остаться здесь, но его тянуло обратно, туда, где Джованни не был мертв, а Грей все время оставался рядом с ним… – Уведи их отсюда.
– Кто это был? – снова спросил Лука, тревожно озираясь.
– Ла Маркас. Уведи их отсюда.
– Нет. – Лука покачал головой. – Не может быть. Нет.
– Где Томазо? Где Фрэнки? – Грей схватил Неллу за плечи, когда она покачнулась на ступеньках. – Нам нужно уходить, немедленно.
– Это не Ла Маркас, – повторил Лука. – Такого не может быть.
Щелк.
Все погрузилось в темноту.
– Какого…
– Уходите. Немедленно. Лука, отведи их в подвал. Не открывай дверь никому, кроме меня. Я иду за Фрэнки и Томом.
– Но…
– Идите. Сейчас же. Это приказ, черт возьми.
– Не смей приказывать мне. Ты даже не смог защитить моего отца!
– Лука! – Нелла была ближе, чем ожидал Грей. – Он сам не знает, что говорит.
Должен ли он остаться с ними? Защитить их, спрятавшись за деревянной дверью? Или рискнуть, выйти за дверь и разобраться со Скиннером или кем там еще, кому Ла Маркас заплатили за это нападение? Или это все из-за нее? Неужели он снова рискнет их жизнями, чтобы найти ее?
Она – рак, и ее метастазы уже расползаются по нему, захватывая дюйм за дюймом, и в конце концов убьют.
Как избавляются от рака? Его вырезают.
Но где, черт возьми, остальные секьюрити?
– Я отведу вас к двери, – сказал Грей. – Ждите подходящего момента и, когда убедитесь, что опасности нет, бегом к подвалу. Не открывайте дверь, пока я не вернусь. Если я не вернусь…
– Грей… – Голос у Неллы сорвался.
– Быстрее. Шевелитесь, – поторапливал он. Виттория вцепилась в Джованни, ее плечи сотрясались от беззвучных рыданий, но Лука – или Нелла, Грей не мог определить в темноте – подхватил ее под руку, и вместе они спустили ее по лестнице.
Пробираясь среди криков в тесной темноте, Грей искал голос Джетта, плечи Макс, спину Фрэнки, запах Томазо…
– Джетт!
– Я здесь. Здесь. Со мной Том и Фрэнки.
Прищурившись, Грей различил три фигуры.
– Мы не можем выйти, – сказал Джетт. – Они заперли выходы.
– Кто?
– Я не знаю, приятель, я не знаю, кто…
– Макс?
– Я ее не видел. Грей, они… охрана… они…
Женщина из охраны с дротиком в плече. Сосредоточься на Барбарани, не думай ни о чем другом.
– Отведи их в безопасное место. Ты знаешь куда.
– Не уходи, Грей, пожалуйста. – Нелла говорила, как когда-то в детстве. Когда границы были размыты и Грей забывал, что он не один из них.
Он отвел ее руку.
– Позаботься о них.
Джетт кивнул.
Что-то толкнуло Грея, и он слегка качнулся.
Лука.
– Нет! – Он бросился за Лукой, стараясь не упустить из виду силуэт с кудрявой головой. – Лука, вы все – мишени, черт возьми! – Он схватил его за рукав, но Лука отбросил его руку.
– Я должен найти ее!
– Лука, ради бога! Ты должен остаться с семьей. Твоего отца убили они, семья Арианы.
Твоего отца убили… Эти слова, словно гвозди, впились в его язык.
– Я не пойду ни в какой гребаный бункер, пока не…
И снова выстрелы. Снова крики.
Но никто вроде бы не упал.
Предупредительные выстрелы.
Проклятье. Судя по звуку, стреляли с противоположных сторон. По меньшей мере двое. Попали ли в кого-нибудь? Если цель – массовое убийство, то такая стрельба не имеет смысла. К тому же огонь вели из ручного оружия одиночными выстрелами. Бомба была бы эффективнее.
Черт. А если где-то еще одна бомба?
Вверх по лестнице. Быстрее. В sala da pranzo.
Пусто.
Лука. Лука. Где Лука? Он потерял его из виду – отвлекся, считая выстрелы.
– Грей!
Сердце подскочило к горлу. Он увидел и сразу узнал ее силуэт. Схватить бы ее, обнять, раствориться в ней и провалиться сквозь пол, сквозь землю – в другое измерение, где все разговаривают и смеются над удивительно забавными шутками Джованни. Где Фрэнки спорит с официантом, подавшим тортеллини с бараниной. Где Нелла не замечает, как взгляд Джетта устремляется к ней каждый раз, когда он делает глоток чего-то безалкогольного. Другой мир, в котором Грей выполнил свою работу.
Где он не встретил Макселлу Конрад.
– Где ты, черт возьми, была? – Он схватил ее за плечи. – Я искал тебя. Я не должен был… Я должен был…
– Я была с… Я была внизу, как ты и сказал.
Все вдруг стало ясно: выбор времени, неясные намеки Маттео. Все это было отвлекающим маневром. Его выманили из комнаты, как гребаную кошку – на бантик. А потом Маттео прибег к самому старому трюку. Клише, настолько очевидному, что Грей о нем даже не подумал.
Твоя девушка у меня.
Но она не была его девушкой. Он должен был знать, что она справится сама, – мысль о том, что Ла Маркас захватят ее без сопротивления, так, что никто не заметит, была почти смехотворной. Почему он не подумал об этом?
Но действия Маттео ясно говорили об одном.
За всем этим стояли Ла Маркас.
Снова выстрелы. И прорезающий крики бесплотный голос.
– Выйти невозможно. Выходы закрыты. Если вы не те, кто нам нужен, вам не причинят вреда.
Грей не узнал голос, глубокий и монотонный, но, возможно, говоривший использовал скремблер. На телевидении это устройство применяют для маскировки голосов жертв.
Если вы не те, кто нам нужен…
– Где остальная охрана? – Голос Макс вернул его в темный sala da pranzo. Между тем бальный зал внизу быстро пустел – гости разбегались по особняку, укрываясь в тех уголках, куда их раньше не пускали.
– Я видел только Джетта. Остальные…
Еще выстрелы. Они побежали в том же направлении, куда ушел Лука, но в темноте Грей его не видел.
– Грей…
– Хватит. – Вырезать. Так избавляются от рака.
– Хватит чего? Мы должны…
– Мы? Мы – это не мы, Макс.
– Что ты…
– Где ты была? – повторил он до предела напряженным голосом – еще одно небольшое усилие, и веревка оборвется.
– Я же тебе сказала…
– Маттео Ла Маркас сказал мне, что ты у него.
Кто-то вскрикнул
