В моей справке было достаточно фактов о незаконных, крайне невыгодных для России коммерческих сделках, заключенных в ЗГВ.
И то, что президент не предпринял никаких мер, а спустя два года назначил командующего ЗГВ генерала Бурлакова заместителем министра обороны, довольно красноречиво говорит об отношении нашего нынешнего руководства к проблеме коррупции и преступности.
В справке, составленной в 1992 году, лично Бурлакову не вменялись в вину какие-либо нарушения. Но речь шла о том, что происходило во вверенной ему Западной группе войск и в ее управлении торговлей.
С моей точки зрения, как руководитель, командующий ЗГВ, безусловно должен был нести ответственность за то, что творилось в его войсках. Ничего более конкретного инкриминировать ему я сейчас не могу… Но уж во всяком случае этот человек не должен был идти на повышение после вывода войск из Германии[163]. Примеров, подтверждающих связь высших государственных чиновников, в том числе и военных, с преступными элементами, можно найти много. Но мало находится журналистов, готовых говорить об этом вслух.
На печальном примере Д. Холодова можно сделать соответствующий вывод. Это было не просто убийство. Это было показательное убийство, совершенное в назидание другим. Самоценность человеческой личности невозможна в обществе, где закон подчиняется исполнительной власти, где прослеживается связь между ростом расходов на управление и хищением государственных средств. Анализируя ситуацию с затянувшимся расследованием по делу убийства Д. Холодова, Явлинский говорил:
— Надо сделать так, чтобы первые лица в государстве не были заражены коррупцией. Сегодня в России достаточно профессионалов, способных раскрыть преступления, тем более такие громкие, как убийство Холодова, Листьева, но следствие затягивается на годы, потому что власть не может. Она боится и не хочет раскрыть преступление. Вдруг правоохранительные органы не за ту ниточку потянут?[164]
Сейчас многие говорят о коррумпированности и олигархии. Но мало кто знает, каким образом это можно изменить. Неоднократно такой вопрос задавали и Григорию Алексеевичу. Интересно, что даже среди журналистов нередко встречаются люди, которые не могут или не хотят понять его ответ. Они, как правило, отходят от него со злорадным ликованием: якобы он ничего нового предложить не может. Его «лучший друг» А. Кива пишет, что сколько бы они («яблочники») не критиковали, однако, как только начинали говорить «как надо делать», становилось ясно: они не знают, ибо то, что предлагалось делать, в конкретных условиях России невозможно*. А ответ Г. Явлинского прост — надо взять чистый лист бумаги и начать все заново. Надо заново провести, но уже не «прихватиза-цию», а приватизацию. Надо разработать новый налоговый кодекс, потому что в этом что-либо изменить бесполезно, его надо просто заменить новым. Надо вернуться к Экономическому сообществу и к демократическим преобразованиям, надо установить подотчетность всех народных избранников вплоть до президента.
Почему А. Кива считает, что это в России невозможно? На мой взгляд, наоборот, без этого жить невозможно. Без установления демократического правления невозможно установление порядка и законности. Без соблюдения принципов демократии невозможно и бесполезно бороться с преступностью. Она будет расти, становиться более жесткой и изощренной. В пресс-службе «ЯБЛока» мне были представлены следующие материалы:
Ошибки в проведении экономических реформ: ваучерная приватизация, экспортно-импортная, финансовая политика последних лет создали самые благоприятные условия для расцвета преступности и прямо приглашают к нарушению закона. Мы видим несколько путей борьбы с преступностью, по которым нужно идти одновременно.
Первое — это изменение экономического законодательства, например, изменение порядка выдачи квот, лицензий и льгот. Сегодняшняя ситуация является питательной для преступной среды, поскольку при прочих равных условиях, привилегии, очевидно, даются тем, кто «больше даст». Второе — жесточайшая борьба с коррупцией — от создания в соответствующих органах спецподразделений до полномасштабных изменений законодательства о госслужащих, которые устраняли бы возможность произвола со стороны чиновников, ужесточили бы их ответственность за невыполнение обязанностей и принятие незаконных решений. Реакция на любой факт коррупции должна быть молниеносной и жесткой.
Третье — борьба с преступностью останется словами до тех пор, пока у государства не будет надежных правоохранительных органов. Нет сомнений — в правоохранительных органах достаточно профессионалов, которые много знают о преступлениях и конкретных преступниках, могут обезвредить их, могут провести настоящую реформу МВД. Но руки связаны, — не на кого опереться, нет уверенности, что это действительно нужно высшим должностным лицам страны. Остается либо молчать, либо уйти. Поэтому неотложные меры должны быть приняты, с одной стороны, по очистке силовых структур от преступных и коррумпированных элементов, а с другой — по оказанию открытой политической поддержки всем честным профессионалам.
Четвертое: работа сотрудников правоохранительных органов связана с постоянным риском, с ежедневной угрозой их жизни и здоровью. Поэтому на социальную защиту их и их семей должно быть обращено особое внимание.
Необходимо разделить функции охраны общественного порядка и борьбы с профессиональной и организованной преступностью} передав первые вместе с финансами и кадрами в ведение органов местного самоуправления. Наконец, насущной проблемой сегодня стало принятие нового Уголовного кодекса, ужесточающего наказания за целый ряд преступлений, суть которых заключается в очень простом тезисе: вор, в любых смыслах, должен сидеть в тюрьме…
Искоренить преступность до последнего бандита нельзя, но качественно снизить ее уровень можно и даже в короткий срок. Однако для этого необходима политическая воля государственных лидеров, с одной стороны, и общественная поддержка, с другой.
Но, к сожалению, сейчас вор не сидит в тюрьме, а отдыхает где-нибудь за границей или строит себе домик в несколько этажей. Он не боится наказания, потому что наше законодательство перенасыщенно недомолвками, двусмысленностями, суды практически недееспособны. Политическая воля правителей за те годы, что правит Б. Ельцин, уже вполне определилась и не внушает оптимизма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
