...Освобождены города Негрешти, Васлуй. 23 августа танки батальона майора Лагутина ворвались в населенный пункт Лунгань. Экипажи совместно с ротой автоматчиков старшего лейтенанта Сулеймана Сагитова с ходу качали уничтожать запрятанные за постройками артиллерийские орудия, установленные на чердаках пулеметы и другие огневые средства врага. В этом сравнительно непродолжительном бою танковый взвод лейтенанта Ивана Антонова вывел из строя целую батарею тяжелых орудий, раздавил 12 подвод, 25 фашистов взяли в плен. Не обошлось без потерь и с нашей стороны. Пали смертью героев заместитель командира батальона капитан Афанасьев, командир роты Сагитов. При восстановлении поврежденной машины погиб техник-лейтенант Кагановский...
Во второй половине дня танки бригады взяли направление на Бырлад. Местами двигались по бездорожью. К вечеру на большой скорости подошли к городу и завязали бои на его окраине. Выбить, однако, в этот день гитлеровцев не удалось. Бырлад прикрывал подступы к Фокшанам и важному рубежу — реке Серет, поэтому враг оборонялся с утроенным упорством.
— Особенно сильно укреплены северные и северо-западные подходы к городу. Все сплошь заминировано, —доложил комбату Лобачеву командир взвода лейтенант Петрушенко.
— Как с разминированием?
— Работают.
Далее Петрушенко сообщил, что в засадах близ Бырлада сосредоточено до двадцати танков и штурмовых орудий, много противотанковых пушек, а пехота окопалась.
Гитлеровцы, видимо, считали, что этот укрепленный район по реке Серет достаточно прочный и даже неприступный. Было ясно и нашему командованию, что только захват фокшанских ворот обеспечит нам наиболее быстрый выход в центральные районы Румынии и на Балканы в целом.
Бой за Бырлад разгорелся ранним утром 24 августа. Новый командир бригады подполковник И. Л. Третьяк, который заменил уехавшего на учебу в военную академию Михайличенко, приказал обрушить на город всю огневую мощь трех танковых батальонов, батальона автоматчиков, всех орудий и минометов.
Комбат майор Лагутин направил танковые роты Путило и Чулкова на юго-восточную окраину города. Скоро автоматчики взвода Артемова, следовавшие на танках, стали выкуривать противника из траншей, подвалов, сараев. Гитлеровцы сопротивлялись отчаянно. Румынские же солдаты, где попало побросав оружие, большими группами и целыми подразделениями начали сдаваться. Их, отвоевавшихся, уже набралось несколько сот человек.
— Товарищ майор, что же это получается: мы воюем, а румыны, побросав оружие, пойдут домой? — обратился кто-то к командиру батальона.
Тут же отыскался добровольный "парламентер". Он заставил пленных отыскать брошенное оружие.
— Иначе чем будете освобождать свою родину! — вмешался лейтенант Петрушенко.— Если не найдете, то обратно направим к фашистам,— в шутку пригрозил он.
— Только не к фашистам! — загалдели пленные и бросились подбирать оружие — в кукурузе, воронках, траншеях, в кустах, чтобы повернуть его против бывших союзников.
А бой гремит, разгорается с новой силой. То тут, то там вспыхивает вражеская техника. Трупы гитлеровских солдат устилают улицы, переулки, дворы. Только танкисты роты Путило уничтожили десять штурмовых орудий, три артиллерийских батареи врага. Отменной сноровкой отличился комсомолец Юрий Фокин из экипажа лейтенанта Николаева. Он расстрелял два танка Т-4, штурмовое орудие, батарею, несколько автомашин. Мужество и отвагу проявили и военные медики. Санинструктор Колосова, например, эвакуировала из Бырлада двадцать раненых бойцов, предварительно, под шквальным огнем оказав им неотложную медицинскую помощь.
Майор Дианов со своим 2-м батальоном (после сформирования нового, третьего, батальона все они получили порядковую нумерацию: 152-й стал 1-м, 149-й —2-м, а новый, майора Лобачева, 3-м) устремился в центр города. Автоматчики взвода Артемова рядовые Назар Кандымов, Михаил Кириченко и другие спрыгнули с танка и ворвались во вражеские траншеи. Там они без особого труда расстреляли десятка два растерявшихся гитлеровцев. Прихватили бездействовавшие четыре пулемета — их расчеты разбежались. Неожиданно из сквера, примыкавшего к центральной улице, ударили вражеские орудия. Азарт боя захватил гвардейцев. По дворам, палисадникам группа смельчаков автоматчиков незаметно подобралась к огрызавшейся батарее и расправилась с орудийными расчетами. Часть их была убита, остальные разбежались.
Крепко пострадали захватчики и от танкистов 2-го батальона. Один только взвод лейтенанта Яновича уничтожил семь орудий, шесть минометов, четырнадцать автомашин, два "фердинанда". Механик-водитель Лошкарев раздавил, прижав к каменной стене, большой автобус с находившимися в нем гитлеровцами. Ветер разметал по улице ворохи штабной бумаги...
На северо-западной стороне Бырлада громили врага танкисты батальона майора Лобачева, другие части и подразделения корпуса.
Где-то к полудню город был занят. На этом завершилось окружение ясско-кишиневской группировки гитлеровцев.
2.
На следующий день, утром, комбриг собрал командиров подразделений на совещание.
За вчерашний бой командир корпуса генерал Алексеев нас похвалил,— сказал он. — Доволен результатами и я. Теперь перед нами город Текучи и река Серет. Овладеем первым, преодолеем второе — и получим благоприятные условия для броска к Фокшанам. О деталях предстоящих действий доложит начальник штаба бригады.
— По данным разведки,— начал подполковник Алендрасов,— город обороняет пехотный полк с артиллерией и танками. Передний край проходит по северной окраине вдоль шоссе, которое сворачивает на Фокшаны. Наша главная задача — захватить железнодорожную станцию. Там скопилось большое количество составов с боеприпасами и разным военно-техническим и награбленным имуществом...
Атака началась рано утром 26 августа. Город Текучи расположен в большой долине, окаймленной холмами. По их склонам волнуются на ветру перезрелые стебли кукурузника. В нем удобно устраивать засады. Да и наверняка устроены...
Здания в основном одноэтажные, утопают в зелени...
Танки роты старшего лейтенанта Жигульских и 2-го батальона майора Дианова, развернувшись в боевой порядок и ведя огонь на ходу, на максимальной скорости двинулись к городу и вскоре достигли его окраины. Однако из-за сильного огневого противодействия мотострелки не смогли выйти из кукурузного поля на открытое место.
— Атака на грани срыва, надо что-то предпринять,— проговорил Жигульских.
Предпринять, однако, ничего не успел. К его машине подъехал танк командира бригады, а следом подкатила легковая машина. Из нее вышел командир корпуса генерал-лейтенант танковых войск Алексеев. Из люка командирской башни показался комбриг Третьяк, из другого — начальник политотдела Михайлов. Сошлись вместе, обсудили положение.
— Автоматчиков отсекли от танков,— констатировал генерал.— Пока минометчики Воронцова и батарея Харченко не ударят по артиллерийским позициям противника, танки пусть несколько минут ведут огонь из укрытий и утюжат траншеи. — Он поднес к глазам бинокль.
— Смотрите-ка, в траншее кто-то из наших отбивается кулаками,— удивился Алексеев.— Узнайте фамилию этого героя-драчуна.
"Драчуном" оказался начальник связи 1-го танкового батальона Михаил Левин.
На бруствере с разорванной гранатами гусеницей стоял танк младшего лейтенанта Шеховцева. Командир батальона приказал Левину выяснить причину остановки, а если надо — помочь. Но в траншее на связиста неожиданно навалились пять гитлеровцев. Вот и началось... Троих уложил насмерть, а двое улепетнули. Сам же отделался синяками.
За эту "драку" генерал Алексеев наградил Левина орденом Отечественной войны 2-й степени, а начальник боепитания старший техник-лейтенант Тишин "снял стружку" за разбитый пистолет и потребовал объяснения...
Вскоре загремели выстрелы артиллерийских орудий и минометов — Харченко и Воронцов подоспели вовремя.
Не дремал и Лобачев. Его батальон атаковал железнодорожную станцию. Вперед вырвался взвод старшего лейтенанта Зоненко. Направляющим шел танк Хомякова, за ним — Макарова. Место командира в танке лёйтенанта Макарова занимал возглавлявший атакующую группу начальник штаба батальона старший лейтенант Горностаев.
Танкисты приближались к вокзалу. Над крышами станционных построек стелился дым паровозов, из грохота изредка пробивались их гудки.
— Товарищ младший лейтенант, вижу дуло пушки, як бревно торчить! — подал испуганный голос лежавший за башней автоматчик Задорожный. Он остался там для наблюдения за противником.
И в самом деле — от них метрах в пятистах из-за Палисадника медленно выползал "тигр".
— Что делать?..— растерялся молодой, едва ли не впервые попавший в такую передрягу наводчик орудия Елисеев.
