– Я знаю. Оксана не хочет.
– Я попрошу. Давай попробуем.
– Давай.
Оксана немного посопротивлялась, но всё же большинству ей пришлось подчиниться. Олег ещё не знал, как мирить её с Максимом, буду ли вообще кто-то мирить их или они помирятся сами. Оставалось понадеяться на удачу. Почему-то Олег очень на неё надеялся. И в этот раз старушка его не обманула!
Хотела Оксана или не хотела, а пришлось ложиться в одну постель с Максимом. Олег уже собирался спать, когда Оксана пришла к нему в комнату. Она была с распущенными волосами и в халате.
– Ты не против, если я немного посижу с тобой? – спросила она, присаживаясь на край дивана.
– Конечно. А спать тебе не пора? Завтра ведь на работу. Это у меня день отоспаться есть.
– Ничего, я не очень долго. Я так скучала за тобой! Ты успел посидеть понемножку со всеми, кроме меня. Даже с Максом секретничал, а я как-то не у дел.
При упоминании о Максе её лицо стало грустным. Олег внимательно посмотрел на неё и подумал, что не больно-то и хотелось сестричке бросать Макса, плохо было бы ей без Макса, наверное, хуже, чем без него. Все её выходки были не больше, чем разновидностью истерики, да ещё и игрой уязвленного самолюбия. Она ведь так мечтала, что Макс с ней будет самым счастливым, а его жена недвусмысленно намекнула, что не всё у них ладненько. Не понимала она, глупышка, что иногда достаточно для счастья, чтобы человек был с тобой рядом. Может быть, просто в силу возраста ещё не понимала.
– Макс уже спит?
– Не знаю. Да что тебе Макс? А я?
– А я? А я?! А как же я?!!! – передразнил Олег Оксану. – Ты – моя радость, маленькая принцесса-злючка.
– Почему это злючка? Макс нажаловался или родители? – Оксана сощурилась.
– Никто мне не жаловался. Просто узнаю свежие новости. Оказывается, вам, Оксана Леонидовна, вожжа под хвост попала и вы беситесь. Чего тебе не хватает?
– Ребенка, – Олег слышал в её голосе так хорошо знакомые упрямые нотки.
– Дети бывают от спанья с мужем в одной постели. А вы в разных комнатах спите. Это, вообще-то, анекдот, насчет «вот так они и жили: спали врозь, а дети были». Разве что ты почкованием научишься размножаться.
Олег смотрел на Оксану и улыбался. Нужно было ломать её упрямство. Всему когда-то приходит конец. Своему голосу он даже не пытался придать оттенка сочувствия, хотя, на самом деле, ему было очень жаль сестру. Оксана порывисто поднялась. Брови были гневно сдвинуты, глаза блеснули упрямым огоньком.
– Да что ты понимаешь? Острить вздумал! – её голос звенел.
– Я ещё не так сострю. Это ты вздумала острить, но, как-то неинтересно. Я бы сказал, скверно: Макса под пистолет и неприятности, маму в больницу. Хорошо, хоть отец ещё держится. Блажишь, сестричка!
– Да что ты понимаешь?! – повторила она. – Знал бы ты, как быть одному, тогда по-другому говорил бы!
– Одному? – теперь Олег сощурился. – Вот уж это я точно знаю. Это ты забыла, кто из нас один остался. Хочу тебе поведать, что не сильно приятное ощущение. А тебе дурь в башку лупит! Ты ещё не одна и одной не оставалась. И, даст Бог, пока есть Макс, не останешься. Разве что и дальше будешь себя так вести. Делай, что хочешь, у меня больше никогда никаких советов не спрашивай! И ещё, запомни, что сюда ты не вернешься! Я трупом лягу, этого не будет! А вообще, топала бы ты в свою комнату или ещё куда. Я устал и хочу спать.
– Олежка, извини, – Оксана смутилась, с лица исчез гнев. Перед ним стояла его маленькая сестренка.
– Оставь меня, я спать хочу! – повторил Олег. Иногда нужно было быть жестоким. – Я тебе всё сказал.
– Олежка…
– Оставь, Оксана! Я спать хочу! – он дернул за шнурок бра.
Оксана вышла из комнаты. Дверь она закрыла неплотно. Олегу было жаль её. Он прекрасно понимал, что сгоряча она могла наговорить чего угодно и, честно сказать, не сердился. Ему очень хотелось выйти за ней следом, обнять, прижать к себе и спрятать от всех бед на свете. Но что-то подсказывало ему, что именно этого сейчас нельзя делать, как бы не хотелось. Олег лежал и прислушивался к тишине дома. К себе в комнату Оксана не пошла. Она осталась в холле между комнатами. Олег слышал, как она тихонько плачет. По-видимому, Макс тоже не спал. Он вышел к ней через несколько минут.
– Оксаночка, не надо плакать, – тихо сказал Макс.
– Уйди, Максим, – сквозь слезы ответила Оксана.
– Никуда я не уйду. Я люблю тебя.
– Уходи. Я прошу тебя, уходи!
– Что, прямо сейчас? – его голос упал.
– Утром. Давай сделаем то, что собирались и всё…
– Действительно всё. Если ты так хочешь, пусть так и будет. Только я не стану ждать утра.
По звуку шагов Олег понял, что Максим пошел в комнату. Через несколько минут он вышел оттуда и сказал:
– Закрой, пожалуйста, за мной дверь.
– Ты куда? – Оксана всё ещё плакала.
– Ты же попросила уйти. Вот я и ухожу.
– Макс! – она разрыдалась.
Олег уже совсем готов был подняться и выйти, чтобы посмотреть, что происходит и как-то положить этому конец, но как раз в этот момент, через рыдания Оксана сказала:
– Не уходи… прости меня…
– Ну, что ты, малыш? Оксаночка, ну, успокойся…
– Мне холодно…
– Иди ко мне, маленькая моя…
Дверь их комнаты чуть слышно скрипнула. О чем они говорят, Олег не мог разобрать, даже голоса были слышны еле-еле. А потом… вот тут-то Олег и пожалел, что ещё не крепко спит или не глуховат. То, что он услышал, скорее даже не слышалось, а угадывалось. Эти звуки он никогда бы не забыл, никогда ни с чем не спутал бы и услышал бы, наверное, через бетонную стену. Не думал Олег, что спустя столько времени, его будет трясти от ревности, когда он их буду слышать. Олег встал, закурил, усевшись на свой любимый подоконник, и пытался себя уговорить, что не стоит поддаваться этим глупым припадкам, стоит порадоваться, что всё так хорошо закончилось, лучше бы лечь и попробовать уснуть, но ничего у него не получалось. Других всегда легче убедить, чем себя.
Олег ещё спал, когда утром к нему в комнату зашла Оксана. Он приоткрыл глаза, пытаясь сообразить, который час. Она подошла к нему, поцеловала в лоб и шепнула: «Спасибо, Олежка!», после чего упорхнула, как птичка.
Вечером Оксана и Макс смеялись и веселились, как будто ничего не случилось. После ужина Олег и Макс вышли покурить во двор. Олег спросил:
– Оксанка вера на меня не сильно жаловалась?
– Нет, – он улыбнулся. – Не могу я с ней так круто, как ты. Я ведь всё слышал.
– А я это впервые. Никогда раньше на неё голоса не повышал. Ты тоже учись, на всякий случай. Вдруг когда-нибудь пригодиться.
– Не пригодится. Такого больше не будет.
– Уверен? Оксанка – человечек непредсказуемый.
– Уверен. А за вчерашнее тебе спасибо.
