анализы уже наверное все пришли, а она не доверит себя никакому другому доктору. А папа ей поддакивал. Говоря о том, что этого его ребенка должен принять именно Игорь.
Жаль только, что никакого эффекта это не давало.
Воронин – один из лучших нейрохирургов, которого удалось вытащить Саше из Бостона, так же являлся приятелем Игоря и на данный момент был его лечащим врачом, говорил, что Игорь нас слышит. Я часто сидела и говорила, как сильно его люблю и о том, как представляю нашу дальнейшую жизнь. Сейчас я пришла к заключению, что очень сильно хочу, чтобы у нас был ребенок. Не только Данил, но и наш совместный малыш, который будет таким же умным и добрым как папа.
- Ник, на тебя жалуются, что ты ничего не ешь почти. Давай мы с тобой прогуляемся до кафетерия, а Саша побудет с Игорем.
Я глянула на Громова, будто ожидая его решения. Но тот лежал неподвижно, и только куча датчиков и приборов говорило о том, что он жив.
- Я присмотрю, и если что - тебя позовут, ты же знаешь.
Я кивнула и с неохотой поднялась, сильнее кутаясь в полы халата, отправилась за сестрой, всё время оглядываясь. Я ждала, что меня окликнут в любой момент, но для чего сама не знала - то ли оповестить о том, что Громов скончался, так и не придя в себя, то ли что он наконец-то пришел в сознание.
- Знаешь, на твоём фоне Громов выглядит здоровым и пышущим жизнью. Ника, да краше только в гроб кладут. Мало того, что белее своего халата, так ещё и стала худая как щепка. Ты ведь знаешь, Игорь не любит анарексичек, - сидя напротив меня в кафе клиники, сестра пыталась заставить меня съёсть хотя бы тарелку супа.
Я понимала, что она права. Но сейчас я была вся на нервах, и даже кусок в горло просунуть не могла. И я так устала бояться. Вся эта неделя была наполнена страхом, что больше не смогу заглянуть в глаза Игорю, что не смогу ощутить теплоты его объятий…
Слёзы вновь навернулись на глаза и чтобы их скрыть я молча схватила ложку и стала усердно ей работать, вливая в себя теплую жидкость даже не разбирая вкуса.
- Довольна? - отодвинула я опустевшую тарелку, чувствуя, как тепло разливается по желудку.
Действительно я слишком давно не ела нормальной пищи, да и пищи вообще. Воды в эти дни было более чем достаточно.
- Да, - улыбнулась Аня, – так на много лучше. Буду приходить каждый день и заставлять тебя есть. Когда Игорь придёт в себя, ты должна быть в самом лучшем виде пышущей здоровьем девушки, а не напоминать недобитое приведение.
- Привет дамы, - рядом со мной опустился разнос и на скамейку приземлился Макс.
Я ощутила себя виноватой, ведь совершенно про него забыла. Но по виду парня поняла, что он меня не винит ни капли.
- Вот решил отобедать в компании самых прекрасных женщин в этом здании. Вы позволите мне?
Я тут же осмотрела его с головы до ног - надетый на нём халат и то, как он морщился каждый раз, когда махровая ткань скользила по спине.
- Конечно, нет, Максим. Мы всегда рады твоему обществу. Как твоё самочувствие? Что говорят врачи о твоём здоровье?
Я поняла план Ани. Она делала все, чтобы отвлечь меня. И Масяню позвала, скорее всего, чтобы я выкинула хоть на время страх за жизнь Игоря. Вот только я ощутила себя ещё более виноватой, не только перед Максом, но и за то, что сижу тут вместо того, чтобы находится рядом с мужем.
- Пока ничего определенного. Вот разрешили покинуть реанимацию. Но мне это облегчения не принесло. По больнице в одних спортивных штанах не погуляешь. А кто-то ведь должен навещать Данила, пока Вероника Кирилловна и Игорь Николаевич не могут.
Я даже застонала от отчаяния. Я действительно совершенно забыла о Дане. Тут же поднялась с лавки, направляясь на выход.
- Ты куда? – удивилась моей реакции Аня.
- Пойду схожу к Дане.
- Я с тобой. Извини, - улыбнулась она Максу.
- Да ничего. Главная моя цель - это поесть нормальной пищи, а не то чем кормят в моей палате.
- У тебя диета, нельзя ничего…
- Я знаю, – улыбнулся грустной улыбкой Макс.
Я кивнула, понимая, что сейчас похожа на злобную курицу наседку, и дождавшись, когда сестра поравняется со мной, отправилась в детское отделение.
Даня полусидя лежал в своей огромной кровати. Он вроде как читал книгу, только периодически отрываясь и грустно смотря в окно. Бедный ребенок из-за тщательного наблюдения лишён своего любимого занятия – смотреть на звёзды.
- Привет завоевателям космоса, - улыбнулась я - на удивление для самой себя - радостно.
Почему-то здесь, рядом с Данилом, вся напряженность ушла и осталось понимание, что всё будет хорошо, несмотря ни на что.
- Привет, - улыбнулся мне с радостной искренностью мальчик. – Спасибо за подарки, я даже не думал, что вы знаете о моём дне рождения.
Я впала в короткий ступор, но вперёд вышла Аня, отвлекая мальчика от моего озадаченного вида, пока я соображала, что это сестра обо всём позаботилась.
- А мои подарки тебе понравились?
- Да, Ань, спасибо тебе большое, - удивил меня ещё больше Даня.
Сколько всего я упустила? Сестра общается с Данилом так, будто они старые приятели. Хотя эта неделя тянулась для меня как целая вечность, видимо оно и на самом деле было так. Послала сестре полный благодарности взгляд за то, что не бросили ребёнка в одиночестве.
- А что тебе подарила Аня? – придала я голосу любопытные нотки.
- Они с Сашей подарили мне телескоп. Когда я поправлюсь, то смогу смотреть на звёзды даже днём, представляешь?
- Представляю, - сказала я не своим голосом.
Ещё одним шоком было упоминание Александра Дамизова, не как учредителя самого респектабельного холдинга в мире, а как простого парня, который периодически навещает совершенно постороннего ребенка.
- Я так рад, что ты поправилась и теперь будешь приходить ко мне, - улыбнулся он во все свои двадцать зубов. И тут же улыбка померкла и он напряженно спросил, - ведь будешь, да?
- Конечно, буду, - я погладила отросшие волосы мальчика, которые уже закрывали немного лопоухие ушки.
- А Игорь? – как-то странно заглядывая мне в
