первый век на дворе и мы сможем приобрести электронные имплантаты.
О чём он говорит? Какие имплантаты? Для чего они мне?
Перед глазами стала фокусироваться картинка, приобретая определённую четкость. Вначале я смог рассмотреть белую больничную палату, а потом и самого Сашу, что сидел рядом, как всегда в идеальном классическом костюме. Хоть что-то всегда остаётся неизменным и хоть какая-то стабильность в этой жизни радует. Но его слова всё же напрягали, а немота в руках, напрягала ещё сильнее.
Он как-то грустно смотрел на меня, отчего непонимание происходящего и какой-то непонятный ужас подкрадывался всё сильнее. Вот только Саша поднялся и, попрощавшись, ушел, оставив меня с тысячей незаданных вопросов совершенно одного. Но как позже оказалось ненадолго.
- Доброе утро, Игорь Николаевич, готовы к завтраку? – рядом, на место Сани, присела Нина с тарелкой в руках.
Чувства голода, конечно же, не было, только дикая жажда, но рот, чтобы попросить хоть глоток воды вновь не открылся. А Нина тем времени протянула мне ложку с бульоном, я автоматически отмахнулся. Всё внутри меня замерло. Вместо рук у меня были обрубки, правая по локоть, левая чуть выше.
Я начал кричать от ужаса происходящего, но из наконец открывшегося рта не вырвалось не звука.
Резко подскакиваю и оглядываюсь по сторонам. Я один в своей гостиной. Вот только всё ещё кричу от ужаса и машу руками – целыми. Тут же заткнул рот и уселся на диван, зарываясь всё ещё трясущимися руками в отросшие волосы.
Жуткая жуть мне начала сниться последнее время. Но ещё раз на всякий случай осмотрел свои руки. Всё с ними было в порядке, ни царапины.
- Пиздец, - выругался я в тишину комнаты.
Поднялся и, зайдя в кухню, достал бутылку минеральной воды. Стал жадно пить. Ощущение жажды, так же как и во сне, никуда не делось. И сколько бы я не глотал живительную влагу, оно не проходило. Пытался понять, отчего у меня такое дикое обезвоживание, но в голову ничего не приходило. В памяти, словно черная дыра образовалось, ничего не мог вспомнить, кроме кошмара, что только что приснился.
Достал телефон и набрал номер Сани, надеясь.
- Дамизов, - прозвучал ответ. Как обычно собранным голосом.
- Даров, Сань. Ты не поверишь, но мне такая хрень приснилась да и состояние какое-то странное. Будто это всё нереально вокруг, - стал я жаловаться тому, кто может привести меня в чувства.
- Я был бы рад чтобы эта жизнь стала плодом твоей бальной фантазии. – Хмыкнул друг в ответ. – Жениться завтра на Вяземской очень не хочется. Но на вчерашнем мальчишнике ты перебрал знатно.
- Бро, - вскрикнул я, - ты о чём? Ты же на Порш женат?!
- Хмм… - раздалось в трубке. – А что ж ты не подкинул эту идею раньше? Всё же одна из сестрёнок Порш лучшая кандидатура, чем Диана. А Аня вообще кроткая молчаливая, бросающая на меня страстные взгляды – идеальная жена бы вышла. Отец был бы «за» обеими руками. Но залетела-то Вяземская.
- Так она ж, вроде бы, от телохранителя Ани залетела?
Я растрепал свободной рукой отросшие волосы, пытаясь понять, что вообще происходит. Какая Вяземская? Она ж мертва! Но и сказать об этом другу язык не поворачивался, раз он твёрдо уверен, что женится на ней завтра, значит, общался с ней сегодня. Тогда я уже понимаю, что ничего не понимаю…
- Сможешь это доказать? – серьёзность и требовательность Сани вновь способствовала опустошению в голове.
- Эээ, что доказать? – не понял я, теряя суть разговора.
- Что ребенок не мой?
- Да, - уверенно ответил я, уже не понимая о каком ребенке, идёт речь. – Без проблем.
В глазах начало темнеть и я направился в сторону зала, вновь усаживаясь на диван. Видимо, я действительно перепил на мальчишнике. Но что это за алкоголь, что отбивает память?
- … ты меня слышишь? – доносится мне из динамика смартфона.
- Я? да? – уже окончательно засыпая бормочу в трубку.
Проснулся я всё так же на своём диване в гостиной. Память тут же воскресила разговор с Саней, и понимание что я ему нужен, заставило расслабиться. Всё нормально, жизнь налаживается, и видимо, я уже сильно стар, что бы много пить. Нужно бы пройти полное обследование. Поднявшись, направился в душ. Мысли кружили калейдоскопом. Сегодня я помнил не только кошмар, что приснился мне недавно, но и другие. Даже хриплый смех вырвался от того, что моими женами могли быть Линн и Жанна. И вообще сразу двое. А что ж не трое? Тут с одной – то не знаешь что делать, а тут с двумя.
Кстати, а то, что я женат на Нике то же бред и сон? Нужно бы узнать, так как воспоминания касающиеся младшей Порш как-то более реальны. Не хотелось, бы допустить ошибки. И от чего-то мысль, что Вероника может быть моей женой - приятным теплом согревало из нутрии.
Нужно обязательно узнать. Спросить того же Саню. Хотя что он говорил? Женитьба на одной из сестрёнок Порш? Нет, такой расклад меня не устраивает, от чего-то хочется, что бы Ника была со мной. Жаль только что она как и сестра глаз не отводит от Дамизова.
Выйдя из под тёплых струй, под мозговую мыслительную деятельность, отправился на кухню, чтобы утолить ни как не проходящую жажду. И замер в дверях. Внутри что-то тревожно сжалось. Неужели мой кошмар продолжается.
Я смотрел на сидящую за кухонной стойкой женщину, и не мог понять, как она тут оказалась, а главное – откуда у неё ключи от моей квартиры.
- Доброе утро, Игорь, - во всей своей надменной красе, Линн поднялась с барного стула и направилась ко мне, – как спалось?
- Что ты тут делаешь? – произношу я сквозь зубы, сиплым голосом.
- Пришла помочь тебе, - грустно улыбается она.
- Спасибо, но я как-нибудь сам, без тебя справлюсь. Так что тебе пора к одному из своих мужей.
Линн остановилась буквально в двух шагах от меня и больше не сокращала расстояние. А я стоял и думал, какого чёрта я вообще стою и терплю её, вместо того, что бы выставить за дверь. Ведь именно так и нужно поступить, а я не предпринимаю ничего.
Ответ пришел сам собой. Я боюсь.
Чего боюсь сам не знаю, но от чего-то смотрю на американку, как на последний оплот цивилизации. Будто
