подбородок.) М-м-м!.. А вот об этом еще никто пока не знает…
(Приоткрывает дверцу шкафа и нажимает в нем какие-то кнопки. Скелет ворочает головой, двигает челюстями, сверкает глазами.) Это уже моя работа.
Н а т а ш а (весело). Ой!..
К о с т я. Это еще не все. Эта штука у нас и говорить будет. (Берет одну из пустых склянок и говорит в нее.) Ахтунг! Хенде хох! Цурюк!.. (Показывает еще какой-то прибор.) А это телебин. Нечто среднее между телескопом и биноклем. Мы с Сергеем в него за кораблями-спутниками наблюдали.
Н а т а ш а. И видели, да?
К о с т я. Гм… Я — нет. Честно говорю. А Сергей видел. В созвездии Водолея.
Л е о н и д. Сам он Водолей, твой Сергей.
К о с т я. Почему?
Л е о н и д. Потому что заливает. И насчет кораблей-спутников, и мухи цеце, и всего остального.
К о с т я (машет на Леонида рукой и снова обращается к Наташе). А в этой вот коробке у него до вчерашнего дня лягушка-квакушка жила.
Н а т а ш а. Настоящая? И квакала?! Я так любила дома слушать, как они квакают по вечерам на речке.
К о с т я. А чего ей было квакать? Жила не тужила, на всем готовом. Серега ее особым составом питал. Чтобы распитать до размеров кошки или собаки.
Н а т а ш а. Что-о?.. И распитал?!
К о с т я. Не успел. Антонина Петровна, комендантша наша, за окно ее выбросила. Серьезная женщина, из бывших военных. И порядок держит военный. Ну ничего, Серега еще что-нибудь притащит. Между прочим, это Леонид комендантше про лягушку накапал. Как, по-вашему, стоит проучить ябеду за это?
Л е о н и д (поправляет на себе галстук).
Чертовски трудно не влюбляться,
Когда тебе всего лишь двадцать.
И как мираж, как наважденье,
Кругом девчата — загляденье!
К о с т я (снова подходит к нему). Сними галстук и не смей… Или я тоже что-нибудь сделаю!..
Л е о н и д (захлопывает учебник, встает). Наташа! Знаете ли вы о том, что существует роза под романтическим названием «Глория Дей»?
Н а т а ш а. Н-нет…
Л е о н и д. Очаровательный цветок! Вы почему-то напомнили мне его.
К о с т я (решительно). Так!.. А ты знаешь, что наш Серега портрет один от нас с тобой где-то здесь прячет?
Л е о н и д. Портрет? Какой? Да кто ему, рыжему, даст?!
К о с т я. Положим, Серега не рыжий, а резкий блондин. А кто ему даст?.. Могу сказать. Только держись за стол, а то упадешь. Небезызвестная тебе студентка нашего института Лариса Зеленина!
Л е о н и д (обескураженно). Что-о?! Да ведь я… мы с Ларисой… Ты просто врешь, Константин!
К о с т я (глубоко оскорблен). Ну знаешь!.. Я никогда просто не вру. Может, это мое единственное достоинство. Я могу шутить, разыгрывать, но просто врать… (Тащит из-под койки Сергея чемодан.)
Н а т а ш а. Костя! Не надо…
К о с т я. Нет, я это докажу. (Открывает чемодан.) Вот!.. (Достает какую-то фотографию.) Она?
Л е о н и д (растерянно). Она… Лариса… в «Бесприданнице».
К о с т я (не без ехидства). Сними галстук — он тебе давит.
Л е о н и д. Стойте! Но это же тот самый портрет с фотоафиши во Дворце культуры. Он его явно вырезал бритвой! Вырезал и стащил…
К о с т я. Ну почему стащил? Взял на память.
Л е о н и д (срывает с себя галстук). А ну, что там у него еще?!
К о с т я. Заодно уж посмотрим… Пачка писем от Масамбы, негра из Африки… О! Кажется, что-то вроде дневника… (Раскрывает общую тетрадь в клеенчатом переплете.)
Н а т а ш а. А вот это уже совсем нечестно — без разрешения чужие дневники читать.
Л е о н и д. А без разрешения чужие фотографии бритвой вырезать — честно?!
К о с т я (читает из тетради). «Если хочешь быть счастливым, — будь им!..» Гм… А что? Правильно! Будь — и все!.. «Музыкальный термин «пиано» означает тихо, «форте» — громко, а «кода» в буквальном смысле слова хвост, то есть конец произведения». Гм… Тоже надо знать. «Аберрация, эгоцентризм, вендетта…»
Н а т а ш а. Что?
К о с т я. Вендетта! Кровная месть на острове Корсика!.. Не побоимся и пойдем дальше… (Продолжает читать.) «Вчера наконец-то добыл в анатомичке двенадцатое ложное ребро и четвертый поясничный позвонок. Отполировал и поставил на место. Теперь мой Костик в полном комплекте: не считая зубов, двести двадцать три косточки!» (Потрясен.) Что-о?! Собака неверная! А мне сказал, что из дерева и папье-маше! И я с этим Костиком, как с тезкой, здоровался за руку, обнимался и целовался на радостях, когда сдавал зачеты! Тьфу! Бр-р-р! Тьфу! (Бросает тетрадь на стол.)
Н а т а ш а. Ой, кажется, стихи! Ну конечно! Я ведь стихи на три метра под землей вижу… (Берет тетрадь, читает.) «После спектакля «Бесприданница».
Чудесные несут букеты расцветок небывалых!
А я принес лишь ветку эту — гроздь рябины алой.
Но ты пойми и не взыщи, возьми мою рябину.
Склонись и рядом поищи: я с нею… сердце кинул!
Л е о н и д. Нахал!
Н а т а ш а (со вздохом). Хорошие стихи…
К о с т я. Двенадцатое ложное и четвертый поясничный! Бр-р-р!..
Л е о н и д. Рыжий, а туда же!.. Есть предложение разыграть, проучить…
К о с т я. Кого? Сергея? Как?
Л е о н и д. Написать письмо. Якобы от Ларисы. Вызвать на свидание.
К о с т я. Тоже мне розыгрыш! Нет, я бы ему, собаке неверной, не такую эту самую… вендетту устроил!
Л е о н и д. А ты представь. Я звоню Ларисе и уславливаюсь с нею встретиться в семь часов вечера. А сам запаздываю на полчаса. Лариса злится, рвет и мечет. И в этот момент к ней привязывается наш рыжий. «Вы мне писали, не отпирайтесь!..» Лариса взрывается, выдает ему что положено, а может быть, даже зовет милиционера. И тут появляемся мы!..
К о с т я (представляет себе эту сцену и начинает хохотать). А что?.. Здорово может получиться!
Л е о н и д. Звоню Ларисе… (Уходит.)
Н а т а ш а (читает из тетради). «Что в человеке самое прекрасное? Че-ло-веч-ность!..» (Взволнованно.) Послушайте, Костя, а ведь ваш Сергей…
К о с т я (продолжает хохотать). Ей-богу, здорово!
Н а т а ш а. Он же хороший. Не то, что этот… Леонид.
К о с т я. Что? Сравнили! Леонид живой, веселый парень. Как видите, мастер на всякие штуки…
Н а т а ш а. В том числе и на подлость по отношению к товарищу.
К о с т я. Какую подлость?
Н а т а ш а. Сами говорите: донес комендантше про лягушку. А теперь предлагает подлог.
К о с т я. Какой подлог? Да ну!.. (Снова хохочет.)
Л е о н и д (возвращается). Готово! Условились… Сегодня же, в семь вечера, у памятника Пушкину.
К о с т я. Порядок!
Н а т а ш а (вдруг горячо). Костя, не смейте! Не смейте разыгрывать Сергея, так разыгрывать!
Л е о н и д (показывает на скелет). А Сергей Костю смеет?!
Н а т а ш а. Если вы это сделаете, я… мы больше не будем знакомы с вами.
К о с т я (удивленно). Наташа! В чем дело?.. Ведь вы его не знаете, не видели даже…
Н а т а ш а. Знаю! Вижу!
Но ты пойми и не взыщи, возьми мою рябину.
Склонись и рядом поищи: я с нею… сердце кинул!
До свиданья. Не провожайте меня, пожалуйста. И не приходите ко мне до тех пор, пока не
