это он?.. Зачем?.. И куда опять сам?!
Л е о н и д. Судя по всему, сейчас вернется. Кончай с письмом.
К о с т я. Уже готово. «К сему — Лариса»!
Л е о н и д. А обратно в чемодан ты ему все положил? И фотографию, и дневник, и каракули этого самого… Масамбы?
К о с т я. Да.
Л е о н и д. Запечатывай письмо в конверт и ставь штемпель.
К о с т я. Какой штемпель?
Л е о н и д. Эх ты, недоросль! Смотри и учись… Берется обыкновенный медный пятак, смачивается чернилами из авторучки, прикладывается к конверту и слегка поворачивается, чтобы получился сдвинутый, неразборчивый оттиск. Вот и все!
К о с т я. Здорово!..
Л е о н и д. На, клади ему на койку. И садись за книгу…
Костя кладет письмо на койку Сергея и вместе с Леонидом садится к столу. Оба делают вид, будто занимаются, читают вслух каждый свое. Снова вбегает С е р г е й.
С е р г е й (бросается к окну, быстро тянет за веревку. Извлекает из-за окна саквояж и достает из него сломанный утюг). А-а, будь ты трижды!.. (С грохотом бросает утюг на пол.)
К о с т я (вздрагивает). Да что такое, Серега?!
С е р г е й. Ничего… (Очень расстроенный, идет к своей койке, ложится, закладывает руки за голову.)
Л е о н и д (встает из-за стола, поднимает утюг). Утюг, что ли? Ну да. Ручку только приделать — и утюг.
К о с т я (тоже встает). Ручка за мной. Считай, что приделана.
Л е о н и д. Похоже, наш товарищ Строев взялся за ум и начал таскать в дом полезные вещи.
К о с т я. В следующий раз, Серега, давай тащи стиральную машину!
Л е о н и д. Но почему с помощью веревки и через окно? А-а, понятно: комендантша!..
К о с т я. Что — комендантша? Ты думаешь, Серега что-то притащил, оставил внизу, прибежал сюда за веревкой, а она в это время…
Л е о н и д. Ну да!
К о с т я (представляет себе, что произошло, хохочет). Здо́рово! Молодец! Ловко проделала!..
Л е о н и д (нарочито резко обрывает его). Что за смех? Товарищ переживает, мучается, а тебе смешно?
К о с т я (даже поперхнулся). Что?.. А-а… Да, конечно. Больше не буду.
Л е о н и д. Сергей, слышишь? Мы больше не будем.
С е р г е й. Слышу. Отстаньте… (Укладывается на койке лицом вниз.)
Л е о н и д (после паузы, смотрит на часы). Однако уже около шести!
К о с т я (тихо). Сказать ему про письмо, да?
Л е о н и д (так же). Только по моему сигналу, после соответствующей лирической обработки… (Подходит к окну.) Опять в доме, что напротив, в стеклах закат отражается. Смотри, Костя… (Жестами и мимикой приглашает его принять участие в игре.)
К о с т я. Что? Закат? А-а, да-да!..
Л е о н и д. Еще один день кончается. Скоро темнеть начнет…
К о с т я. Скоро… А что ты этим хочешь сказать?
Л е о н и д (с досадой на неловкого партнера). Ничего! Констатирую факт! (Берет гитару.)
Шелестом листвы полны бульвары,
Вспыхнули вечерние огни.
Всюду по бульварам бродят пары,
Только я по-прежнему один.
Ты меня совсем, совсем не знаешь,
Я тебе совсем, совсем чужой.
Ты проходишь и не замечаешь,
А ведь я живу, дышу тобой!
За один лишь взгляд твой чистый, ясный
Жизни всей мне было бы не жаль.
Нет тебя на всей земле прекрасней,
Радость ты моя, моя печаль!
Всюду по бульварам бродят пары,
Вяжут кружева из нежных слов.
Только у одной моей гитары
Не выходит песня про любовь…
(Подмигивает Косте.)
К о с т я. Ага!.. Серега, а тебе письмо.
С е р г е й. Мне? Где? Какое?
К о с т я. Под тобой, на койке. От матери, наверное.
С е р г е й (садится на койке, берет письмо, распечатывает, читает). Что-о?.. Не может быть! (Продолжает читать.) Нет, нет!.. (Рассматривает конверт, перечитывает письмо.) Не может быть!.. (Очень взволнованный, встает, делает несколько шагов в одну сторону, в другую, подходит к шкафу, смотрит на себя в зеркало, пытается пригладить торчащий на макушке вихор.) Не может быть!.. Однако… (Смотрит на часы.) Костик, сколько на твоих?
К о с т я. Ты у меня или… (Показывает на скелет.) Или у этого… полированного?!
Л е о н и д (предупреждающе). Константин!..
К о с т я. Восемнадцать ноль-ноль. От матери, из деревни, письмо получил?
С е р г е й. Да… То есть нет.
К о с т я. Да или нет? Разница все-таки!
Л е о н и д. Что ты пристал к человеку? Это его личное дело.
С е р г е й. Нет, я скажу. Я должен сказать, да, должен…
Л е о н и д. Извини, Сергей, но… (Показывает ему учебник.) «Технология строительного производства»!
С е р г е й. Нет, слушай. Именно ты… Мы с тобой никогда не были особенно близки или дружны. Но так случилось, что мы живем вместе, в одной комнате. И я считаю своим долгом предупредить тебя, сказать тебе честно и прямо: это письмо… от Ларисы Зелениной.
Л е о н и д (с притворным удивлением). Что?.. От Ларисы?.. По какому поводу?
С е р г е й. Она пишет… В общем, предлагает встретиться.
Л е о н и д. Что-о?.. Это… это невозможно!
С е р г е й. Вот письмо.
Л е о н и д. Покажи! Я не поверю, пока не увижу собственными глазами. Мало ли что может быть — ошибка, недоразумение, чья-либо шутка, наконец!
К о с т я. В самом деле, Серега… Может, это просто розыгрыш! Кто-нибудь взял да и накатал от ее имени.
С е р г е й. От ее имени?.. (После некоторого колебания отдает письмо Леониду.) На, смотри.
Л е о н и д (будто бы волнуясь и переживая). Она, Лариса, ее рука. Уж я-то знаю!.. (Возвращает письмо Сергею.) Но что же это? Что это значит? А как же я?!
К о с т я. Да, Леня. Выходит, тебе отставка. Скандал, драма!
С е р г е й. Ни скандала, ни драмы. Ты не обижайся, Леонид, но… По-моему, Лариса не могла долго заблуждаться на твой счет. В наше время, когда…
К о с т я. Стой, Серега! Сейчас ты нам целую лекцию…
С е р г е й. Да!.. В наше время, Леонид, нельзя жить так, как ты, по намеченной тобой программе: диплом — Москва — любое министерство, лишь бы хорошо платили…
Л е о н и д (забывая о роли, какую играет перед Сергеем). Далась тебе моя программа! А что вместо нее предложишь той же Ларисе ты, карась-идеалист? Бескорыстную борьбу с чужеземной мухой цеце и отечественными домашними насекомыми?!
К о с т я (в свою очередь предупреждающе). Леонид!..
С е р г е й (убежденно). Я уже говорил вам. Вы смеялись. Черт с вами, смейтесь, но я скажу еще раз. В наше время никто не имеет права стоять в стороне. И вот я, студент-медик, читаю лекции, учу московских дворников и домохозяек, как выражается Костя, «бить мух и тараканов». На первый взгляд, это может показаться мелким и даже смешным, но…
Л е о н и д (с издевкой). «Я ассенизатор и водовоз, революцией мобилизованный и призванный!..»
С е р г е й. Да! А если мне еще удастся найти средство и метод уничтожения мухи цеце, то целый континент… целый континент!..
Л е о н и д (играет прежнюю роль). Ах, оставь ты свои ханжеские проповеди и поучения! Раньше я их просто не терпел, а теперь… ненавижу! Ты отнял у меня все! Все отнял!
К о с т я. Серега, прекрати! Леня,
