– Вот, а я узнал, что деньги и власть – это великая сила. И если хорошенько подумать, то на ту рыженькую, что ты увел у меня из-под носа, мне плевать. Она потом сама приползла ко мне на коленях. Но того унижения, что ты заставил меня пережить, я тебе не прощу. Итак… – Лысый вытащил из-за пазухи тяжелый револьвер, демонстративно крутанул барабан. – В соседней с нами стране есть интересный обычай. Называется «русская рулетка». Вот сегодня я сыграю в эту игру с тобой. Я сделаю ровно три выстрела. Красивое число. В конце концов, ты же заставил меня пережить тройное унижение. Первый раз я выстрелю в ногу. Затем в руку. Затем в голову. Если тебе не повезет первые два раза, то это будет даже не страшно. А вот на третий раз… я буду очень надеяться, что тебе не повезет.
Фил вздохнул.
«Нет, кто же знал, что эта скотина окажется таким злопамятным! Если он выстрелит и ранит меня, то мне придется защищаться. А это значит, нужно будет превращаться. Если превратиться, то нельзя будет никого оставить в живых, чтобы не нарушить Маскарад».
– Вот нечисть! – невольно вырвалось у полудемона. – Как же вы сегодня не вовремя!
Рука Борова дрогнула. Тихо щелкнул взведенный курок.
– Как я тебя ненавижу, щеголь. Заявился на мою территорию как вор. Собирался как вор ускользнуть. Не получится. Надеюсь, тебе не повезет все три раза!
Щелчок курка… и осечка.
В глазах лысого застыл ледяной холод. Фил вздохнул еще тяжелее. Кажется, он попал. В барабане, судя по всему, было шесть патронов, и случайная осечка Борову не понравилась.
Шум мотора машины и дикий визг тормозных колодок не понравились байкерам больше, чем Филу. Темно-зеленая «десятка» вошла в резкий вираж, боком протаранила два мотоцикла, отшвыривая их со своей дороги, и остановилась перед Филом.
Распахнулась дверца, полудемона затащили в салон. Опять завизжали шины… и машина сорвалась с места.
На то, чтобы понять, что добыча уходит, у Борова и его банды ушла ровно одна минута. Не своим голосом бандит взревел:
– За ними! Убить! Уничтожить!
Заревели мощные моторы байков, и кодла сорвалась с места за темно-зеленой молнией.
Переключив передачу, Ира одной рукой крутила руль, второй потянула Фила за ухо.
– Ты понимаешь, что ты мог погибнуть? Ты понимаешь, что, если бы я не приехала вовремя, этот придурок начал бы стрелять!
– Он сейчас все равно будет стрелять, – отозвался полудемон, осторожно отгибая пальчики подруги и целуя ладонь. – Но все равно ты очень вовремя.
– Еще бы! – коварно отозвалась девушка. – Скажи спасибо, что я узнала о твоих проблемах немного раньше, чем Тай или Аршель.
Фил побледнел. Нотации от брата или нотации от взбешенного начальника? Не хотелось ни того ни другого.
– Как ты меня нашла?
– Я как-никак лучший вольный водитель, – фыркнула Ира, выкручивая руль и ныряя в темный узкий проулок.
Улюлюкая, байкеры свернули вслед за ней.
– А теперь, если можешь, немного помолчи и подумай, что мы будем говорить Таю и Данаю, когда вернемся.
– Говорить? Ничего не будем!
– Мне, может, и не придется ничего говорить, – вздохнула Ира, – но ты… Ты на себя в зеркало смотрел?
– Нет… кажется.
– Ничего. – На губах девушки заиграла мягкая, нежная улыбка. – Еще посмотришь, и могу пообещать: то, что ты там увидишь, тебе однозначно не понравится.
– Ира!
– Что?
– Язва.
– Знаю.
Хмыкнув, девушка замолчала и сосредоточилась на дороге. Все ее немалые силы уходили на то, чтобы найти самый короткий путь в незнакомом слое. А главное, найти место, где можно убраться из этого слоя так, чтобы не затянуть за собой байкеров.
Попетляв по узким улицам, девушка вынырнула в богатый район, снеся шлагбаум.
Бросив взгляд в зеркало заднего вида, Ира вздохнула. Байкеры продолжали преследовать ее машину, но помимо них к догонялкам присоединились местные стражи порядка.
Шикарные скоростные трассы мелькали сбоку, обещая высокие скорости, но Ире они не подходили.
Старый мост с обвалившимся центральным пролетом показался ей манной небесной! Наградой за ее примерное поведение в течение последних полутора часов. Обрадованно улыбнувшись, Ира свернула на старую разбитую трассу. Знак «въезд запрещен» девушка сбила. Ей он не показался достойным внимания.
Фил, все это время смотревший на погоню, повернулся и замер.
– Ира, – тихо сказал он.
– Что? – поинтересовалась девушка, пристегиваясь.
– Мы вообще-то не перепрыгнем.
– Мы? Что ты! Они – нет. Мы – да.
– ИРА!
– Не кричи, – фыркнула она. – Этому фокусу меня недавно Аршель научил. Знать бы еще, чего он так со мной возится весь этот год. В конце концов, это Данай ему племянник. А я так, сбоку припека.
– Ир, не отвлекайся, пожалуйста! – взмолился Фил, созерцая огромный пролом и далекий противоположный край моста. – Я хочу вернуться домой! Желательно живым и целым!
– Живым, пожалуйста. На целого ты уже не тянешь.
Темно-зеленое такси завизжало покрышками. Истерически мигнули фары… набрав скорость, машина полетела над пропастью.
Для преследователей все выглядело просто невероятно красиво. Машина сорвалась с края, словно стрела, спущенная с тетивы, прозвенела в воздухе и опустилась на другом конце моста.
О том, что за одно короткое мгновение Ира сменила три разных перекрестка, они, естественно, знать не могли…
В начале прыжка полудемон зажмурился.
Он даже не сразу понял, что читает латинскую молитву, когда под колесами машины опять появилась земля.
Покрышки опять возмущенно завизжали. И Ира ласково погладила руль:
– Все-все, извини. Больше так не буду. Приземление прошло успешно. А теперь прямо, налево, через гаражи и проем слоя, к себе домой.
Фил вздохнул и открыл глаза.
– Напомни мне, чтобы я выучил пару-тройку новых молитв, – попросил он, когда молчание стало нестерпимым.
Ира весело ему подмигнула:
– Могу научить хоть сейчас.
Провал моста остался позади. Банда лысого столкнулась с полицией, а девушка, весело насвистывая какой-то популярный привязчивый мотивчик, двинулась домой.
Тихо шуршали колеса. За окнами менялись декорации… из одного слоя в другой. Менялись дома, краски, машины, погода… Все убаюкивало, словно хорошая колыбельная. Машина шла на хорошей скорости, не трясло, не качало. И замотавшийся Фил уснул, так и не придумав, что сказать брату…
К счастью, придумывать ничего не пришлось. Когда Фил и Ира вернулись домой, там было пусто.
