В комнату вошел «техник» с небольшим чемоданчиком.
– А, вот для чего отпечатки Яреса… – понимающе улыбнулся Гарик, наблюдая, как «пальчики» мертвого начальника службы безопасности расселяют по комнате, поверх всех других следов.
– Да. Коли не поверят в самоубийство – пусть объявляют нашего друга в розыск. Разве кто-то против?
Они подождали, пока специалисты закончат «приборку территории», и тихо покинули квартиру Колотилова через черный ход.
– Знаешь, а ведь кое в чем он был прав, – задумчиво сказал Шигин, поворачивая ключ зажигания. – Колотилов ведь не дурак… Понимал: игра очень крупная, даже для него, хотя он к власти ближе, чем мы. Но он все посчитал, оценил, что сам не справится. А мы? Его замочили, концы в воду. А теперь…
– Хочешь выйти на контакт с его партнером? – понял Мещеряков.
Шигин вырулил на проспект, глянул в зеркальце заднего обзора, задумчиво покусал нижнюю губу.
– Самим катализатор не продать, – признал он, – если, конечно, хотим получить за него приличные деньги. Очень приличные. И вообще, бог велел делиться. Думаю, завтра необходимо выйти на контакт с людьми, на которых готовился работать Колотилов. Очень крупная игра, нужен сильный деловой партнер.
– Много ты хочешь, Майкл, с одной ставки, – вздохнул Гарик. – Рискованно это.
– Рискованно, – улыбнулся Шигин. – Зато драйв какой!
– Ладно, – махнул рукой Мещеряков и зевнул. – Глянь на часы! Три восемнадцать. Надо разбежаться, поспать, что ли. Утро вечера мудренее, покемарим чуток, а там определимся – самим играть или поделиться с кем-то.
– Да, поспать не мешает, – согласился Майкл. – А то заработались мы с тобой.
– Все шутишь… – проворчал Гарик. – Смешно… Играем на собственные жизни, между прочим. Только не говори «зато драйв какой». Сам знаю, какой драйв!
– Да ладно! – беспечно махнул рукой Шигин, – пока все идет по плану. Турист под присмотром: ребята на боевом взводе, Мила там. Да и сам он – по отзывам наблюдателей – бежать не хочет, верит нам. Так что все правильно сделали. «Хвосты» мы обрезали. Вербинский, Ярес и Колотилов – уже не конкуренты. А те, с кем депутат выходил на контакт, – пока не при делах. Найдут труп нашего «дорогого друга» – вот и пусть гадают, кто его отправил к праотцам. В общем, Гарик, пока все чисто, так что разъезжаемся по хатам. Отдохнем, а там подумаем, как играть дальше…
Когда Сергей проснулся, Милы рядом не было. Он прислушался. Ни с кухни, ни из ванной комнаты не доносилось никаких звуков.
– Мила! – на всякий случай позвал он, уже понимая, что ее нет.
Настроение вмиг изменилось. Не потому, что девчонка вытеснила из сердца Алену. Нет. Черноволосая русалка вошла в его жизнь непонятной загадкой. Тайной, к которой не успел привыкнуть, но хотел узнать получше. Не вытеснила из сердца Алену, просто заполнила пустоту – отогнала прочь гнетущее ощущение полного одиночества.
Сергей поднялся с постели, натянул брюки, надел рубашку. Записка лежала на столике, возле окна.
«Есть срочные дела. Вернусь позже. Завтрак на кухне. Целую».
Подписи не было, но Сергей, не знавший почерка Милы, понял: весточку могла оставить только она. Сумасшедшая девчонка. Ночью не спала, с утра вскочила, приготовила ему поесть и унеслась куда-то…
Интересно, что за срочные дела нашлись у Милы? Накануне об этом не было ни слова… Неужели поехала к Майклу на доклад?
Сергей горько усмехнулся.
Вполне возможно, что и так – поехала к боссу. Чего удивляться? Не стоит тешить себя иллюзиями, он по-прежнему одинок.
Сергей вышел в гостиную. Сумка с вещами Милы стояла возле шкафа, длинное черное платье и пушистый бежевый свитер лежали на стуле. Видимо, девушка с утра, потихоньку собираясь, что-то искала. Но, раз оставила шмотки, – значит, и в самом деле вернется.
От этой мысли стало чуть легче. Поздняков быстро умылся и пошел на кухню, приготовить себе кофе. Только там вспомнил: в записке говорилось про завтрак. Тарелка с кашей стояла на столе, замотанная в полотенце – девушка побеспокоилась, чтоб еда осталась теплой. Заботливая… Сергей грустно улыбнулся. Откуда Мила узнала, что по утрам он привык есть овсяную кашу? Неужели службы Шигина изучили личную жизнь Позднякова до таких мелочей? Бред… Кто он для Майкла? Сейф, в который упакованы толстые пачки денег…
После завтрака Сергей долго стоял у окна, глядя на лес, на облака и удивляясь переменам в себе. Раньше он не любил тратить время на пустое созерцание. На это не было ни минуты! Впрочем, даже если она появлялась, Поздняков долго не выдерживал без дела.
Раньше ему было скучно стоять и наблюдать, как по небу плывут облака. Размышлять о том, что совсем недавно они находились в Европе, над Чехией или Германией. А может, если пришли с другой стороны, – над Уралом или Владивостоком. Интересно, облака пролетают над Россией быстрее, чем самолет? Сколько им нужно времени, чтоб одолеть путь от восточной окраины до западной?
Сергей потряс головой, помассировал пальцами глаза, пытаясь стряхнуть наваждение. За последние дни он изменился – это факт. Будто вместе с кровью Владлена Завацкого получил не только катализатор. Кусочек чужой души проник внутрь и, подобно молекулам эликсира Вербинского, начал размножаться, изменяя эго Позднякова. Никогда ранее он не был ни сентиментальным, ни склонным к отвлеченным размышлениям. Возможно ли, что вместе с кровью донора реципиент принимает толику чужой души? Задумывался ли Вербинский об этом?
Задать вопрос было некому. Из разлапистых елей, качавшихся за окном, выходили плохие собеседники.
Сергей лег на диван в гостиной, лениво щелкая пультом телевизора. Он не посмотрел ни одной программы от начала до конца, скорее – все «оптом» и ничего конкретно. В итоге получилась страшная мешанина из улыбок, слез, карикатурных страстей и стрельбы из разнообразных видов автоматического оружия.
Устав от бессмысленных картинок, Сергей закрыл глаза, но тут же вздрогнул – дверь с треском распахнулась и на пороге появилась Мила. Это было не просто неожиданно, это оказалось шоком.
Она ворвалась в «номер» совсем другой, не такой, как накануне. Нет, все теми же – огромными и наивными – остались глаза. Черные волосы были собраны в длинный хвост, а вместо открытой рубашки и юбки – на девчонке были надеты облегающие джинсы и плотная темная футболка. Но не это поразило Сергея.
В правой руке у Милы был пистолет. «Стечкин» с привернутым глушителем. В первый миг Позднякову померещилось, что над стволом поднимается дымок. А может, не померещилось?! Он вскочил с дивана и замер, оторопело глядя на девушку. Мила стояла напротив, в нескольких шагах, сжимая «стечкина» – оружие профессионального киллера. Мощную машину, с которой не поспоришь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
