В помещении никого не было. Тип, которого он жаждал растоптать, испарился вместе с бумагами. В голове осталась только его фраза: «Обсуди-ка хорошенько с женой будущее». Стиснув зубы, Юя выскочил из комнаты и бросился домой.
На въезде в гараж стояла незнакомая машина. Юя припарковался за ней, вышел, напрямую через газон направился к крыльцу и остановился. Дверь распахнулась прежде, чем он протянул к ней руку.
Перед ним стояла женщина, которую он и не помышлял увидеть. Волосы небрежно перехвачены сзади, темные очки, ярко-оранжевый свитер и джинсы.
— С возвращением! Мы уж поджидаем, — вот-вот приедет.
— Но... почему?.. Миса?!
— Гадкая девчонка! — из-за ее спины выглянула физиономия Тосикагэ. — Давай, заходи, несчастный мой приятель Канта!
— Хозяин! Вас отправляют в зону D?
Это уже Мива.
— С чего ты взяла?
— Это я отцу сказала, — вмешалась Миса. — Пока Юю в зону D не отправят, в санаторий не вернусь.
Хотя, по правде говоря, мне и возвращаться-то не хочется.
— Прекрати с ним фамильярничать!
— Хорошо, буду почтительна.
— Да кончай ты!
На глазах у обеих женщин Юя устроился на софе. Рэйко не было. Он вспомнил, что в послеобеденное время она обычно готовится к концерту.
— Итак, значит, в зону В? — Тосикагэ уселся к пианино. — Чтоб тебя в зону D отправить, надо официально заявить о криминале, а шефу это невыгодно. Так что? В зону В или вместе с нами?
Внезапно, к изумлению, Юи из-под стола появился серебристо-голубоватый шар.
— Это чей? — он пощупал свой живот. — Чей желудок?
— Мой.
— Мива?
Светящийся шар приблизился к пианино, словно поняв подзывающий жест Тосикагэ, и спрятался у него в животе.
— Похоже, ему нравится соната для фортепьяно!
— Позавчера Якэмунэ сам пришел в санаторий навестить меня.
— Мы-то его искали-искали, да так и не нашли, — слушая музыку, рассказывала Мива, — а он, оказывается, решил забрать из санатория госпожу Мису.
— Я оказалась призовой лошадкой!
— Эх, ну до чего мне теперь здорово! — воскликнул Тосикагэ. — А все потому, что ко мне пришел желудок и напоил меня шерри!
Он доиграл мелодию. Шар тут же появился снова и щенком пристроился у его ног. Юя привстал.
— Нужно, чтобы Рэйко...
— Подожди, — остановил его Тосикагэ. — Как раз перед самым твоим сообщением был звонок из Аркадия-Холла. Торопиться уже незачем. У нее в санатории сейчас дневной сон.
Мгновенно лишившись сил, Юя рухнул на софу.
— Так значит... За что же?! Это все вы, вы виноваты!..
— Если рассуждать, так виноват 5U. Сознания у него нет. А вот воля есть. И самое трудное — вырваться из-под власти этой воли. Законы, нормы поведения, политическая пропаганда — все это ее проявления. У них даже нет физической субстанции, как у 5U. Они существуют в виде письменности, электроволн, абстракций... Вот такая воля и правит человеческим сознанием, заставляет человека считать, что она-то и есть его собственная, его воля.
— Я готов слушать твои дерьмовые разглагольствования сколько угодно, если мне скажут, что у Рэйко не сбежал желудок, что это ложь.
— Ты никогда не слышал такую историю? Давным-давно один крестьянин внезапно умер прямо за работой. Вскрытие показало, что у него отсутствует мозг. Ученые сломали себе головы — как же он жил-то без мозгов? А ведь ничего странного, если рассуждать следующим образом. Жить без мозга он и вправду не мог, он именно потому и умер, что его утратил. Возможно, кто-то похитил его, не нанеся никаких внешних повреждений...
— ...Или мозг убежал сам.
— Ну да. Но в то время ученые о таком и помыслить не могли. Желудки тогда не сбегали, так что сделать такое открытие им было не под силу. Они свято верили, что человеческое тело принадлежит человеку. Так же, как и сейчас. Люди считают свой желудок частью себя. В этом трагедия. Потому что утратить часть себя — это несчастье. Однако нет ничего иррационального в том, чтобы изначально считать желудок отдельным, не зависимым от человека биологическим существом. К счастью, те, кто это понял, могут без всяких препятствий убраться отсюда. Для желающих уйти пропускные ворота распахнуты настежь.
— Таких, наверное, очень немного. Быть высланным в презренную зону D — это же большое несчастье.
— Ну тогда я не настаиваю. — Тосикагэ закрыл крышку пианино, взял Миву за руки и поднял. — Знаешь, Юя, хорошо бы нам все-таки там встретиться.
— Хозяин!..
— Ты просто очаровательна! Прощайте. Хотел бы преподнести вам букет, но моя карточка здесь уже недействительна.
— Счастливо!
Юя кивнул. Пара ушла, держась за руки. Голубовато-серебристый шар проник сквозь стену и последовал за ними.
В коридорах санатория царила темнота. В комнату, где были опущены жалюзи, тоже не проникал яркий солнечный свет, создающий атмосферу здоровья. Рэйко лежала в этой мрачной полутьме с капельницей на левой руке.
Юя подошел ближе. Она не спала. В черных зрачках Юя увидел свое отражение.
Юя рассказал о случившемся. Рэйко выслушала его молча, уставившись в потолок.
— ...Значит, жить мы с тобой можем только в зоне D.
— Но у тебя-то желудок есть.
— Я не хочу тебя терять. — Юя коснулся ее волос, погладил. — Ты же не больна, поднимайся, мы уедем вместе.
— Не дотрагивайся до меня.
— Ты будешь жить здесь?
— Я человек-А!
— У тебя ослабеют ноги, и ты скоро не сможешь ходить. И все равно?..
— Не заблуждайся на мой счет. Я не человек-В. Ты можешь уйти, ты по своей сути человек-В и был им всегда.
— Рэйко!
— Уходи, уходи! Или верни мой желудок!
Юя попытался обнять ее, но встретил такой отпор, что отступился.
— Выходит, я тебе уже не нужен?
Влетела медсестра, она услышала шум. Заслонила собой больную — она человек-А! — и уставилась на мужчину — он сброшен вниз, в зону В!
— Да! — Рэйко прикрыла глаза свободной правой рукой. — Лучше умереть, чем отправиться в зону D. Я не такая, как ты. Я человек-А!
Юя не стал больше убеждать ее. Открыл дверь и напоследок сказал:— Будь осторожна с огнем, Рэйко.
Ответа не последовало.
Коридор походил на тоннель. Выйдя на улицу, Юя зажмурился от солнца.
— И что теперь? — в лучах яркого света смеялась Миса. — С автоматом врываемся в корпорацию?
— Тосикагэ сказал бы: у 5U нет сознания, а у человека нет воли. Чего добьешься с автоматом? — Юя зашагал прочь от окруженного деревьями санатория. — Когда-то мне хотелось написать детскую сказку...
— Что ж не написал?
— Слушателей не было. Рэйко не расставалась с противозачаточными. Употребляла «София-бета».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
