— Ну, маг, — Зулин прекратил бороться с фамильяром и шумно выдохнул.
— А чего мы тогда, собственно, мучаемся? Наколдуй костер — и все дела! Ты ведь можешь?
— Ну… — планар пожал плечами. — Теоретически, конечно…
— Да на хрена нам теоретически! — Стив оторвал завороженный взгляд от полуэльфки и встряхнулся. — Ты практически давай, а то у меня скоро борода мхом порастет!
— А вдруг тебе зеленый цвет идет? — оживилась Иефа. — Ох, жалко, что я свой изумрудный шелковый шарфик не взяла — примерили бы… Ладно, не пыхти. Зулин, так что у нас с костром?
— Эээ… — планар почесал в затылке и с надеждой посмотрел на Ааронна, но тот притворился деталью пейзажа. — Мне нужен хворост, желательно сухой…
— Нууу, — разочарованно протянул Стив. — С сухим-то хворостом любой дурак костер разведет. Где мы тебе сухой хворост на болоте после дождя возьмем?
— Там же, где вы его взяли на прошлой ночевке.
— Ты предлагаешь вернуться к той кривой иве? Смешно.
— Я ничего не предлагаю. Неужели непонятно, что костер нельзя развести из пустоты. Нет сухого топлива, давайте мокрое, но шансов мало. Что ты сидишь, Стив? Займись!
— Все Стив да Стив, заладили! — дварф спустился с холмика и тут же растворился в тумане. — Лесоруб я, что ли! — раздалось из белого марева его гневное ворчание. — Я воином нанимался! Я не цапля, чтобы на болоте дрянь всякую выискивать! — послышался громкий плеск, хлюпанье, тяжелый торфяной вздох — и из тумана появился Стив, нагруженный чем-то невразумительным, что напоминало одновременно еще одного дварфа, дикого кабана в обмороке и разжиревшего осьминога внушительных размеров. — На! Мокрее не бывает! — Стив крякнул и грянул оземь здоровенную корягу. В разные стороны полетели ошметки водорослей, ил и затхлая болотная вода. Дварф подбоченился и залюбовался работой: — Хороша деревяшка! А главное, далеко ходить не пришлось. Ну, Зулин, тебе и кирку в руки — давай, колдуй, не стесняйся! Если хочешь, мы даже отвернемся.
— Нет, почему же, — Ааронн перестал притворяться валуном и подошел поближе. — Мне, например, было бы весьма любопытно изучить технологию… Разведение костра магическим способом при наличии гнилой болотной коряги в качестве топлива… Как ты собираешься это сделать? Обрисуй вкратце.
— Как-как, — Зулин нахмурился и обреченно вздохнул. — Огневиком в нее швырну… Маленьким. Ну… То есть, совсем крохотным.
— Слышь, Стив, — Иефа толкнула локтем дварфа и доверительно наклонилась к его уху. — Мне кажется, нам стоит найти себе какое-нибудь безопасное местечко за камнями.
— Зачем? — Стив так удивился, что даже перестал выпутывать водоросли из бороды.
— Ну, будет какая-никакая гарантия, что хотя бы двое из отряда выживут.
— Шутники… — Зулин гордо вскинул подбородок и смерил Иефу презрительным взглядом. — Давайте, прячьтесь. А я…
— А ты пока разнесешь тут все к монахам своими огнявками, или как они там называются.
— Пойдемте, друзья мои, — Ааронн поднялся на ноги и подтолкнул сопартийцев к валунам. — Не будем мешать мастеру.
— Но мне же интересно! — заартачился Стив.
— Пойдем-пойдем, — Иефа потянула дварфа за рукав. — Тебе оттуда все будет прекрасно видно.
— Шутники, — с горечью повторил Зулин, глядя в удаляющиеся спины, и закатал рукава. Зверь испуганно мяукнул откуда-то из темноты. — И ты туда же…
Макушка холма опустела. Зулин тяжело вздохнул, помянул незлым тихим словом Баламута, с ненавистью посмотрел на мокрую корягу и сосредоточился.
После недолгой тишины, прерываемой невнятным бормотанием, сидевшие за валунами услышали душераздирающий треск, грохот и отборный магический мат, после чего Ааронн гаркнул что было мочи «Ложись!», бросился плашмя на землю и накрылся с головой плащом. Иефа и Стив не успели даже переглянуться, как водопад щепок, гнилой трухи, водорослей и комьев земли окатил их душной вонючей волной с головы до ног. Иефа с трудом разлепила веки. Где-то истерически чихал фамильяр. Стив тряхнул головой, отплевываясь, поднялся на ноги, перехватил поудобнее топор и полез через валун, бормоча что-то угрожающее. Иефа дернулась было за ним, но предусмотрительный эльф удержал ее, схватив за лодыжку.
— Подожди, — сказал Ааронн, вылезая из-под плаща. — Еще не все. Сейчас. Вот сейчас…
«Это костер?! Я тебя спрашиваю — это такой костер, задница Мораддинова?!» — раздался яростный рев дварфа. Послышалось слабое бормотание Зулина, дробный топот и глухие удары, после чего наступила тишина.
— Вот теперь все.
* * *
— Плохая вода! Плохая вода!
— Иефа, проснись!
— Нееееееееет!
— Иефа! Боги, как ты мне надоела со своими пророческими снами! Иефа! — Зулин украдкой оглянулся на дварфа и не без удовольствия отвесил барду пару звонких пощечин. Иефа дернулась и открыла глаза.
— Ну что? — Зулин ласково посмотрел на девушку и потер руки. — В себя пришла? Или еще добавить? — Иефа растерянно заморгала и попыталась отодвинуться, но уперлась в холодный бок валуна. — Что снилось? Хотя, нет, постой, я сам догадаюсь. Плохая вода, верно? Кто бы мог подумать! — Зулин придвинулся к полуэльфке вплотную и обнаружил в ее глазах страх. «Занятно, — отстраненно подумал планар и пошевелил пальцами. — Что если ее придушить, а потом провести ритуал по вытягиванию силы? А то что-то кушать хочется…» Иефа дернулась, словно услышала его мысли, и попыталась встать. Ее ноги заскользили по влажной земле. Зулин с легким любопытством наблюдал за бардом, лениво размышляя о том, почему она не кричит, если так боится. А ведь боится. Ее круглые от страха глаза по цвету почти сливались с рассветной серостью, и планар подумал, стягивая с головы капюшон, что это, пожалуй, чертовски красиво. Вот смотрит только она как-то странно, как-то мимо него, как будто увидела что-то за его плечом. Старая уловка. Зулин усмехнулся и почувствовал непреодолимое желание ухватить полуэльфку за горло и как следует сдавить, и чтобы она смотрела ему в глаза, и чтобы капли тумана стекали со лба на щеки, как будто она плачет, и чтобы сила уходила, уходила к нему, вливаясь сквозь кончики пальцев и прямо к сердцу. Зулин даже поднял руку, подчиняясь какой-то неведомой тяге, даже пальцы согнул и выпрямил, разминая, а глупая девчонка все смотрела ему за спину, и планар вдруг почувствовал, что боится она уже не его, а кого-то другого, кого-то, кто притаился за спиной. Ниточка порвалась.
— Волки, — прошептала Иефа.
Зулин ощутил покалывание в затекших ногах, понял, что существует, и обернулся. Обрывки тумана стекали с холма, как сметана, и путались в ногах у матерого серого зверя. Волк поднял голову и посмотрел на планара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
